Научись онтокритике, чтобы перенаучиться жить

Неграмотными в 21-м веке будут не те, кто не могут читать и писать, а те, кто не смогут научаться, от(раз)учаться и перенаучаться. Элвин Тоффлер

Поиск по этому блогу

Показаны сообщения с ярлыком домашнее обучение. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком домашнее обучение. Показать все сообщения

2023-03-09

Мифы школы и домашнее научение

Мифы школы и домашнее научение

Бронислав Зельцерман


Ещё одна кража у Yulia Turchaninova
#школа -4
#социализация
Ну всё, отступать некуда, так что сегодня о самом больном...
- А как же социализация?! — слышат родители-хоумскулеры со всех сторон...
Как будто только и именно эти 10-11-12-14 лет, проведенных в затылок друг другу, и обеспечивают единственный механизм вхождения вашего ребенка в социум...
Давайте я опять попробую по пунктам
Современная школа по своему устройству институт глубоко асоциальный, т.е. противоречащий состоянию и ожиданиям общества, рынка труда и родителей во многих разных отношениях:
1. Нигде и никогда больше человеку не придется заниматься самыми разными делами с одной и той же, не им выбранной и подобранной группой ровесников;
2. Нигде и никогда больше (ну, кроме армии и тюрьмы, конечно) ему не придется жить по звонку, являться на переклички и просить разрешения перекусить или воспользоваться туалетом;
3. Нигде и никогда больше режим его жизни не будет определяться только и именно учреждением, в которое он вынужден ходить не по своей воле;
4. Нигде и никогда больше у него не будет одновременно и параллельно до десятка начальников, требования которых подлежат неукоснительному исполнению;
5. Никогда больше он не будет настолько полно лишен свободы выбора рода и продолжительности своих занятий, способов организации своей деятельности и своего времени, товарищей по работе и пр.
6. Нигде и никогда больше не будут так высоко цениться в нем конформизм, послушание, исполнительность и безынициативность.
7. Нигде и никогда больше он не будет абсолютно лишен возможности уклониться от общения с людьми, которые ему не симпатичны или даже отвратительны.
И снова скажу: не надо мне напоминать, что где-то иногда кое-что из этого печального списка бывает по-другому. Я знаю. Знаю и то, что кроме общей казенной структуры школьных учреждений, в каждой конкретной школе — своя атмосфера и свой "hidden curriculum", которые определяются её традициями и всеми взрослыми, работающими там в то время, которое застают там наши дети. Важно, однако, что просто смена директора или уход/приход какого-нибудь нового учителя, могут очень быстро вывернуть эту атмосферу наизнанку.
В обсуждениях и спорах по поводу социализации особенно важно помнить, что не декларируемые, а повседневные бытовые интересы государственной системы образования состоят в обеспечении сохранности и безопасности детей, что достигается известными средствами: дисциплина, постоянный учет и пересчет, тотальный контроль, пропуск в туалет, к медсестре или завучу, хождение строем, выборочные обыски на оружие и наркотики...
Готовность всех наших детей в возрасте от 5 до 18 лет жить по этим правилам и приобретаемые при этом привычки и навыки мало у кого из них преобразуется потом в инициативность и предприимчивость, умение ладить с людьми и сотрудничать с ними, вообще жить осмысленно.
Так что школа, скажу я вам, в современном мире далеко не единственный и далеко не лучший путь и способ социализации. Как без нее обойтись — другой вопрос и тема для другого разговора.
Так что же отвечают хоумскулеры на сакраментальное "А как же социализация?!" Лучший ответ, какой мне довелось услышать:
Вы знаете, мы с мужем много думали об этом, много читали и обсуждали и решили не социализироваться!

