Мысли для начала... мышления

Неграмотными в 21-м веке будут не те, кто не могут читать и писать, а те, кто не смогут научаться, от(раз)учаться и перенаучаться. Элвин Тоффлер

2019-04-02

Черниговская и её научпоп

Черниговская и её научпоп


Мы несколько раз сталкивались с просьбами написать статью о российской учёной в области нейронауки и психолингвистики Татьяне Черниговской, и, наконец, у нас дошли до этого руки. Мы разобрали некоторые её заявления в интервью и лекциях. К сожалению, ясно прослеживается ряд проблем: однозначность там, где требуется осторожное освещение имеющихся позиций; выдумывание историй или их сильное искажение; фактические ошибки и пересказывание плохой науки без серьёзной проверки фактов.
Например, её высказывание из интервью сайту Сплетник.ру:
«Да какое романтическое ухаживание, если в Британии в серьёзных, со столетними традициями школах девочкам запрещено носить юбки, чтобы не дай бог никого там не задеть, нельзя говорить слова "мальчик" и "девочка". Это — сумасшествие, это — диагноз».
Налицо искажение фактов. Действительно, в нескольких школах Британии девочкам запрещали носить юбки. Зачастую причиной этого была длина юбки: в St Aidan's Church of England School in Harrogate поводом были некие “сигналы”, которые девочки в таких юбках якобы подают и подвергают тем самым себя опасности; в Guiseley School in Leeds запрет объяснили игнорированием учениками распоряжения администрации о длине юбок; а в Priory School in Lewes к неким соображениям о “приличиях” добавилось представление о том, что это важно для учеников-трансгендеров. Как мы можем видеть, только одна из школ руководствовалась соображениями, которые с натяжкой можно интерпретировать как задевание чьих-то чувств, при этом вместе с соображениями о приличиях. В пересказе же Черниговской британские школы будто руководствуются исключительно этим соображением.
А утверждение Черниговской о запрете говорить слова “мальчик” и “девочка” основано на сообщениях российских СМИ, в частности НТВ:
«Руководство одной из школ для девочек в Манчестере решило не акцентировать внимание на половой принадлежности учениц, и само слово “девочка” оказалось в школе под запретом: такое обращение якобы может оскорбить трансгендеров».
Однако на самом деле никто ничего не запрещал: в документах на сайте школы, а конкретно в Single Equality Policy мы видим, что единственное упоминание гендерно-нейтрального языка — это использование его на сайте школы: «To ensure our website uses gender neutral language when referring to our students».
В лекции "Держите мозг в чистоте!” (32:14) она, судя по всему, выдумала историю о том, как коллеги показали ей томограмму своего пациента, у которого не было мозга:
«Мне недавно как раз показывали: посмотри на томограмму человека, который вот к нам попал. Ну, в общем, посмотри. Я смотрю, а там мозга нет! То есть там вот здесь вот небольшой слой чего-то там идёт, а остальное заполнено, значит, жидкостями разным. Я говорю: “А что этот человек вообще?”. “Он, - говорит, - жил бы хоть бы хны, ещё никто не подозревал”».
На самом деле это вольный пересказ клинического случая из Франции в 2007 году, отчёт которого был опубликован в the lancet.
В той же лекции "Держите мозг в чистоте!” (49:45) Черниговская категорично высказывается по весьма неоднозначному вопросу:
«Было официально объявлено, что интеллект врановых равен интеллекту шимпанзе».
Однако интеллект врановых птиц лишь по некоторым параметрам сопоставим с интеллектом больших обезьян. По другим аспектам преимущество у обезьян, например, в использовании инструментов (хотя и требуются более подробные наблюдения за врановыми для более ясной оценки). В моторной саморегуляции их способности сопоставимы, а в некоторых задачах, призванных узнать, владеют ли животные причинно-следственными рассуждениями, врановые превосходят шимпанзе. В разных тестах присутствуют разные результаты, и пока что не разработано инструмента для однозначного сравнения этих двух семейств, поэтому высказывание о равенстве их интеллекта принципиально не может быть правильным сейчас, даже если со временем это равенство и будет установлено.
И это не единственный пример. Вот, например, заявление из "Мозг и его различия по половому признаку” (12:48):
«Так что вот амигдала, которая дает агрессивное или какое то такое особое поведение — она у мужчин просто большего размера»
На самом деле, за десятки лет, посвященных морфометрии мозга, ученые не пришли к однозначному выводу о том, больше ли амигдала у мужчин (можно посмотреть исследование). И данный факт был прекрасно известен в 2013 году, когда была проведена эта лекция. Примечание: более поздние результаты исследований также противоречивы, некоторые мета-анализы не находят различия, некоторые находят — к консенсусу ученые пока не пришли.
В “Мозг и его различия по половому признаку” (40:50) Черниговская также заявляет:
«Девочки с гораздо большей легкостью готовы жить в ситуации множественных заданий, они могут делать одновременно несколько разных дел, более того, они переключаются легко и в этом».
