Научись онтокритике, чтобы перенаучиться жить

Неграмотными в 21-м веке будут не те, кто не могут читать и писать, а те, кто не смогут научаться, от(раз)учаться и перенаучаться. Элвин Тоффлер

Поиск по этому блогу

Показаны сообщения с ярлыком критический рационализм. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком критический рационализм. Показать все сообщения

2017-12-12

Критическая рациональность и критический рационализм

Критическая рациональность и критический рационализм

Рациональность порождается, формируется и поддерживается в первую очередь критикой. Последовательная и надёжная рациональность может быть только критической и самокритично рефлексивной. Игнорирование критики и попперовской концепции критического рационализма как фундаментальнейших оснований рациональности представляется крайне некритично нерациональным. Рациональность начинается с критики, реализуется критикой и заканчивается там, где заканчивается критика.

2016-04-18

Самый распространённый и самый опасный культ — культ самообмана и веры в себя as is

У меня на сайте есть книга «Человек и ситуация. Уроки социальной психологии», где прекрасно объяснены фундаментальные механизмы поведения человека. Главным и решающим механизмом там называется субъективная интерпретация (construal, я её называю конструпретацией — конструирование (фантазирование) + интерпретация). Манипуляторы всего лишь умело подбрасывают дровишки и подливают масло в костёр конструпретаций своих жертв. Это не умаляет вины манипуляторов и не меняет местами преступника и жертву, но указывает на объективно решающий вклад жертвы в доверие манипулятору и, соответственно, в эффективность манипуляций. В книге Е.Л. Доценко «Психология манипуляции» обоснованно указывается, что манипуляции — это карточные домики, которые легко разрушить любым усилием сомнения — сомнения прежде всего в себе, в своих верованиях, в своём мышлении, в своих знаниях и т.д. Второе усилие — это усилие признания своего несовершенства и способности ошибаться и заблуждаться, способности быть легко обманутым. Люди верят манипуляторам, потому что верят в свои способности отделять истину от лжи, в свои примитивные представления о мире и жизни, в то, что благородные идеи и намерения вполне заменяют сложные знания и ещё более сложные умения (см. лекцию К. Поппера «История нашего времени: оптимистический взгляд»). Источник и корень манипуляций — в наивности и неосознанной общечеловеческой глупости манипулируемого, а не в злодейском мастерстве контроля сознания со стороны манипуляторов. В человеческом организме живёт немалое количество болезнетворных бактерий и вирусов и немалое их количество попадает в него чуть ли не ежесекундно, но болезни запускаются сбоями механизмов иммунитета, т.е. активного и своевременного подавления угроз здоровью. Жертвы манипуляций — это индивиды с отсутствующей или нарушенной системой сопротивления прежде всего САМООБМАНУ, т.е. легко позволяющие себе верить тому, во что им хочется верить, наплевав на факты и критику.

В силу всего вышесказанного выход из манипуляции только через разоблачение обмана со стороны манипуляторов и с упором на этот обман нередко не избавляет от самообмана и от рецидивов доверия тем манипуляторам, которые лучше впишутся в рамки этого самообмана манипулируемого. Преодоление же самообмана, т.е. прямая критика самого себя и своих верований и принятие критического мышления, вызывает пока у большинства людей такой же сильный страх, как угроза смерти или чего-то подобного. Получается, что самый опасный и разрушительный культ, в котором находится абсолютное большинство людей — это культ веры в собственную непогрешимость и мудрость в случайно сформировавшемся текущем состоянии своего сознания, знаний и умений (as is​ — как есть). Приверженность людей этому культу и объясняет крайне низкую эффективность сторонней помощи жертвам разных прочих культов.

В результате такого понимания проблемы манипулирования после 10 лет глубокого погружения в неё (с 1993 по 2003 гг.) я и сосредоточился 12 лет назад на средствах профилактики и разрушения этого фундаментального культа самообмана и на помощи всем желающим выйти из этого культа и научиться такому критическому рациональному восприятию мира и себя, которое позволяет жить свободно и творчески и наиболее эффективно решать любые жизненные и профессиональные проблемы.

2015-12-22

Путь Рационалиста

Путь Рационалиста

05 апреля 2015

Nate Soares, “The Way of the Rationalist”

Ссылка на оригинал: http://mindingourway.com/the-way-of-the-rationalist/


Однажды давным-давно три человека, изучающие человеческую рациональность, шли вместе пыльной дорогой. Первый был новичок, только приступивший к изучению этого искусства. Второй практиковался уже некоторое время. Третий был их учитель.