2015-04-22

Почему ваши дети плохо учатся

Почему ваши дети плохо учатся

06.04.2015
Катерина Ясько, психолог, эдуколог
Когда мозговые структуры не созрели, у ребенка нет внутренней потребности учиться. Впихивать насильно знания — прямой путь привить отвращение к процессу познания. Новую систему школьного образования должны строить совместно педагоги, психологи и неврологи.
После того как мы окончательно забрали старших детей из школы на домашнее обучение, меня часто спрашивают: чего не хватает общеобразовательной школе?
На эту тему ежегодно пишется много книг и монографий, говорятся речи, делаются попытки реформ, в Украине есть много освітян-новаторів, которые сейчас стараются вывести систему из многолетнего кризиса. Спасибо им, спасибо уникальным педагогам, которые вопреки системе остаются Педагогами в высшем смысле (мне повезло общаться и дружить со многими), спасибо инициативе "Нова Країна".
Но я не верю, в радикальные перемены в современной школе в ближайшие пять лет, а детей нужно растить Людьми уже сейчас. Объясню.
Последние полтора года нам "посчастливилось" прожить в России в связи с работой мужа в международной организации. Это был непростой, но полезный опыт - я смогла сравнить системы образования двух, как нам теперь кажется, настолько разных стран. До этого в Украине я возглавляла благотворительный фонд, мы занимались образовательными проектами в сфере дошкольного и школьного образования.
И вот мой скромный вывод: российская и украинская государственные системы дошкольного и школьного образования практически не отличаются. И там, и там математика, язык, физкультура, иностранный(е), литература, окружающий мир ("я у світі"), физика и химия. Отличие в языке преподавания, но не в принципах и ценностях. Нас эта схожесть напугала до такой степени, что, поменяв две школы, в середине учебного года мы с мужем решились на столь радикальный шаг, как "хоумскулинг" для двух младших школьников.
Я постараюсь поделиться своим взглядом на общеобразовательную школу сквозь призму требований к человеческому капиталу в стране, где основу экономики должны составлять инновации и творчество. А это единственный путь к устойчивому развитию и процветанию для страны в современном мире.
Если сильно упростить, то человека Человеком делают три вещи: способность к саморефлексии и эмпатии; воля (способность к саморегуляции и самомотивированию на исследование и познание, преодоление трудностей в процессе достижения целей и реализации своих ценностей); творчество (сотворение чего-то нового, желательно в помощь удовлетворению чьих-то реальных потребностей).
1) Постсоветская школа почти не учитывает элементарных знаний о детской возрастной нейропсихологии и потребностях детей на разных этапах развития их мозга.
Усадить 6-7-леток за прописи и математику на 35-45 минут, когда эмоционально-волевая сфера для такого вида деятельности созревает к этому возрасту лишь у 50% детей, с точки зрения нейропсихологии - верх невежества, а в социальном плане просто несправедливо.
В этом возрасте не бывает детей неуспевающих. Бывают дети, у которых недостаточно созрели стволовые структуры, базальные ганглии, ретикулярная формация или неокортекс (и тд), а с ними и механизмы внимания, произвольной саморегуляции, координации, моторики.
На сегодня детей с неврологическими особенностями (минимальная мозговая дисфункция, СДВГ, различный спектр аутизма, эписиндром, задержка речевого развития, дисграфия, дислексия, "тревожный радикал") из поступающих в первый класс около 30%.

Плюс эффект военной травмы (уже на национальном уровне), который без адекватного сопровождения не проходит бесследно. Целое поколение детей нужно будет после войны «отогревать и интегрировать». Большинству этих деток можно обеспечить полноценную качественную жизнь, но для этого школьные педагоги и психологи должны быть людьми новой формации, с новыми навыками и компетенциями, выходящими за рамки педагогики. 


Один из примеров: интерактивные, занимательные способы нейрокоррекции и стимуляции, приводящие к максимально полному и органичному развитию мозга до 12-летнего возраста должны стать частью образовательной системы.