Имеются отдельные исследования, показывающие преимущество женщин или мужчин в многозадачности. Также существуют исследования, не отметившие никакой разницы (раз, два, три,четыре). Учитывая такую неоднозначность в литературе просто безответственно делать подобные однозначные заявления.
Черниговская совершает фактические ошибки в пересказе исследования в “Держите мозг в чистоте!” (55:55 ):
«Они взяли человеческую версию FOXP2 и вставили её в мышей вместо их FOXP2. Понимаете, замену такую, очень изящно. Но, разумеется, мышь человеческим голосом не заговорила, но она, во-первых, стала болтать без остановки (просто вообще заткнуть было нельзя), во-вторых, у неё очень увеличился спектр акустический».
Однако на самом деле в исследовании не обнаружили статистически достоверной разницы в количестве вокализаций и интервалах между ними: «We found no significant differences in the number of calls emitted per minute or in the duration of intervals between calls». И ни о каком расширении акустического спектра речи не идет: «However, Foxp2hum/hum animals, they had a significantly lower start peak frequency (p < 0.001), and lower mean (p < 0.01), minimum (p < 0.01) and maximum (p < 0.001) peak frequencies …. and were locally less modulated (p < 0.01)». У мышей с человеческим вариантом гена изменилась лишь частота волны самих сигналов и уменьшилось их модулирование.
Также фактические ошибки есть в лекции “Мозг и его различия по половому признаку”. На 4:27 Черниговская говорит следующее:
«От 10 до 14 лет в два раза больше мальчиков пытаются или думают о том, чтобы покончить с собой»,
что напрямую противоречит статистике, так как количество попыток и суицидальных мыслей выше у девочек, а вот попыток, завершившихся смертью — у мальчиков.
В лекции "Как научить мозг учиться?" Черниговская продвигает плохую науку под видом серьезных научных данных:
«Во-первых, мальчиков надо держать в холоде, что я обнаружила. Причём автор (это очень серьезная работа научная была) в британских школах был, причём в дорогих частных школах (это важно, почему дорогих, потому что никто не экономил там электроэнергию или уголь), и почувствовал, что холодновато (а в девичьих школах — не холодновато). И он говорит: “А что у вас так холодно?”. А они ему: “Это мы давно за столетия это поняли”. Британцы, понятное дело. Если температура будет, не дай бог, на градус и тем более на два больше, то мальчики просто насмерть засыпают и всё, они вообще не воспринимают никакую информацию, просто спят - они только в холоде себя хорошо чувствуют».
Она говорит об работе Леонарда Сакса, в которой для поддержки заявления о разнице требуемых температурных режимов цитируется старое исследование Beshir and Ramsey (1981), проведённое на взрослых людях и касающееся субъективных ощущений, а не объективной производительности. Помимо этого, Сакс ещё и довольно вольно экстраполировал его на детей. К тому же, данные старого исследования противоречат более новым данным JK Kahl, где измерялась объективная производительность при выполнении математических задач и чтении. Разницы между производительностью девушек и парней обнаружено не было.
Дальше в "Как научить мозг учиться? " она вольно пересказывает статью Сакса. Обстоятельная критика его утверждений и других аргументов за раздельное обучение есть в статье Лайз Элиот. Этот случай ярко иллюстрирует, что к проверке фактов Черниговская относится довольно недобросовестно.
Все там же, в "Как научить мозг учиться?" она несколько раз упоминает городскую легенду об умственно отсталом Эйнштейне в детстве:
«Но эти некоторые, заметьте, чрезвычайно медленно и плохо развивались, были на грани того, чтобы не быть принятыми в школу и под подозрением недоразвитости мозга, а это Эйнштейн - один из лучших мозгов планеты. <…> Но ещё раз повторяю: Эйнштейна в школу с трудом взяли, понимаете, говорить поздно начал, ничего не соображал, считали — неудачный ребёночек. А это Эйнштейн».
Однако, во-первых, Эйнштейн легко поступил во второй класс школы в 6 с половиной лет, и нет никаких убедительных доказательств того, что он заговорил поздно. А во-вторых, тот факт, что в возрасте 9-ти с половиной лет Альберт был принят в гимназию Люитпольд, опровергает любые наблюдаемые трудности обучения. Если бы его показатели в начальной школе не были выше среднего, его поступление в гимназию не было бы возможным. Так что сказанное Черниговской - это лишь трансляция мифа. С более полным разбором вы можете ознакомится на сайте архива Альберта Эйнштейна.
Выводы
Черниговская зачастую слишком безответственно относится к фактам и позволяет себе излишнюю самоуверенность, которая отнюдь не делает ее научпоп лучше. Очень тревожным является факт выдумывания историй — это явно не признак хорошего просветителя, но зачастую является отличительной чертой различных фриков. Подводя итог, скажем, что, если у популяризатора науки систематически проскальзывают ошибки, такая популяризация может приносить больше вреда, чем пользы.

