Нельзя мысль породить из мысли: нужна личная работа
- Онтокритика: начальная страница — https://evolkov.net/guide.html.
- Онтокритика одним файлом: сборка книги (pdf) (https://evolkov.net/ontocritic/ontocritic_book.pdf).
- Контакты, ресурсы и соцмедиа — Евгений Волков / Contacts — Evgeny (Evgeniy) (Evgenii) Volkov. Там же инструкция по регистрации в этом блоге для комментирования и подписки.
Даю большую цитату из «Бесед о мышлении» Мераба Мамардашвили (С. 279-281., издание Фонда Мераба Мамардашвили, 2015). У меня комментарий один: согласно «Беседам...», я мыслю, т.е. личной работой порождаю мысли о реальности, сознание реальности, а не «несуществования». Для меня такая поддержка, особенно сейчас, бесконечно бесценна. Цитаты я публикую, как всегда, как рабочие заметки для себя, поскольку они имеют смысл только в том случае, если читатель делает свою работу мысли — и читает Мераба Мамардашвили. Ещё один комментарий — после цитаты.
«...жизнь нашего сознания представляет собой целое, связанное изнутри некими соответствиями, или корреспонденциями, как выражались французы, и все наши мысли, если они у нас есть, существуют в (280:) некотором поле. Мы в него можем включаться или не включаться. Это означает, что любой достаточно серьёзно и на достаточную глубину проделанный опыт сознания порождает в том человеке, который его проделал, мысли, которые мыслились другими раньше, или мыслятся другими рядом, или будут мыслиться потом. Если мысль идёт по руслу жизненного смысла и значения мыслительных конструкций, она устроена таким образом.
Ты не можешь в принципе подумать ничего того (если подумал глубоко), что уже не думалось кем-то другим. И это не значит, что ты кого-то повторяешь, это не означает, что на тебя кто-то влияет, не означает заимствований по одной простой причине: мысли вообще не рождаются из мыслей, идеи не рождаются из идей, и не существует никакой филиации идей, — нельзя мысль породить из мысли. Мысли, рождаясь, корреспондируют, перекликаются. Есть простой психологический опыт: можно заставить вас говорить не то, что вы думаете, можно заставить вас поступать не так, как вы хотите. Но нельзя изменить вашу мысль: вы её можете скрыть, вы её можете исказить, вы её можете забыть — всё что угодно, но не изменить. Нельзя изменить и волю. Это происходит даже в обучении знаниям, и в религиозном опыте это происходит. Никакой заповедью нельзя создать убеждения — убеждения не внушаются заповедями, хотя заповеди существуют; убеждения возникают другим путём — из собственного опыта мысли и сознания человека, и, возникнув, они могут совпасть с заповедью, и человек понимает заповедь. Фактически существует обратный закон: повлиять мысленно ни на кого невозможно, потому что всё растёт только из самих людей, из некоторого внутреннего источника, растёт путём труда и борьбы. Поэтому, собственно говоря, и существуют смыслы: идеи для нас имеют смысл, ценности имеют смысл и так далее.
На одной из бесед я говорил: представьте себе, например, что кто-то изобрёл бы такое благое для человечества лекарство, что оно, будучи введено в человека, позволяло бы своим собственным (лекарства) действием человеку всё время склоняться к добру и отклоняться от зла. Но тогда для человека это не имело бы никакого смысла, хотя вы сами знаете, что литература с такими фантазиями очень обильна и очень много людей всю жизнь посвятили себя изобретению такого рода механизмов. Но люди ведь природные существа, это значит, что они с очень большим трудом приподнимают себя за волосы над своим собственным болотом, (281:) и когда этого приподнимания нет, то они тогда à la naturelle (природные), они (как я приводил слова Канта) — такое кривое дерево, что ничего по-настоящему прямого из него сделать нельзя.
Мы живём и дышим в среде, где существует представление о том, что возможно создание механизмов, которые собственным действием создавали бы всеобщее счастье. Мол, достаточно только понять и узнать законы истории, и возможно построить такой объективный исторический механизм, который сам производил бы счастье, равенство и так далее. Но эти вещи исключены, а философ скажет: эти вещи исключены онтологически, то есть, переводя на простой язык, это исключено тем, как устроено человеческое существо. Это возможно для «духовных автоматов», а для людей это невозможно, — ведь человек, как существо, стремящееся к счастью, устроен так, что счастье для него может быть даром, наградой, случаем, но нет механизма счастья. Этого не может быть, точно так же, как, скажем, нет механизма красоты. Достоевский в своё время сказал дурацкую фразу: «Красота спасёт мир». Я бы без оглядки, со всех ног бежал от такого мира, который создавался бы по законам красоты, от мира, в котором был бы механизм красоты. Для меня красота как средство построения мира не имела бы никакого смысла, а вот красота, которой ты достоин, если она случится, — это имеет смысл. И все высшие человеческие состояния — равенство, достоинство и другие — нельзя превратить в орудия и механизмы, поскольку то самое главное, что есть в человеке, существует только на вершине волны усилия (то есть в каком-то смысле не существует, а если существует, то только в момент и на пике деяния, усилия, деятельности). Разве можно это поделить поровну? Разве можно делить то, чего нет? Следовательно, люди не равны — по затраченному ими усилию. Они могут быть равны только по уравниванию условий, шансов, а блага культуры, красоты, мысли невозможно поделить поровну. Кто-то будет говорить: какие нехорошие и злые те люди, которые отрицают в этой сфере равное деление и равенство как таковое... — но нельзя делить то, чего нет».
Все фантазии о «сотрудничестве» с ИИчницей и тем более о том, что она будет «мыслить» — это всё те же мечты о всеобщем «автоматическом» счастье, фактически о вечном внечеловеческом автоматическом двигателе социальности. Не хотят люди брать на себя ответственность за себя и за всю свою мозговую затараканенность.
