Оскорбление — это не критика, а критика — это не оскорбление

https://life.znaj.ua/ru/451187-oles-doniy-rozpoviv-yak-kritichne-mislennya-dopomozhe-dosyagti-suspilnogo-shchastya

Олесь Доний рассказал, как критическое мышление поможет добиться общественного счастья - ЗНАЙ ЮА

А это пример непонимания критического мышления даже у тех, кто размахивает им как флагом: «критическое мышление не имеет никакого отношения к критике» и  «критическое мышление не тождественно критике, оскорблению». Оскорбление — это  не критика, а критика — это  не оскорбление, другое дело, что её многие именно так воспринимают. Но это не проблема критики, а проблема людей.

Самый распространённый и самый опасный культ — культ самообмана и веры в себя as is

У меня на сайте есть книга «Человек и ситуация. Уроки социальной психологии», где прекрасно объяснены фундаментальные механизмы поведения человека. Главным и решающим механизмом там называется субъективная интерпретация (construal, я её называю конструпретацией — конструирование (фантазирование) + интерпретация). Манипуляторы всего лишь умело подбрасывают дровишки и подливают масло в костёр конструпретаций своих жертв. Это не умаляет вины манипуляторов и не меняет местами преступника и жертву, но указывает на объективно решающий вклад жертвы в доверие манипулятору и, соответственно, в эффективность манипуляций. В книге Е.Л. Доценко «Психология манипуляции» обоснованно указывается, что манипуляции — это карточные домики, которые легко разрушить любым усилием сомнения — сомнения прежде всего в себе, в своих верованиях, в своём мышлении, в своих знаниях и т.д. Второе усилие — это усилие признания своего несовершенства и способности ошибаться и заблуждаться, способности быть легко обманутым. Люди верят манипуляторам, потому что верят в свои способности отделять истину от лжи, в свои примитивные представления о мире и жизни, в то, что благородные идеи и намерения вполне заменяют сложные знания и ещё более сложные умения (см. лекцию К. Поппера «История нашего времени: оптимистический взгляд»). Источник и корень манипуляций — в наивности и неосознанной общечеловеческой глупости манипулируемого, а не в злодейском мастерстве контроля сознания со стороны манипуляторов. В человеческом организме живёт немалое количество болезнетворных бактерий и вирусов и немалое их количество попадает в него чуть ли не ежесекундно, но болезни запускаются сбоями механизмов иммунитета, т.е. активного и своевременного подавления угроз здоровью. Жертвы манипуляций — это индивиды с отсутствующей или нарушенной системой сопротивления прежде всего САМООБМАНУ, т.е. легко позволяющие себе верить тому, во что им хочется верить, наплевав на факты и критику.

В силу всего вышесказанного выход из манипуляции только через разоблачение обмана со стороны манипуляторов и с упором на этот обман нередко не избавляет от самообмана и от рецидивов доверия тем манипуляторам, которые лучше впишутся в рамки этого самообмана манипулируемого. Преодоление же самообмана, т.е. прямая критика самого себя и своих верований и принятие критического мышления, вызывает пока у большинства людей такой же сильный страх, как угроза смерти или чего-то подобного. Получается, что самый опасный и разрушительный культ, в котором находится абсолютное большинство людей — это культ веры в собственную непогрешимость и мудрость в случайно сформировавшемся текущем состоянии своего сознания, знаний и умений (as is​ — как есть). Приверженность людей этому культу и объясняет крайне низкую эффективность сторонней помощи жертвам разных прочих культов.

В результате такого понимания проблемы манипулирования после 10 лет глубокого погружения в неё (с 1993 по 2003 гг.) я и сосредоточился 12 лет назад на средствах профилактики и разрушения этого фундаментального культа самообмана и на помощи всем желающим выйти из этого культа и научиться такому критическому рациональному восприятию мира и себя, которое позволяет жить свободно и творчески и наиболее эффективно решать любые жизненные и профессиональные проблемы.

Восприятие критики как войны

Каждый хочет, чтобы его информировали честно, беспристрастно, правдиво — и в полном соответствии с его взглядами.