2018-09-19

Советский геноцид

Владимир ЯКОВЛЕВ, основатель газеты «Коммерсантъ»:
---------------------------------------
«Меня назвали в честь деда.

Мой дед, Владимир Яковлев, был убийца, кровавый палач, чекист. Среди многих его жертв были и его собственные родители.

Своего отца дед расстрелял за спекуляцию. Его мать, моя прабабушка, узнав об этом, повесилась.

Мои самые счастливые детские воспоминания связаны со старой, просторной квартирой на Новокузецкой, которой в нашей семье очень гордились. Эта квартира, как я узнал позже, была не куплена и не построена, а реквизирована — то есть силой отобрана — у богатой замоскворецкой купеческой семьи.

Я помню старый резной буфет, в который я лазал за вареньем. И большой уютный диван, на котором мы с бабушкой по вечерам, укутавшись пледом, читали сказки. И два огромных кожаных кресла, которыми, по семейной традиции, пользовались только для самых важных разговоров.

Как я узнал позже, моя бабушка, которую я очень любил, большую часть жизни успешно проработала профессиональным агентом-провокатором. Урожденная дворянка, она пользовалась своим происхождением, чтобы налаживать связи и провоцировать знакомых на откровенность. По результатам бесед писала служебные донесения.

Диван, на котором я слушал сказки, и кресла, и буфет, и всю остальную мебель в квартире дед с бабушкой не покупали. Они просто выбрали их для себя на специальном складе, куда доставлялось имущество из квартир расстрелянных москвичей.

С этого склада чекисты бесплатно обставляли свои квартиры.

Под тонкой пленкой неведения, мои счастливые детские воспоминания пропитаны духом грабежей, убийств, насилия и предательства. Пропитаны кровью.

Да что я один такой?

Мы все, выросшие в России — внуки жертв и палачей. Все абсолютно, все без исключения. В вашей семье не было жертв? Значит были палачи. Не было палачей? Значит были жертвы. Не было ни жертв, ни палачей? Значит есть тайны.

Даже не сомневайтесь!

Мне кажется, мы сильно недооцениваем влияние трагедий российского прошлого на психику сегодняшних поколений. Нашу с вами психику. По сей день, прощаясь, мы говорим друг другу — “До свидания!”, не сознавая, что “свидание” вообще-то слово тюремное. В обычной жизни бывают встречи, свидания бывают в тюрьме.

По сей день мы легко пишем в смсках: “Я напишу, когда освобожусь!”
Когда ОСВОБОЖУСЬ...

Оценивая масштаб трагедий российского прошлого мы обычно считаем погибших. Но ведь для того, чтобы оценить масштаб влияния этих трагедий на психику будущих поколений, считать нужно не погибших, а — выживших.

Погибшие — погибли. Выжившие — стали нашими родителями и родителями наших родителей.

Выжившие — это овдовевшие, осиротевшие, потерявшие любимых, сосланные, раскулаченные, изгнанные из страны, убивавшие ради собственного спасения, ради идеи или ради побед, преданные и предавшие, разоренные, продавшие совесть, превращенных в палачей, пытанные и пытавшие, изнасилованные, изувеченные, ограбленные, вынужденные доносить, спившиеся от беспросветного горя, чувства вины или потерянной веры, униженные, прошедшие смертный голод, плен, оккупацию, лагеря.

Погибших — десятки миллионов. Выживших — сотни миллионов. Сотни миллионов тех, кто передал свой страх, свою боль, свое ощущение постоянной угрозы, исходящей от внешнего мира — детям, которые, в свою очередь, добавив к этой боли собственные страдания, передали этот страх нам нам.

Просто статистически сегодня в России — нет ни одной семьи, которая так или иначе не несла бы на себе тяжелейших последствий беспрецедентых по своим масштабам зверств, продолжавшийся в стране в течение столетия.

Задумывались ли вы когда-нибудь о том, до какой степени этот жизненный опыт трех подряд поколений ваших ПРЯМЫХ предков влияет на ваше личное, сегодняшнее восприятие мира? Вашу жену? Ваших детей?

Если нет, то задумайтесь.

Мне потребовались годы, на то, чтобы понять историю моей семьи. Но зато теперь я лучше знаю, откуда взялся мой извечный беспричинный страх? Или преувеличенная скрытность. Или абсолютная неспособность доверять и создавать близкие отношения.

Или постоянное чувство вины, которое преследует меня с детства, столько, сколько помню себя.

В школе нам рассказывали о зверствах немецких фашистов. В институте — о бесчинствах китайских хунвейбинов или камбоджийских красных кхмеров.

Нам только забыли сказать, что зоной самого страшного в истории человечества, беспрецедентного по масштабам и продолжительности геноцида была не Германия, не Китай и не Камбоджа, а наша собственная страна.

И пережили этот ужас самого страшного в истории человечества геноцида не далекие китайцы или корейцы, а три подряд поколения ЛИЧНО ВАШЕЙ семьи.

Нам часто кажется, что лучший способ защититься от прошлого, это не тревожить его, не копаться в истории семьи, не докапываться до ужасов, случившихся с нашими родными.

Нам кажется, что лучше не знать. На самом деле — хуже. Намного. 
То, чего мы не знаем, продолжает влиять на нас, через детские воспоминания, через взаимоотношения с родителями. Просто, не зная, мы этого влияния не осознаем и поэтому бессильны ему противостоять.

Самое страшное последствие наследственной травмы — это неспособность ее осознать. И, как следствие — неспособность осознать то, до какой степени эта травма искажает наше сегодняшнее восприятие действительности.

Неважно, что именно для каждого из нас сегодня является олицетворением этого страха, кого именно каждый из нас сегодня видит в качестве угрозы — Америку, Кремль, Украину, гомосексуалистов или турков, “развратную” Европу, пятую колонну или просто начальника на работе или полицейского у входа в метро.

Важно — осознаем ли мы, до какой степени наши сегодняшние личные страхи, личное ощущение внешней угрозы — в реальности являются лишь призраками прошлого, существование которого мы так боимся признать?