Когда мозговые структуры в достаточной степени не созрели и у ребенка нет внутренней потребности учиться, почти насильно впихивать в них правила грамматики и пунктуации - прямой путь привить отвращение к святому процессу познания. Полностью согласна сДжоном Мединой в том, что новая система школьного образования должна стать результатом совместных усилий лучших педагогов, психологов и (!)неврологов. Я бы еще добавила предпринимателей, но об этом дальше.
2) В эстафете за "освоением программы" система потеряла человеческое лицо. Общеобразовательная школа грубо игнорирует эмоциональные и физиологические потребности детей, особенно в младшей школе. Дети находятся в жестком режиме интеллектуальной деятельности и временами проводят в школе по 8 часов в день, вставая в 7 и возвращаясь домой под вечер.
Недосып и подобный режим активности провоцирует постоянный стресс, повышение уровня кортизола в крови. Детской нервной системе тяжело справляться с необходимостью быть в постоянном тонусе среди еще 25-35 человек, в силу возраста и разных подходов родителей к воспитанию склонных нарушать личное пространство и границы друг друга (физические и эмоциональные).
Мозг переключается в режим "выживания", в котором долго пребывать не может. Ослабляется иммунитет, дети начинают болеть, поскольку бегство в болезнь - один из самых простых способов смягчить эффекты стресса. В состоянии постоянного напряжения о творчестве не может быть и речи.
Общеобразовательная школа не учит детей эмоциональному и социальному интеллекту. Часто общение с некоторыми педагогами заканчивается психологической травмой, поэтому многие дети выходят из школы с нарушенной нервной системой. Такое состояние блокирует творчество (мозг просто не производит альфа-ритмы, которые отвечают за интеграцию мозга и способность находить нестандартные, творческие решения). Страдает интеллектуальный потенциал нации, способность к инновациям.
3) Нет лучшего способа сохранить здоровье ребенка, чем не отдавать его в общеобразовательную школу. Детям и взрослым жизненно необходимы регулярные физические нагрузки и сознательное отношение к своему телу, но я не верю, что навык заботы о своем здоровье можно привить путем посещения уроков физкультуры и "охраны жизни и здоровья" в той форме, как это преподносится в общеобразовательной школе. Около половины младших школьников, просидевших 4 года за стандартными партами, к 10 годам имеют проблемы с опорно-двигательным аппаратом: сколиозы I-II cтепени, плоскостопие, случаются даже межпозвоночные протрузии.
Как правило, перед окончанием младшей школы наши дети на плановой медкомиссии обзаводятся почти пожизненным диагнозом "нарушение осанки".  Диагноз  записывается в медицинскую карточку и остается там до очередной медкомиссии. В лучшем случае, родителям сообщают, что надо показаться хирургу-ортопеду в местной поликлинике, где тот назначает массаж, плавание, лфк. И с этого момента начинается борьба двух систем (образования и здравоохранения) за внимание и ресурсы родителей.
Одна система создала проблему, другая ее пытается решить, но первая не отстает и добавляет работы второй. И так системы кормят друг друга, ни на шаг, не приблизив человека к здоровью и личной ответственности за свое собственное "транспортное средство" на пути к счастью.
В погоне за оценками все больше школ отказывается от физического воспитания и качественных перерывов между учебной деятельностью. Школа не заточена на важнейшие принципы: забота о теле и работа с телом является фундаментальным способом нейрокоррекции и нейростимуляции, средством воспитания характера и долгосрочной инвестицией в успеваемость и устойчивое развитие детей.
Нынешняя система образования исходит из того, что детям "в связи с избытком энергии нужно подвигаться", но не культивирует осознанное и дружественное отношение к своему телу как к бесценному средству для воплощения собственных идей, желаний и целей. И для этого не нужно 45 или 90 минут тренировок.
Мало кто из педагогов понимает, что простые короткие упражнения для тренировки вегетативной нервной системы, например, приседаний, дыхательных упражнений и медитации, чередуясь с интеллектуальной работой, способствуют развитию самоконтроля и саморегуляции, нейрогенезу (процессу формирования новых мозговых клеток), регулируют выброс нейротрансмиттеров, которые способствуют умственному здоровью и когнитивной гибкости (серотонин, дофамин и норэпинефрин), укрепляют иммунную систему, повышают выносливость, помогают регулировать аппетит и противостоять негативному влиянию стресса.
Чистая прагматика: обучение детей самостоятельно заботиться о своем здоровье и эмоциональном благополучии через саморегуляционные механизмы собственного тела помогло бы значительно снизить затраты на медицинское обслуживание.
Здоровые сотрудники способны мобилизовать свой интеллект гораздо лучше, чем больные. В компаниях, конкурентоспособность которых зависит от креативности и интеллекта, такая мобилизация приравнивается к стратегическому преимуществу.
4) Современная школа нацелена на "впихивание" знаний, находящихся в 5-секундном доступе из любого гаджета.
Хотя на самом деле она должна быть нацелена на совсем другое.
Первое - формирование характера (благодаря многолетним исследованиями психологи вывели почти универсальный список качеств/черт характера, приводящих детей к успеху - это самоконтроль, выдержка, любознательность, добросовестность, настойчивость, оптимизм, уверенность в себе, гибкость, умение доводить начатое до конца, способность проявлять упорство в выполнении скучной и неблагодарной работы).
В некоторых западных школах помимо табеля знаний существует "табель характера". По моему мнению, с точки зрения формирования личности - фантастическое решение.
Второе, на что должна быть нацелена школа, - это на развитие мышления (то есть не ЧТО я думаю, а КАК я думаю), особенно критического мышления, в процессе которого интегрируются оба полушария и задействуется "высший мозг" - неокортекс.
Ситуация с одурманиванием 85% населения России проблемой фашизма в Украине и ростом агрессии и насилия во всех сферах - не что иное как результат советских  принципов образования. Образовательная система направлена на внушение и подчинение, а не навык адекватного восприятия и критического анализа информации, особенно на предмет эмоциональных манипуляций. У целой нации после "распятых мальчиков" и ужасов войны в Украине, которыми заполняется 50% новостного эфира, сознание переместилось на уровень лимбической системы - эмоции перекрывают левое полушарие и "верхний" мозг (неокортекс).