Г. Честертон

Как заставить людей признавать факты?

14 марта 2015

Психологи ломают голову: как заставить людей признавать факты?

http://news.israelinfo.co.il/kaleidoscope/55906
Три столетия назад, на заре эпохи Просвещения, европейские философы твердо верили, что человеческий разум скоро рассеет «предрассудков тьму», так как все ложные взгляды и убеждения — всего лишь результат невежества, незнания научных фактов. Достаточно «просветить» людей относительно истинного положения дел, чтобы они с презрением отбросили «дедовские предрассудки» и научились руководствоваться доводами рассудка.

Этот оптимизм рухнул уже в начале ХХ века , а с тех пор изучение причин, механизмов и проявлений человеческой иррациональности стало одним из магистральных направлений многих общественных наук — от психологии до экономики и политологии. Уже давно известно, что развитие науки не делает человеческое общество более рациональным, и более того — параллельно с ростом научных знаний растет и количество разного рода диких мифов, в то время как сама наука из «властительницы умов» превратилась в подозрительную служанку. Сегодняшние люди, охотно принимая все новые дары научно-технической цивилизации, с возмущением отвергают «тоталитарные» претензии науки и отстаивают свое право игнорировать любые доказанные факты, если они по тем или иным причинам противоречат их интимным убеждениям.

Современные психологи, проведя десятки экспериментов, пришли к выводу, что люди практически никогда не отказываются от дорогих сердцу взглядов и верований «под напором неопровержимых фактов», и даже наоборот — информационный натиск порождает реакцию отторжения, включаются разнообразные механизмы психологической защиты, и человек, вместо того, чтобы принять «неопровержимую истину», еще более укрепляется в своих заблуждениях.

Как это происходит, показано, например, в недавнем исследовании американских психологов Джастина Фрейсера и Троя Кэмпбелла, опубликованном в последнем номере Journal of Personality and Social Psychology. Экспериментаторы «изучали скользкие пути, которыми люди убегают от фактов, противоречащих их верованиям», — и обнаружили, что в ситуациях, когда индивид не может опровергнуть достоверность «неудобного» факта, он переводит дискуссию в сферу, где заведомо не действуют научные принципы проверяемости и погрешимости, — например, в область моральных принципов и личных ценностей.

Такой эффект наблюдался, в частности, в эксперименте, где сторонники и противники однополых браков обсуждали допустимость воспитания детей в семьях гомосексуалистов. При рациональном ведении такой дискуссии должны бы учитываться научные факты о наличии или отсутствии каких-то психологических последствий для детей, выросших в подобных семьях. Однако на деле испытуемые готовы были принимать и учитывать факты этого рода лишь тогда, когда они подкрепляли их априорное убеждение, — и «уходили в сферу непроверяемого», как только факты грозили подорвать их взгляды.

Ранее в других экспериментах было показано, что попытки изменить ложные убеждения людей с помощью целенаправленной пропаганды могут оказаться не только бесплодными, но и иметь обратный эффект.

Около года назад политолог Брендан Найхен опубликовал результаты трехлетнего исследования, в котором группа педиатров и политологов пыталась найти способы повлиять на предубежденность родителей против вакцинации детей. Были испробованы (в разных группах) все мыслимые способы рационального и эмоционального воздействия — брошюры с объяснением опасности инфекционных заболеваний, выводы научных исследований об отсутствии связи между прививками и риском аутизма, фотографии обезображенных болезнями детей, страшная история об умершем от кори младенце. Ни один из методов не повысил готовность родителей сделать прививки собственным детям, а в некоторых группах наблюдался и обратный эффект.

«Мы никогда не искореним предрассудки — ни у других, ни у себя, ни в своем обществе», —заключают Джастин Трейсер и Трой Кэмпбелл. Однако успокоиться на этом выводе и просто позволить каждому «жить со своими тараканами в голове» современное общество не может: слишком дорого эти «тараканы» обходятся.

Известно, например, что противники вакцинации детей не подвергают их существенному риску — но лишь до тех пор, пока подавляющее большинство родителей исправно водят детей на прививки. Если ложные идеи «вреда вакцинации» завоюют сознание масс, последствия будут страшными.