… В 19-ом, в разруху и голод, мой дед-убийца умирал от чахотки. Спас его от смерти Феликс Дзержинский, который приволок откуда-то, скорее всего с очередного “специального” склада, ящик французских сардин в масле. Дед питался ими месяц и, только благодаря этому, остался жив.
Означает ли это, что я своей жизнью обязан Дзержинскому? 
И, если да, то как с этим жить?»

2018-09-17

Гражданская активность и социальная инженерия

Гражданская активность и социальная инженерия

Своровавшие власть закономерно стремятся тотализировать единственно понятную им полицейщину (воры способны представить себе управление и политику только как полицейскую деятельность) на любую пядь свободной деятельности граждан. Арест К. Серебренникова с сотоварищами есть акт именно полицейского управления культурой. Но это присказка. Сказка в том, что помимо призывов на митинги и демонстрации адекватным ответом граждан была бы замена финальных оваций и бисов во всех театрах на скандирования вроде «Свободу Серебренникову! Свободу Сенцову!». Список фраз — по выбору зрителей. Театры и цирки потеряли смысл в своей привычной функции на фоне госклоунады, но они вполне способны стать местом аудирования общественного настроения. Если последнее реально существует и действительно хочет быть услышанным...

2018-09-09

Актуальность обучения критическому мышлению: чем обосновать

Актуальность обучения критическому мышлению постоянно пытаются обосновать ростом дезинформации в современных медиа. Только актуальность КМ не в этом. Люди уже десятки тысяч лет живут в полностью выдуманном мире и ежеминутно впаривают друг другу охеренную чушь. Ничего нового. Только индустриальные масштабы и средства доставки. Проблема в фундаментальной изолированности (виртуальности) социальной реальности от реальности как она есть. Автономия сознания от реальности — биологический факт. Критическое мышление (и прочие специально организованные мышления — онтологическое, логическое, системное и пр.) требуется только в том случае, если вам зачем-то важно научиться владеть сложными искусственными методами посильного согласования социальной реальности с чудовищно жёсткими структурами реальности несоциальной. Важно предупредить, что социальная реальность по ходу такого научения начинает смотреться чудовищно смешной.

2018-09-03

Страной управляют прохиндеи с фальшивыми диссертациями

Андрей Ростовцев: «Страной управляют прохиндеи с фальшивыми диссертациями»

Вчера, 11:34Экономика


2018-08-14

Вляпались

Лилия Шевцова

ВЛЯПАЛИСЬ

Как назвать ситуацию, когда ты думаешь, что сорвал банк, а на самом деле проигрался в пух и прах- глупость, неадекватность, помутнение сознания?

Как назвать политику, которая привела государство, всегда состоявшее в высшей мировой лиге, к роли страны-изгоя? Ведь речь не идет об одном-двух провалах, которые можно исправить. Речь идет о действиях, которые загнали Россию в тупик, из которого непонятно, как выбраться. Надо же было докатиться до того, что самая дружественная для россиян Греция начала выдворять российских дипломатов. 

Сегодня Россия оказалась перед угрозой санкционной блокады, которая будет пожестче предыдущей. К теперешним санкциям, которые регулярно возобновляются, мы адаптировались и нашли в санкционном заборе лазейки, которые позволяют худо-бедно выживать и даже ерничать. Хиханьки закончились. Америка обещает новую удавку, от которой будет трудно избавиться. Уйдут нынешние кремлевские правители, а удавка останется нам в наследство. Вот пенсии под вопросом, а удавка гарантируется! Поправка Джексона-Вэника, введенная американцами против России в 1974 г, была снята только в 2012, когда давно исчезли основания, по которым она была принята. 

«Коллективный Запад» вовсе не пытается обвалить российскую экономику - зачем им эта головная боль? Свалить президента Путина? Чушь! Западные санкции никогда не приводили к смене режима. Речь идет о формировании механизма, который бы заставлял российский правящий класс платить за его уверенность во вседозволенности - не только дома, но и вне дома. Проблема, правда, в том, что наша власть будет пытаться возложить санкционное бремя на общество. Россияне будут оплачивать кульбиты своей власти. В общем логично. Ведь они поддерживали ее политику. Во всяком случае, до недавнего времени.

Но смирительная рубашка для правящей элиты - это еще не все удовольствие, которое нам придется получить. Заявленные американские санкции (даже в случае их смягчения) создают для России новую геополитическую ситуацию. Во-первых, сужается возможность для ее державной роли, т.е. надламывается позвоночник российской системы. Во-вторых, разрушается созданная еще в советское время конструкция поддержания жизнеспособности России за счет западных финансовых и технологических ресурсов.

Российская власть сделала непростительную ошибку, решив, что Америку можно дергать за хвост и испытывать бесконечно ее терпение. Раздразнив Америку, Кремль не просто превратил Россию в фактор американской политической борьбы. Американцы сделали то, что проделала российская власть у себя дома в отношении Америки: антироссийская позиция стала критерием американского патриотизма и почти национальной идеей. Уставшие от роли глобального шерифа Соединенные Штаты вдруг получили дозу адреналина для создания западного фронта по сдерживанию России. Кто-либо в Москве задумывался над тем, чем могут закончиться хакерские игры с американскими выборами и использование провинциальных девочек для охмурения вашингтонского бомонда?