Так способность людей думать и анализировать атрофируется. В школе людей учат ЧТО (какие мысли) думать, но не учат КАК думать. Критическое мышление, умение поставить себя в позицию другого (multiperspectivism) и умение защититься от эмоциональных манипуляций – фундаментальные навыки для современного человека.
5) Живем в эпоху информационного общества, растим поколение Z, а система образования до сих пор не включает в себя институт наставничества/менторинга/тьюторства.
При нынешнем спектре возможностей реализации, от которых голова кругом идет, нет подготовленных специалистов, способных помочь детям разобраться в себе, в своих талантах, сильных и слабых сторонах, сформулировать ближайшие зоны развития, обучить тайм-менеджменту и управлению проектами (даже маленькими - на этом принципе, например, построена система project-based homeschooling), определиться с целями и оказать психологическую поддержку в процессе их достижения.
И вот здесь в образовательной системе очень не хватает предпринимателей, как "заказчиков" новых навыков и компетенций.
6) У нас нет времени ждать до 23 лет, когда дети закончат ВУЗ, получат какую-то бумагу сомнительной ценности и начнут обеспечивать себя. Опыт показывает, что к возрасту 12 лет дети могут развить в себе достаточно компетенций, чтобы частично закрывать свои потребности путем конвертации результатов своего творчества в личные блага (я не имею ввиду детский труд, запрещенный законом!).
Много лет подряд общеобразовательная система, как в школе, так и в ВУЗе была направлена на то, чтобы дети подольше оставались в роли "до-18-лет-ребенок", но времена изменились. Поскольку на государственную пенсию лучше изначально не рассчитывать (в лучшем случае пенсионный возраст будет продлен лет до 67 лет, как в Норвегии), у нас остается единственный вариант: развиваться самим, строить крепкие отношения в семье и помогать детям обрести навыки, которые помогут им быстрее становиться самостоятельными.
Тогда родитель из роли опекуна и донора быстрее переходит в роль друга и моральной поддержки. Вместо того чтобы бороться с системой, сознательным родителям предстоит принять личную ответственность за обретение детьми этих навыков и компетенций, находя для них другие формы образования.
P.S. Мой список книг для осознанных родителей:
1. Пол Таф "Как дети добиваются успеха" 

2. Мартин Селигман "Ребенок-оптимист. Проверенная программа формирования характера"
3. Михай Чиксентмихайи "Поток"
4. Джон Готтман "Эмоциональный интеллект ребенка"
5. Гордон Ньюфелд "Не упускайте своих детей"
6. Элейн Эйрон "Высокочувствительный ребенок"
7. Жан Лендлофф "Как вырастить ребенка счастливым"
9. Анна Семенович "Нейропсихологическая коррекция в детском возрасте"
10. Л.С Цветкова: "Актуальные проблемы нейропсихологии детского возраста"
11. Маршалл Розенберг "Язык жизни. Ненасильственное общение"
12. Джон Медина "Правила мозга. Все, что стоит знать о мозге вам и вашим детям".
13. Miriam Mason Martineau "Integral Parenting as Spiritual Practice"
14. Дениел Сигель "Воспитание с умом. 12 революционных стратегий развития мозга вашего ребенка"
15. Статья Ольги Писарик "Домашнее образование в США и Канаде: от экстрима к мейнстриму"

2012-10-22

Научи себя сам — 0001: Государство из образования — в сад (только не в детский)

Начинаю новую рубрику — «Научит себя сам».