В других сферах — например, в области политических убеждений, — последствия массовой иррациональности и «бегства от фактов» не столь очевидны, но, возможно, еще более разрушительны. Поэтому исследователи не оставляют упорных попыток «пробиться к человеческому разуму», нащупать пути преодоления защитных психологических барьеров «бегства от фактов». Кое-какие любопытные находки в этой области уже есть — например, в ряде экспериментов выяснилось, что люди с большей готовностью принимают «неудобные» факты и корректируют свои взгляды в ситуации, когда это не угрожает их самооценке.

Психолог Клод Стил еще 15 лет назад доказал, что люди начинают вести себя более адекватно и достигают лучших результатов в любых видах деятельности после «упражнений на повышение самооценки» — проговаривания или написания рассказа о какой-то своей удаче, достижении, любом моменте гордости собой. Политолог Бнендан Найхен обнаружил, что этот метод «работает» и в ситуациях столкновения с «неудобными» фактами: утвердившись в своей самооценке, люди начинают демонстрировать большую широту взглядов и готовность сверяться с фактами.

Другими словами, если вы хотите что-то доказать человеку, не пытайтесь припереть его к стене неотразимыми фактами и торжествующе кричать «слив засчитан!», когда собеседник включает механизмы защиты заветных убеждений (как это делают многие участники сетевых дискуссий). У вас есть шанс «достучаться» до собеседника лишь в том случае, если его самооценка не пострадает от признания вашей правоты. Умные люди догадались об этом давным-давно — но теперь это еще и экспериментально подтвержденный научный факт.

Фото Ant Standring

Как стать чемпионом, или Страшная тайна всех бед России

Тренер двукратного олимпийского чемпиона по сноуборду Виктора Уайлда на вопрос, чем тот, исконный американец, отличается по менталитету и характеру от исконно российских коллег, дал ответ, коварно раскрывающий самую главную тайну всех бед России:

«— Он требовательный, добрый по-спортивному, умеет признавать ошибки. С такими, как он, проще».

Вот тайна постоянного отставания России от передовых государств и наций. Никакие не внешние враги и не коварные заговоры и подножки, а тупое упорство в слепом отвержении критики и в неспособности к самокритике, в неспособности, неумении и нежелании быть требовательными прежде всего к самим себе в подтирании собственного же дерьма и в признании этого дерьма дерьмом. Достаточно оглянуться на немцев, которые на признании своих ошибок построили такое государство, что нам ещё сто лет обсираться от зависти. И мы пока и предпочитаем обсираться в воплях о своей особой «духовности» и «великой миссии», а не принюхиваться, в чём мы постоянно обделываемся, и начинать учиться пользоваться туалетной бумагой по назначению на территории собственной жопы.

P.S. См. «Секрет гарантированного успеха».

Самая бахвальная человеческая глупость — и самая вредная...

Какая из человеческих глупостей самая вредная? Та, что и самая бахвальная — самовосприятие себя в качестве самого умного, практически непогрешимого. Людей, считающих себя, согласно известной идиоме, «святее папы римского», подавляющее большинство, и подавляет оно  (это большинство) много хорошего, конструктивного и полезного и в себе, и вокруг себя.

Вчера я как раз опубликовал пост «Сила и храбрость признания себя несовершенным» со ссылками на прекрасные изыскания и рассуждения на эту тему Брене Браун, но данный пост я задумал ещё неделю или полторы назад.

Мы катастрофически недооцениваем ту степень самопереоценки и самообмана, которая характерна для социализации каждого нарождающегося поколения в русле господствующего течения культуры. Неспособность к реалистичному и самокритичному восприятию себя — без самоедства и самоуничижения — ведёт как к ужасающему подрыву самокоммуникации (саморефлексии и самоосознания), так  и к отравлению общения и взаимодействия с другими людьми и миром (см. «Три первородных должнотраха»).