Архитектором нашей внешней политики, посадившей Россию в лужу, конечно, является Кремль. Но справедливости ради нужно назвать и тех, кто разделяет ответственность за то, что мы оказались там, где оказались.

- Это российский политический класс, который десятилетиями причитал об «унижении» со стороны Запада и призывал к возмездию за отсутствие должного уважения.
- Это отечественные «эксперты», вопившие изо всех розеток, что эпоха Запада завершилась, Америка сдала себя в утиль, а потому с Западом можно не церемониться.
- Это западные лидеры ( Шредер, Берлускони, Саркози, Ширак и прочие), которые пели в ухо российскому президенту то, что он хотел услышать.
- Это европейские лидеры ( как напр., венгерский премьер Орбан), научившиеся обменивать про-кремлевскую риторику на безвозмездную российскую помощь.
- Это западные интеллектуальные гуру, журналисты и прочие деятели, за российские деньги убеждавшие мир, что у России есть основания обижаться. А потому Россия имеет право бить стекла в чужих домах.

Добавим к этому западную систему регулирования собственности и финансовых потоков (прежде всего в США и Великобритании), которая искушала нашу элиту тем, что позволяла ей выкачивать из России деньги и анонимно их пристраивать в либеральном сообществе. И мы еще будем удивляться, откуда это у нашего правящего класса чувство безнаказанности и уверенности в том, что Запад проглотит его художества! 

Вот не будь всего этого, неужели Кремль решился бы на «гамбиты», которые привели нас в мировой лепрозорий?

Не забудем и парадокс в виде президента Трампа, создающего иллюзию возможности сделки между Америкой и Россией. На деле, однако, получается совсем другое: чем больше Трамп с нами хочет дружить, тем больнее для нас будут американские санкции, которые должны наказать его за эту странную для американцев дружбу. 

Уйдет Трамп, но жесть останется надолго. Что бы мы ни делали, будет плохо. Попытаемся дружить с Америкой — американцы будут нас подозревать в злых намерениях. Если, конечно, Россия не скажет: «Mea Culpa!» Но у России нет привычки признавать вину и оправдываться. Попытаемся отвечать Америке (а чем мы можем ответить?) — станет еще хуже, ибо Россия не может противостоять самой развитой и богатой цивилизации, которая пришла в бешенство. 

Словом, вляпались!

2018-06-05

Самая фундаментальная глобальная проблема

Самая фундаментальная глобальная проблема состоит в том, что абсолютное большинство людей считают свои текущие знания и умения достаточными и эффективными для решения жизненных, социальных и профессиональных задач. Фактически же уровень и качество этих знаний и умений создают гораздо больше старых и новых проблем, чем помогают с ними разобраться. И вновь продолжается бой...

2018-05-18

Сумасшествие как национальная идея / Идеи и люди / Независимая газета

Сумасшествие как национальная идея / Идеи и люди / Независимая газета

Независимая
 
Газета Идеи и люди Печатная версия
17.05.2018 00:01:00

Сумасшествие как национальная идея

Сакральное русское безумие стало нашей политической стратегией
http://www.ng.ru/ideas/2018-05-17/5_7226_madness.html
Об авторе: Александр Сергеевич Ципко — доктор философских наук, главный научный сотрудник Института экономики РАН.
национальная идея, сумасшествие, саморазрушение, фатализм, философия
Наши контрсанкции окрашены могильным патриотизмом. Фото с сайта www.fsvps.ru

Ушедший от нас Юрий Карякин был все-таки не прав, когда наделял сумасшествием только Россию 1993 года, Россию, сделавшую победителем декабрьских выборов в Думу симулякра от патриотизма Владимира Жириновского. Сумасшествие — наша главная национальная привилегия, до сих пор единственная национальная идея. Без сумасшествия мы жить не можем. Разве не является подлинным сумасшествием наша нынешняя всенародная радость от того, что превосходящий нас по экономической мощи более чем в 20 раз Запад стал нашим врагом, что многие на Западе нас не только боятся, но и ненавидят, что никогда, даже в годы холодной войны, не были так сильны в США антирусские настроения?

Сладость самоистязания
Чем сильнее любовь русского народа к Путину, чем больше наш президент ощущает себя царём, обладающим абсолютно непререкаемой властью, тем больше откровенного безумия демонстрирует новая «крымнашевская» Россия. Это и безумие нашего правительства, решившего в назидание Западу показывать на экране телевизора полуголодной России, у которой самая низкая в Европе минимальная заработная плата, в которой матери не знают, чем накормить ребенка, отправляя его утром в школу, как мы решительно давим тракторами тонны сыра, мясных изделий, ненавистных нам заморских фруктов, завезённых в Россию вопреки нашим окрашенным могильным патриотизмом контрсанкциям. 

Это и безумие депутатов Думы, которые на глазах всего мира устраивают гулянья по поводу избрания Трампа президентом. А ведь многие из них, к примеру Вячеслав Никонов, с радостью объявивший на заседании Думы: «Трамп стал президентом!», прекрасно понимали, что после успешной операции, проведенной «зелёными человечками», после гибридной войны в Донбассе мы для американцев стали такой же страной-изгоем, как Северная Корея или Иран, что они законодательно зафиксировали. И поэтому радость нашей страны по поводу избрания Трампа президентом неизбежно превращает его в «друга Путина», вызывает к нему недоверие. В результате праздники с шампанским напоказ всему миру навсегда лишают Трампа возможности сделать что-то доброе для России.