Строго говоря, всему, чему человек научается, он научается исключительно сам. Другие люди и обстоятельства могут только предоставить — или не предоставить — условия, материалы и поводы для самонаучения.

Вышесказанное является фундаментальным принципом, любые отклонения от которого превращают образование во что угодно, только не в процесс научения. Если государство претендует помогать именно процессу самонаучения, а не пытается использовать институциональное образование в иных целях, то оно должно обеспечить не только организационную сторону, но и обеспечить наилучшее и наинужнейшее СОДЕРЖАНИЕ, чтобы гарантировать встречу с ним самонаучающегося индивида. Возьмёт ли последний это содержание в свою жизнь — это проблема его персонального выбора и требований при приёме на работу. Но то государство, которое суёт в школы и вузы какую ни попадя фигню, а жизненно  и профессионально важного не даёт, — его надо посылать в самый дальний и самый заросший колючками сад. Вместо этого самоудовлетворяющегося монстра образование должны строить в первую очередь сами граждане и их дети — через развитие внесистемных образовательных структур и бесшкольного обучения.

А вот что вытворяет с образованием российское государство:
«Эксперт» № 42 (824) /22 окт 2012, 00:00

О дисциплинированном выборе худшего

Александр Привалов

В среду Дума рассмотрела в первом чтении два законопроекта: правительственный проект «Об образовании в РФ», представленный министром Ливановым, — и альтернативный проект «О народном образовании», представленный депутатом из фракции КПРФ Смолиным. Первый прошёл — второй был отвергнут. Другого результата, по правде сказать, никто не ждал, но очень уж хороши подробности. За властный проект проголосовали 292 депутата: все (кроме одного) единоросcы плюс все (кроме одного) жириновцы. За альтернативный — 209 голосов: все фракции, кроме ЕР, почти полными составами. Стенка на стенку. Депутаты от партии власти, «не под запись» сознававшиеся моим коллегам, что, будь их воля, они бы ни за что не поддержали минобровский проект, подтверждают очевидное: этот проект было велено принять.

Критики реформы, неустанно проводимой Минобром, нередко слышат: да предложите наконец что-нибудь своё — сколько можно критиканствовать! Оставляя здесь вне рассмотрения, почему «предложить своё» удаётся нечасто, могу засвидетельствовать: если альтернатива какому-то минобровскому документу всё-таки предъявляется, тот сразу и безнадёжно проигрывает сравнение в глазах как сугубо профессиональной, так и любой вообще нечиновной публики. Так было с Колмогоровским проектом, который для всех, кроме Минобра, был очевидно лучше бессмысленной бюрократической Концепции работы с одарёнными детьми (см. «О границах дискуссии», № 10); так вышло и на этот раз с двумя проектами закона. Смолин говорил в Думе: «Когда законопроекты выставлялись на голосование на дружественных сайтах, наш проект получал от 80 до 92 процентов голосов, правительственный — от полутора до четырёх процентов». Охотно верю; и на сайте Открытого правительства комментарии идут в сходной пропорции, да иначе и быть не могло. Я не в восторге от смолинского проекта: там по многим пунктам очень есть что возразить, но по сравнению с минобровским творением он просто чудо как хорош. Потратьте четверть часа, пробегитесь по таблице, в которой сопоставлены предложения обоих документов по всем основным вопросам — Смолин с коллегами не поленился их аккуратно выписать. Не думаю, что вы предпочтёте правительственные решения многих из перечисленных 76 проблем.