Мы тратим колоссальное количество времени и сил на поддержание и соревнование самообманов и на погоню за фантомами, надрывая свою жизнь и окружающих — близких и далёких, — то придумывая оправдания в утопическом окончательном счастье всего человечества, не умея составить счастья ни одному реальному человеку рядом с собой, даже себе; то задавая бессмысленные карьерные цели в ещё более бессмысленном искусстве втюхивания всему человечеству средства от перхоти или кучки чипов, пластика и железок с приставкой I в названии... И при этом ни на кухне, ни на международных форумах или дипломатических переговорах мы до сих пор не умеем ни быть самими собой, ни обсуждать реальные проблемы и то, что нас на самом деле волнует — или должно было бы волновать, будь мы подлинно-несовершенными, а не таскающими, как раб колодки, непременный пьедестал под названием «быть на уровне самой ходовой глупости», на который нужно непременно вскарабкиваться и изображать самодовольный идиотизм некритического самонадувательства...

Сила и храбрость признания себя несовершенным

Критическое (умелое, разумное, реалистическое) мышление предполагает в качестве фундаментального принципа признания своего человеческого несовершенства, многообразного и неисчерпаемого. Интеллектуальная скромность, преодоление критикофобии, умение самокритикой рассеивать приятный самообман и разоблачать свою глупость — и умение не стыдиться этого и жить, будучи подлинным собой, а не набором масок, добродушно посмеиваясь на страхами остальных увидеть себя без ретуши...

И сегодня такой подарок обнаруживаю на эту тему в Сети: статья ««Людям надо научиться смелости быть несовершенными»: Брен Браун о стыде и уязвимости» и два видео (1, 2) с TED-выступлениями Brené Brown с русскими субтитрами и русскими транскриптами, общее число просмотров которых приближается к 10 млн. ЧИТАЙТЕ И СМОТРИТЕ!!!

Диагнозы России: критикофобия с ошибкофобией и мыслефобия со словофобией

Пишу статью про необходимость преподавания критического мышления в бизнес-образовании и по ходу размышлений вышел, как мне кажется, на интересные наблюдения и выводы, которые относятся не только к бизнесу, а ко всем сферам менеджмента и власти в России и к свойствам российской культуры в целом. Речь об очень конкретных заболеваниях, излечиваемых вполне конкретными средствами, хотя сами заболевания имеют практически тотальное распространение. Далее — отрывок из статьи, которую я полностью опубликую на КОРНИ-сайте после бумажной публикации или сразу после написания окончательного текста:

Критическое мышление — это профессионализм в мышлении, в овладении которым выделено 6 уровней. Оно очень существенно отличается от того, что некоторые западные специалисты по бизнес-образованию и бизнес-консультированию называют «деловым мышлением» [4], предлагая на деле очень поверхностные и дилетантские схемы. Сам заголовок только что указанной книги содержит фразу, полностью дискредитирующую всё содержание: «Правила, позволяющие принимать безошибочные решения — сразу и по любым вопросам!» Подобных правил нет и не может быть, а такое утверждение указывает на низкий уровень мыслительных умений (но не способностей — они просто не учились умелому, т.е. критическому, мышлению) самих авторов.

Способность к критике и самокритике и признание критически низкого уровня мыслительных умений абсолютного большинства людей независимо от образования и занимаемых должностей — ядро и стержень критического мышления, чем и обусловлен выбор термина. Эти «ядерные» принципы предполагают признание фундаментального несовершенства человеческих существ и сильную зараженность последних ошибочными представлениями, иллюзиями и предрассудками. И среди человеческих предрассудков самый распространённый и одновременно самый вредоносный — чрезмерно завышенные представления о качестве своих знаний и мышления.