Какой период русской истории ни возьми, в конечном счете убедишься, что страсть к саморазрушению и самоистязанию берет верх над потребностью созидания и благоустройства жизни. Самым наглядным тому примером является переход путинской России нулевых к эпохе «крымнашевских» побед. Всё же самые верные последователи ницшеанства — не немцы, а русские. Для нас свобода — это прежде всего право на немыслимое, невозможное, абсурдное, на самое противоестественное, на разрушение условий не только развития, но и жизни вообще. Праздником нынешнего русского человека стала операция «зеленых человечков», убийство каких-либо шансов на процветание русской жизни, на прорывы, о которых говорит зачарованный собственной непредсказуемостью президент Путин. Запад в шоке, он, сохраняя верность здравому смыслу, не может понять, чего Россия сейчас добивается. Ведь нынешняя самоизоляция России подрывает не только условия для развития, но и условия для собственной военной безопасности. Русские сегодня счастливы, что Россия впервые в истории стала страной-одиночкой, что кольцо врагов России сжимается с каждым днем, что навсегда умерла возможность воссоединения великороссов, малороссов и белорусов.

В страсти к саморазрушению и самооскоплению, которая обуяла Россию во время так называемой русской весны 2014 года, ничего исключительного не было. Нет народа, которого бы иногда не охватывало безумие. Вспомним всенародную любовь немцев к Гитлеру или активную поддержку коммунистического проекта со стороны значительной части русского еврейства. Жена нашего семейного парикмахера дедушки Савелия, бабушка Сара, потерявшая всех своих родственников во время румынской оккупации Одессы, часто говаривала: «Я бы на месте мамы Левушки Троцкого сама задушила бы его, когда он был в пеленках». Смысл этой фразы я понял только тогда, когда, будучи в Израиле в 1991 году, имел возможность посмотреть фильмы об истории сионизма и еврейских трагедиях, которые показывают олимам, приехавшим на жительство в эту страну.

Дадим миру урок
Особенность нашего русского безумия состоит не только в том, что оно перманентно, но и в том, что ему придается сакральный смысл. Безумие с какого-то момента воспринимается как национальная ценность, как свидетельство силы русского духа. Русские философы верили, что наш народ покажет миру образцы всечеловечности именно потому, что у нас, говоря словами Федора Достоевского, мать и отец могут до смерти засечь дитя розгами, а русский мужик по пьяни вполне может сбросить беременную жену с печки.

На мой взгляд, из всех русских мыслителей, искавших смысл в русской жизни, наиболее близок к истине был Петр Чаадаев. Смысл русской истории, говорил он, состоит в том, чтобы «дать миру какой-нибудь важный урок», показать ему, чего люди, обладающие умом и здравым смыслом, никогда и ни при каких условиях не должны делать. Эта мысль осуществилась во времена СССР. Мы 70 лет упорно доказывали человечеству неправоту Льва Троцкого, настаивавшего на том, что «принудительный труд при коммунизме будет более производителен, чем труд крестьянина-частника на собственной земле».
Русские ненавидят Хрущева за то, что он начал платить колхозникам деньги за трудодни, за то, что он перевел миллионы рабочих из холодных сталинских бараков в уютные пятиэтажки, где у них появилась собственная квартира. А Сталина, напротив, наш народ любит за то, что он убил крепкое крестьянство, уморил миллионы людей голодом, добил русскую интеллигенцию, которую начали убивать ещё Ленин и Троцкий, окончательно лишил русского человека права мыслить. 

Если кто-нибудь будет писать книгу о сумасшествии в истории человечества, он должен будет посвятить целую главу анализу сумасшествия русских в ХХ веке. Его особенность состоит в том, что именно в абсурде русские находят не только особую прелесть, но и смысл своего существования. Как я сказал выше, уже есть обширный материал для написания новой главы о русском сумасшествии. Исследователь увидит, что русское сумасшествие посткоммунистической эпохи даже более опасно, чем прежнее, которое было связано с традиционной леностью ума, с ненавистью к правде, с соблазном красивой идеи. В последние десятилетия всё больше и больше дает о себе знать сумасшествие, за которым стоит темный инстинкт смерти. Это напоминает о традиционном русском скопцовстве — патологической страсти к самокалечению и саморазрушению. 

Разве не подобной страстью является наша нынешняя внешняя политика, которая подрывает необходимые для саморазвития условия, да и вообще существование в глобальном мире? Разве не сумасшествием является высказывание Сергея Иванова о нашем стремлении доказать, что Моська (имеется в виду Россия) может в военном отношении противостоять Слону — США? В нашей нынешней борьбе за право вопреки всему стать центром современной цивилизации, равнозначным Америке, нет никакой идеологии, это чистый инстинкт смерти. Призыв вице-спикера Думы Петра Толстого лечиться не современными американскими лекарствами, а корой дуба — это не метафора, это образ нашей страсти к самоистреблению. Не могу не сказать, что в основе нынешнего могильного патриотизма, который проповедует Петр Толстой, и ненависть к своему народу, и глобальное человеконенавистничество.