Назову основные различия двух проектов. Первое бросается в глаза: минобровский проект фиксирует незыблемость установлений, ранее продавленных реформаторами (обязательность ЕГЭ и Болонского процесса, например), и стремится облегчить дальнейшую работу по принятию столь же обязательных новшеств. Поэтому в проекте свыше полутора сотен отсылочных норм: и то, и другое, и десятое будет определяться президентом, правительством или министерством. Полномочия представительной власти в образовании резко перераспределяются в пользу власти исполнительной. Альтернативный проект гораздо конкретнее — и содержательнее. В нём нет такого обилия отсылок; он даёт прямые ответы на десятки вопросов, обойдённых у Минобра молчанием: величина стипендий, оплата школьного питания, статус общественных организаций и проч. Он не разрешает без спроса у заинтересованных лиц ни закрывать, ни сливать образовательные учреждения (что уже сейчас делается всё беспардоннее). По отдельности такого рода детали могут быть второстепенны — в совокупности они дают несравнимо большие права и обучаемым и обучающим. Второе различие ещё важнее. Самая суть минобровского проекта состоит в том, чтобы сделать предельно неконкретными государственные обязательства в этой сфере. Что там размер стипендий — пустяки. Если (когда) этот проект станет законом, бесплатность образования, в святости которой авторы клянутся не умолкая, окончательно утратит очертания: да, она будет твёрдо гарантирована, но нигде не будет сказано, бесплатность чего. Для этого, собственно, им и были нужны новые стандарты, для этого они их так жёстко и продавливали, чтобы не осталось ни одного упоминания о содержании гарантированно бесплатного обучения. Альтернативный проект, напротив, с предельным тщанием конкретизирует обязательства власти в образовательной сфере, как материальные, так и содержательные, — и, стало быть, жёстко ограничивает беспредельные, по Минобру, возможности новой платности и схлопывания программ.

Ладно бы минобровцы сумели в дискуссии опровергнуть предъявляемые им обвинения: в нарастании платности, в деградации качества образования, в несовместимости их политики не то что с обещанной модернизацией страны, но, пожалуй, и со знаменитой стабильностью. Но они по своему обыкновению ни в какую дискуссию и не думали вступать; они просто не слушают оппонентов: нет резона слушать. Говорят им, например, что нигде в мире финансирование образования не бывает только подушевым, без каких-то дополнительных принципов; что везде, где такая попытка делалась, следовало ухудшение качества образования и резкий рост неравенства образовательных возможностей. Они весело отвечают, что законопроект целых два года обсуждался всем обществом, что получено более двадцати тысяч предложений, замечаний и поправок; что все они проанализированы — и «самые лучшие, актуальные, важные из них отражены в тексте». Значит, если твои, зануда, предложения, в тексте не отражены, то они и не лучшие, и не важные — и незачем на них даже и возражать.

Да ведь и вправду незачем. За их проект и так проголосовали дисциплинированно, что за твой бюджет, — абсолютно независимо от того, какой столбец в смолинской табличке кому симпатичнее. Проголосовали просто потому, что президент Путин верит своему помощнику Фурсенко, который, опираясь на труды кружка испытанных модернизаторов образования, сумел ему доказать, что действовать в этой сфере нужно так и никак иначе. Что это будет страшно прогрессивно, не слишком дорого — и очень, очень хорошо.

Альтернативный проект был бы лучше минобровского ещё и тем, что его легче было бы править: никто не давал бы приказа не уступать ни единой запятой. Но и в минобровском проекте что-нибудь, вероятно, удастся поправить при втором чтении. Принципиальных перемен, ясное дело, не получится, но ведь сказано: «Нельзя же ничего не делать только потому, что нельзя сделать всего».

2012-08-06

Больше половины времени, как минимум, в школе дети теряют зря... | Домашний кружок им. Пархоменко

Домашний кружок им. Пархоменко — Чем заняты дети на уроке?

Чем заняты дети на уроке?

tromentano
11 июля, 20:11
У некоторых людей встречаются представления, что если ребёнок не ходит в школу — то дома родителям придётся ему как-то обеспечивать те же 25 учебных часов в неделю (вроде такой норматив для первого класса) плюс «домашняя» работа ещё 4-8 часов в неделю. Так вот, в школе дети проводят столько времени не потому что это неизбежно необходимо для освоения учебной программы, а из-за катастрофически низкого КПД. Достаточно сходить на несколько уроков (или посмотреть видео даже образцово-показательных открытых уроков), и проанализировать  деятельность нескольких детей, чтобы убедиться, что из всех 35 минут урока ребёнок занимается чем-то продуктивным в лучшем случае минут 10, а в среднем — минут 5.