И как раз в российской бизнес-среде, на курсах MBA, мне пришлось несколько лет назад столкнуться с совершенно неадекватной реакцией успешных собственников и топ-менеджеров на попытку дать им попробовать, насколько их мышление отличается от критического мышления, т.е. насколько они в мышлении начинающие любители, а отнюдь не профессионалы. Группе, в которой начинался курс «Принятие решений», был дан простой тест из 30 заданий на различные аспекты анализа информации, выбора решений, логику и т. д. После предъявления ключа у части группы, включавшей самых амбициозных бизнесменов и менеджеров, половина и более ответов оказались неверными. Вместо того, чтобы задуматься и воспользоваться этим уроком для совершенствования своих интеллектуальных умений, несколько человек возмутились в самых резких выражениях авторами теста, преподавателем и «дурными американцами» и с криками покинули аудиторию. С оставшимися слушателями мы затем весьма плодотворно разбирали допущенные ошибки, которые были для них хоть и неприятными, но крайне интересными и поучительными.

Давайте поставим прямо напрашивающийся вопрос: «Можно ли надеяться на сколько-нибудь серьёзное и глубокое модернизационное и инновационное развитие бизнеса, если многие его «капитаны» боятся выявления своих ошибок и невежества как чёрт ладана?» Вопрос получается риторическим, поскольку отрицательный ответ тут единственно возможный.

«Чисто не там, где метут, а там, где не сорят». Иными словами, успешно развивается не та деятельность, агенты которой ищут новации, «безошибочно решающие все проблемы», а та, агенты которой тщательно ищут ошибки любой застарелости и старательно их избегают и ликвидируют. И этот главный секрет успеха называется «принцип Анны Карениной» [5], гениально сформулированный Л. Толстым в первом предложении одноимённого романа: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему».

Расшифровывается этот тезис так: счастливые семьи (компании, организации, государства) не знают «позитивных» секретов успеха и счастья, а методично и трудолюбиво устраняют или обходят основные ошибки или ловушки, тогда как для несчастных семей (компаний, организаций, государств) становится началом бедствия любая незамечаемая или непризнаваемая ошибка, как любая дырка в воздушном шаре ведёт к катастрофе. В связи с этим очевидна ложность так называемого «позитивного мышления», уместного лишь в короткие перерывы постоянной работы над ошибками. Другое дело, что сама работа над ошибками, т.е. постоянное применение критического мышления для решения мало-мальски серьёзных вопросов, может быть и позитивной, и местами весёлой, что ярко проявляется, например, в разных формах сатиры и иных жанров высмеивания иллюзий, глупостей и абсурда. Да и чего, кроме громкого смеха, достоин тот, кто серьёзно верит в свою непогрешимость и готов громить любого, указывающего на ошибки?

А в России основная масса людей, управляющих государством и бизнесом, и сорят со всей силой своей глупости, и нисколько не думают подметать горы своих огрехов, а уж смеяться над собой они не только себе не позволяют, но даже беззащитным хрупким девчонкам затыкают рот всей силой полиции и суда. Но при этом, будучи по уши в ошибках и заблуждениях, давно выявленных и изученных, мнят себя всезнающими и всеумеющими и надеются волшебным образом — без критики и работы над ошибками — всех обогнать и победить. Если переосмыслить известное древнее изречение, то, когда боги хотят кого-то покарать, того они лишают критического мышления и способности к принятию критики.

Если бы я ставил диагноз российскому бизнесу и менеджменту, то прежде всего указал бы на основные фобии (страхи): критикофобия, ошибкофобия (эрратофобия), мыслефобия и словофобия. Эти четыре фобии образуют две пары тесно связанных между собой страхов. Страх критики определяется страхом увидеть и признать свои ошибки, как будто они — голова Медузы Горгоны. А страх перед сложными уровнями мышления тесно связан с фобией в отношении научной терминологии и ведёт к бегству от освоения необходимых теорий в примитивно понимаемую «практичность» и в бедный жаргон простых моделей и объяснений.

Указанные фобии имеют своим источником миф о волшебстве успеха: успешность бизнеса и карьеры рассматриваются как чудесные средства, освобождающие от ярма несовершенства, от критики и от сложной мыслительной работы (и от многих других видов работы, прежде всего от работы над собой). Поддержание этого мифа и ведёт к патологической боязни и избеганию как собственного, так и стороннего критического мышления; к истерическому отрицанию ошибок и к распространению самых примитивных языковых форм в качестве культурной нормы. Всё это звенья одной цепи — цепи, которая тянет в пропасть...