Долой здравый смысл!
Если говорить о скопцовстве не как о симулякре патриотизма наших циничных депутатов, а как об открытости русской души к самоубийству, как об идеологии самокалечения и саморазрушения, то нельзя не заметить, что эта болезнь проявила себя задолго до победы патриотизма «русской весны» 2014 года. Ваш покорный слуга ещё в мае 1990 года в статье «Русские уходят из России», опубликованной в газете «Известия», обратил внимание на изначальную противоестественность, абсурдность идеологии и политики «суверенитета РСФСР», которая привела Ельцина к власти. За жаждой этого суверенитета тоже стояло желание своими руками разрушить создаваемую веками историческую Россию, оставить за границей нового государства более 20 млн своих соотечественников, выбросить за свои границы и «мать городов русских» Киев, и «город русской славы» Севастополь, как тогда говорилось, «перестать кормить Кавказ, Прибалтику и Среднюю Азию». Суверенитет РСФСР стал суверенитетом не только от наследства русской истории, но и от итогов победы 9 Мая. Он означал смерть русского мира. Нынешняя Российская Федерация не имеет никакого морального права быть правопреемником СССР, ибо именно она была инициатором убийства исторической России. Но этого не понимают ни наш народ, ни наши политики. Разве это не безумие: сначала делать всё возможное и невозможное, чтобы Крым стал «не наш», а спустя без малого четверть века эти же люди убивают будущность страны для того, чтобы страшной ценой вернуть себе то, что они в 1991 году добровольно выбросили на свалку геополитики?

Практически все нынешние ярые «крымнашевцы», кроме Александра Проханова, были сторонниками распада СССР, более того, они сделали политическую карьеру именно благодаря распаду СССР. Многие нынешние политики и военные перебежали от Горбачева к Ельцину, нисколько не смущаясь тем, что их новый хозяин откровенно проводил антироссийскую политику, разрушал СССР.

С либералов взятки гладки. Они были последовательны в своей борьбе с тем, что они называли «имперским наследством России». Правда, и они несут прямую ответственность за безумие нового русского самодержавия, за сумасшествие «крымнашевской» России: на крови защитников парламента не было возможности создать ничего, кроме нового варианта русского самодержавия. Умный Леонид Радзиховский почему-то не может понять, что расстрел из танков безоружных людей в Белом доме 4 октября 1993 года, который он, Леонид Радзиховский, до сих пор одобряет, как раз и породил сумасшествие нынешней внешней политики России, которое он осуждает.

К чему я об этом вспомнил? К тому, чтобы показать, что разрыв со здравым смыслом характерен не только для всех русских эпох, каждая из которых дает нам примеры собственного безумия, но и абсолютно для всех политических партий России. Конечно же, победа марксистского сумасшествия Ленина и Троцкого была порождена сумасшествием Павла Милюкова и Александра Керенского, решивших во что бы то ни стало сделать Константинополь новой столицей Российской империи.

Ещё раз повторяю: наша трагедия состоит в том, что ни наши политики, ни наш народ не могут мирно сосуществовать ни со здравым смыслом, ни с правдой. Только один пример. Спецоперации, которым в советское время научили нынешних руководителей России, никогда не смогут заменить разумную политику, предполагающую долгосрочную стратегию. Иначе нетрудно было бы понять, что Украина с пророссийскими Донбассом и Крымом имела бы куда меньше шансов стать антирусской и проевропейской, чем нынешняя — израненная ракетами донбасских «шахтеров и трактористов». Нетрудно было понять, что операция «зеленых человечков» превращает более чем 40-миллионную Украину во враждебного соседа, который становится необъятным полигоном НАТО. Неужели не видно, что в случае превращения Украины в члена НАТО ракеты, направленные против России, будут стоять уже не в Севастополе, а совсем рядом с Москвой — около Брянска? Неужели не понятно, что в современном мире гарантом безопасности является не размер территории и количество природных гаваней, а развитая высокотехнологичная экономика, производящая современное оружие?

Напрашивается главный вывод из моей попытки напомнить о нашей неискоренимой страсти творить безумие, дать человечеству урок, чего никогда и ни при каких условиях не следует делать. Сравнивая сумасшествие гайдаровских реформ с сумасшествием спецопераций эпохи Путина, я лично для себя обнаруживаю определенную закономерность: чем сильнее традиционное русское самодержавие, чем сильнее покорный и терпеливый русский народ обожествляет своего руководителя, тем меньше лидер страны думает о негативных последствиях принимаемых им решений, тем меньше он способен контролировать себя, тем легче он отдает себя во власть иррационального.

Многие говорят, что без сверхвластия в России никогда не будет порядка и стабильности. Не знаю. Но надо видеть, что в посткрымской России самодержавие правителя калечит души людей. Самодержавие и чувство личной ответственности за судьбы твоей страны несовместимы. Никогда за свою долгую жизнь я не слышал так часто, как в последние годы, наше традиционное русское: «А нас, простых людей, власть никогда ни о чем не спрашивает». Вместе с ростом всевластия Путина в последние годы не только у все ещё живущих бывших советских людей, но и у среднего поколения проникает в душу страх иметь собственное мнение, идти против того, что сегодня наше телевидение называет «патриотизмом», «верностью Родине». От страха оказаться в так называемой пятой колонне невиданно выросла явка на последних президентских выборах. Для многих остаться на этих выборах дома означало пойти не только против Путина, но и против России.