Собственно, так я и поступил, посмотрев несколько видео открытых уроков, чтобы освежить собственные воспоминания. Вот ориентировочный расклад для 35-минутного урока первого-второго класса (разумеется, это сугубо моя экспертная оценка):

1. Общая организация процесса

Вошли, сели, успокоились, повозились доставая всё, что нужно, убирая что не нужно, угомонились, сосредоточились на учителе — две-три минуты.

«Открыли учебники на странице...» для 30 детей может длиться минуты 2, и повторить инструкцию придётся раза три. При этом те, кто уже открыли и ждут тех, кто ещё не открыл, начинают отвлекаться, в классе начинается лёгкий гул, всех нужно призвать к порядку... И так за урок несколько раз "вылетает" ещё по одной-две минуты.

Естественно, в индивидуальной работе или в малой группе потери на организацию процесса в разы меньше.

Кстати, и с детьми, и со взрослыми существует удивительный психологический эффект, который иллюстрирует «блуждание» внимания людей: если громко, чётко и отчётливо сказать группе даже из 10 людей, которые, как вам кажется, слушают вас, инструкцию типа «откройте методичку на восемнадцатой  странице», то неизменно и обязательно кто-то переспросит вас или соседей «что?», «на какой странице?», «что открыть?» И чем больше группа — тем больше внимание аудитории «плавает».

В общем, семь минут на это всё уходит гарантированно.

2. Выслушивание объяснений того, что известно

Учитель объясняет всё так, чтобы это было понятно даже самому распоследнему ученику — с очевидными подробностями, в низком темпе. Практически каждый ребёнок в классе на уроке слушает (точнее, пропускает мимо ушей) что-то уже хорошо известное ему.

Дети, способные воспринимать в высоком темпе, вынуждены слушать ме-е-е-едленные объяснения учителя, расчитанные на самых медленных.

И проблема не только в том, что ребёнок что-то услышит два раза — проблема в том, что ему скучно, он теряет мотивацию, его внимание рассеивается и «уплывает».

Заложим на такие ситуации хотя бы четыре минуты.

3. Ответы «с места» и у доски

Учителя началки, чтобы хоть как-то контролировать внимание учеников, часто задают вопросы классу, желающие поднимают руки, кто-то из них отвечает.

У этого процесса тоже довольно низкий КПД: задавание вопроса, поднимание рук, выбор отвечающего занимают время, и в итоге только 1 из 30 человек получает возможность что-то сказать. Вот и получается, что если на некие устные ответы во время урока выделено 6 минут, то в среднем каждый ученик говорит 12 секунд. Негусто.

Конечно, зато он слышит ответы товарищей и, теоретически, что-то из них выносит — но при соотношении слушать чужие ответы/отвечать самому в соотношением 1/30 это не слишком эффективно.

Ещё минус три минуты.

4. Ожидание отстающих при самостоятельных заданиях

В школе среди детей есть те, кто побыстрее, и те, кто помедленнее — кто-то в счёте, кто-то в письме или других видах деятельности, а кто-то во всём сразу. Для группы из 30 детей как-то нивелировать эту разницу учителю крайне сложно: даже при желании он не всегда может дифференцировать сложность задания для «быстрых» и «медленных» — задания стандартизованы для всех детей. Соответственно, «быстрые», сделав задание, сидят, ждут и находят себе другие занятия, а «медленные» не получают никакой передышки, работают на пределе своих скоростных возможностей,  делая ошибки и не успевая нормально что-либо осваивать (из-за чего им становиться ещё сложнее двигаться дальше по программе).

Те, кто быстро справляются с заданиями, быстро читают, считают и пишут, сразу правильно понимают задания, ждут, пока учитель ещё раз объяснит это отстающим, и пока они наконец-то с этим справятся.

Получается, что темп урока оптимален лишь для некоей прослойки «середнячков». В школе те, кто уже понял и уже сделал, всегда ждут тех, кто ещё не понял и ещё не сделал.

У успешного ученика ещё минут пять «вылетает».

***

Ну что же, у нас осталось 17 минут урока на собственно продуктивную учебную деятельность. Но двигаемся дальше:

5. Примитивные методы преподавания

Школьные методы рассчитаны на массовое "усреднённое" преподавание. То есть этим способом должно быть возможно учить 30 абсолютно разных детей силами самого отстающего выпускника пед. колледжа. Поэтому в основу преподавания заложены самые примитивные алгоритмы: заставить всех сидеть молча — рассказать новую тему как написано в методичке — показать типовое решение на доске — ученики открывают учебники с типовыми упражнениями — ученики отсчитывают четыре клеточки, пишут номер упражнения, переписывают примеры в тетрадь и решают их. Мало кто из взрослых подозревает, что существуют другие методы преподавания.

Проблема в том, что они сложнее стандартизуются, требуют значительной квалификации преподавателя и намного меньшей учебной группы.

6. Неэффективная программа обучения

Чему нужно учить ребёнка, который уже знает буквы и даже умеет читать отдельные слова, но ещё не владеет беглым чтением, на уроке чтения? Нет, конечно же не умению быстро читать, усваивать, осмысливать и запоминать прочитанное!

Ему просто необходимо именно на этом этапе, чтобы стать грамотным человеком, гармоничной личностью и хорошим гражданином, усвоить, что есть пары из звонких и глухих согласных! И как рисовать схемы слов, обозначая квадратиками разных цветов гласные и согласные. И каким-то ещё странным вещам, которые никогда в жизни не пришли бы в голову здравомыслящему человеку, который хотел бы кого-то научить хорошо читать.

Что характерно — и фонетический разбор, и классификацию букв, и рисование схем, уже научившийся бегло читать ребёнок может освоить за часок в совершенстве, а ещё плохо читающий может над этим «зависать» неделями.

Но самое, пожалуй, пагубное в таком содержании обучения — это субъективная бессмысленностью учебной деятельности. То есть ребёнок по принуждению занимается тем, что для него является полной ахинеей и не несёт смысла. И ни учитель, ни родители не объясняют, зачем это надо и какое это имеет отношение к чтению (потому что ребёнок и без этого как-то читает ведь!)

Долго можно говорить и о методике преподавания математики и всего остального.

7. Неучёт возрастных и индивидуальных особенностей, «зон развития»

Ну, понятно, что невозможно для класса из 30 человек хоть как-то учитывать индивидуальные особенности. Что Машенька пока посматривает на пальчики, пытаясь что-то пересчитать, а Петя уже играет в «Монополию» и считает в десятках тысяч. Что Васе ну вообще пока неинтересно и не хочется что-то читать, а Леночка дочитала «Хроники Нарнии». И Машенька, и Петя, и Вася, и Леночка будут изучать сегодня сложение в пределах десятка и читать хором вслух четверостишье про снегиря. Ну а если кому-то хочется изучать насекомых или минералы — то, пожалуйста, в свободное от учёбы время!

Естественно, когда ребёнок занимается тем, к чему он психологически созрел, и что ему интересно — то это во много раз эффективнее, чем когда бьётся головой в ещё закрытую для него дверь.

А то же слитное письмо, например, которому так пытаются научить первоклашек даже ценой неврозов, сколиозов и непомерной нагрузки на зрение, было бы в разы проще изучать на год-два позже. Просто когда-то давно слитное письмо было очень важным навыком, на котором строилось дальнейшее обучение по ряду предметов, кроме того оно очень активно использовалось в жизни, и его всенепременно нужно было освоить в первую очередь.

***

Безусловно, такие потери в какой-то мере неизбежны и при любых альтернативных подходах к обучению — но в этом случае есть масса возможностей поднимать КПД процесса в разы (или хотя бы не опускать его настолько низко), и спокойненько уделять освоению ФГОС для начальной школы час-два в день.

2011-05-23

Магистратура, MBA и прочее постдипломное образование — пустая трата времени и денег

Магистратура, MBA и прочее постдипломное образование — в основном пустая трата времени и денег. Так утверждает Пенелопа Транк (Penelope Trunk), создательница трёх стартапов (включая Brazen Careerist). Её советы по построению карьеры публикуют 200 газет, а её саму называют «самым влиятельным консультантом в мире». На её блог подписано около 60 тыс. читателей.

Она, правда, признаёт полезность некоторых направлений таких форм образования, в основном естественнонаучных, но в целом оценивает как бесполезное школьное образование и верит, что нарождающееся поколение детей приведёт к победе домашнего обучения.

Избранное сообщение

Онтокритика как социограмотность и социопрофесионализм

Онтокритика как социограмотность и социопрофесионализм

Популярные сообщения