Всё ясно. Чем слабее русское самодержавие, тем безобиднее русское сумасшествие по человеческим масштабам. Реформы Гайдара, которые, по его собственному признанию, преследовали не столько экономические, сколько политические цели, несли с собой, как и всякие революции, прежде всего разрушение того, что есть. Но все же эти реформы не подводили Россию к красной черте возможного военного противостояния с Западом настолько, насколько подвели успешные «крымнашевские» операции.

Русский тупик
Расчеловечивание нынешнего русского человека проявляется не только в том, что ему становятся чуждыми ценности свободы, истины, правды, но и в том (и от этого лично мне страшно), что ему становится чуждой ценность человеческой жизни. Мало кто обращает внимание, и, кстати, в этом я не вижу вины Путина, что каждый шаг на пути усиления вертикали власти в последние годы вёл к забвению гуманитарной цены достижений социализма, к оправданию сталинского террора, сталинских репрессий, к укреплению у подавляющей части населения убеждения, что во имя великих идеалов можно убивать, морить голодом миллионы людей.

Не надо никаких новых революций. Сумасшествие «крымнашевской» России дает обильную пищу для дополнения того, что открыли в русской душе, и Максим Горький со своими «Несвоевременными мыслями», и Иван Бунин в своих «Окаянных днях». Оказывается, русские не любят свободу не только потому, что не хотят брать на себя ответственность за ошибки, просчеты и даже преступления своих правителей (я имею в виду преступления Сталина), не только потому, что куда легче жить, когда власть тебя ни о чём не спрашивает, но и потому, что они не любят правду, не хотят видеть и слышать того, что может подорвать веру в их любимого и неповторимого Путина. Отсюда и характерный для ядерного электората Путина взгляд испуганной ящерицы. Всенародная любовь к нынешнему президенту и здравый смысл несовместимы.

Невозможно совместить здравый смысл и нынешнее «Будет Путин — будет Россия». Ведь за этой фразой стоит убеждение, что Россия сама по себе ничего не стоит, что и вы, и ваши дети обречены погибнуть вслед за неизбежной смертью Путина. Я прожил уже много лет, но никогда за свои 70 лет сознательной жизни не сталкивался с подобным безумием окружающих меня людей. Мне могут сказать, что я сгущаю краски, что в настроениях нынешних русских, готовых умереть в грядущей третьей мировой войне, если их к этому призовёт любимый президент Путин, ничего нового нет. Все это — проявление традиционного русского фатализма, покорности судьбе. Был такой советский анекдот: «Парторг говорит рабочему: «Ваня, завтра тебя будут вешать». Тот задает вопрос: «Приходить со своей верёвкой или мне её выдаст местком?» Но, на мой взгляд, есть существенная разница между фатализмом и рабской покорностью советского человека и фатализмом тех, кто сегодня раздумывает о том, какую крупу брать в бомбоубежище на случай начала третьей мировой войны. В подавляющем большинстве советские люди, я уже не говорю об интеллигенции, сострадали жертвам сталинских репрессий, с радостью встречали выпущенных Маленковым и Хрущевым из ГУЛАГа родственников и знакомых. Советские люди в массе сохраняли веру в более удобное для жизни, более человечное будущее. За покорностью же «крымнашевской» России, готовностью умереть, чтобы проучить зарвавшихся американцев, нет ничего человеческого: ни сострадания к жертвам сталинских репрессий, ни надежд на лучшее будущее. Несомненный факт: сверхвластие Путина сняло с повестки дня вопрос о будущем России. Остались только туманные разговоры о прохождении дна кризиса, о каких-то прорывах.

Что из всего сказанного следует? Даже при сохранении нынешнего, по русским меркам слабого всевластия Путина (сравните всевластие Путина со всевластием Сталина, и вы поймете, о чем я говорю), нас ожидает дальнейшая душевная деградация: я имею в виду страх перед правдой, перед собственным мнением, сворачивание и без того тощих русских свобод, апатию души, которой никого не жалко. Если Россия надолго останется со всех сторон осаждённой крепостью, то никакого просвета в нашей жизни точно не будет. Жажда поиска и разоблачения врагов окончательно придушит и без того ленивые русские мозги. А русское сумасшествие, праздники русского безумия точно превратятся в бесконечные будни нашей жизни.

Скорее всего в силу серьезных личных причин Путин никогда не откажется от так полюбившегося ему самовластия, от своей абсолютно ничем не ограниченной власти. Но, на мой взгляд, губительны для России и все проекты, которые вынашивает Навальный. Губительны потому, что мы — не сплоченная нация вроде армян, которые думают о том, как бы кризис не привел к гибели сограждан. У нас, как и в родственной нам Украине, майданы неизбежно приведут к крови, к расправе над бывшими, к переделу собственности, к новому изданию русской анархии. Надо понимать, что у нас в России революции типа армянской неизбежно приведут к окончательному распаду всего, что в Российской Федерации осталось от СССР. Возникает почти неразрешимая проблема: при сохранении всевластия Путина Россию ничего хорошего не ждёт, но в силу того, что так и не сформировалась единая российская нация, до сих пор нет реальных путей преодоления всевластия за счет развития демократии. Ведь совсем не случайно демократия 1990-х обернулась новым изданием русского самодержавия. И я, честно говоря, не знаю, как найти выход из создавшегося тупика.