И вот во время этого путешествия им встретилась женщина, сидящая рядом с большой лотерейной корзиной, приделанной к огромной штуковине. Она поприветствовала путешественников и, когда они выразили интерес, объяснила, что она несла эту штуковину в город (где она надеялась заработать с её помощью денег), после чего предложила им посмотреть поближе.

Она показала им, что у неё было сто шариков, идентичных за исключением цвета: один был белый и 99 были красными. Она положила их в урну и затем показала им, как работает механизм: он состоял из встряхивателя (который сильно тряс корзину, достаточно для того, чтобы никто не смог определить, где какой шарик) и механической руки, которая вытаскивала шарик из корзины.

«Я дам каждому из вас 10 долларов, если выпадет белый шарик», сказала она сквозь рёв встряхивателя. «Обычно игра стоит 1 доллар, но я вам сделаю демонстрацию бесплатно».

Когда тряска замедлилась, новичок сказал: «Я хочу, чтобы рука вытащила белый шарик, поэтому я верю, что она вытащит белый шарик. У меня есть вера, что выпадет белый шарик, и есть шанс, что я прав, поэтому вы не можете сказать, что я ошибаюсь!»

Когда тряска остановилась, ученик ответил: «Я изучаю рациональность и я знаю, что добродетель состоит в том, чтобы не отклоняться от данных. В этой урне больше красных шариков, чем белых, значит, данные говорят, что красный шарик выпадет с большей вероятностью, чем белый. Поэтому я верю, что выпадет красный шарик».

Когда рука начала раскрываться, учитель улыбнулся и сказал только: «Я отвожу вероятность 1% утверждению 'выпадет белый шарик' и вероятность 99% утверждению 'выпадет красный шарик'».

Чтобы изучать искусство человеческой рациональности, необходимо заключить с собой важную сделку. Нужно дать обет прекратить пытаться желать, чтобы реальность соответствовала чему-либо; нужно дать обет слушать, что говорит реальность о том, какая она есть. Нужно считать «веру» попыткой отсоединить свои верования от голоса данных; нужно дать обет защищать эфемерное соответствие между реальным миром и своей картой этого мира.

Ученику легко, заключая с собой эту сделку, перепутать её с другой. Многие рационалисты считают, что они дают обет всегда слушать доказательства и позволять доказательствам выбирать, во что им верить. Они считают, что добродетель состоит в том, чтобы взвешивать доказательства и затем верить в наиболее вероятную гипотезу, и неважно, что это может быть.

Но нет: это мышление-красного-шарика.

Путь к рациональности — это не путь, где доказательство выбирает верования. Путь к рациональности — это путь без верований.

На пути к рациональности есть только вероятности.

Наш язык представляет верования, как «качественные», мы говорим о них, как если бы они были бинарными. Ты либо знаешь что-то, либо нет. Ты либо веришь мне, либо нет. Ты либо прав, либо не прав.

Традиционная наука, как ей учат в школе, репродуцирует эту ошибку. Задача статистиков (как они говорят) — установить две гипотезы (нулевую и альтернативную), потом их обязанность (по их мнению) поверить той гипотезе, которую подтвердят данные. Ученый должен делать свои верования фальсифицируемыми (как они говорят), и если есть достаточное количество данных против этих верований, ученый должен поменять свою точку зрения (с одного бинарного верования на другое). До тех пор, пока учёный конструирует свои верования проверяемыми и фальсифицируемыми, он выполняет свой долг и имеет право верить в что-то. Так или иначе, у всех сохраняется их собственное мнение, — по крайней мере, так учит традиционная наука.

Но это не путь рационалиста.

Мозг — машина для обработки информации, и человечество уже узнало пару вещей о том, как делать точные машины для обработки информации. Одна из этих вещей, которые мы познали: чтобы построить точную модель мира, нужно убрать «качественные» верования и использовать вместо них «количественное» доверие.

Идеальный рационалист не скажет: «Я хочу, чтобы следующий шарик был белым, поэтому я верю, что он будет белым». Идеальный рационалист также не скажет: «Большинство шариков красные, поэтому я верю, следующий будет красным». Идеальный рационалист отставит веру и определит значение вероятности.

Чтобы построить точную модель мира, вы должны не отклоняться от свидетельств. Вы должны использовать данные, чтобы выяснить вероятность каждой из гипотез. Но после этого нельзя просто выбрать наиболее вероятную гипотезу. Нет.

Вероятности не говорят вам, во что верить. Вероятности заменяют верование. Они являются верой. Вы высказываете вероятности и останавливаетесь, потому что всё сказано.

Многие, кому я рассказываю эту притчу, думают, что это очевидно. Почти все, кому я это рассказываю, просто кивают, но большинство не может глубоко понять и усвоить этот урок.

Они слышат притчу и продолжают думать в терминах «знаю» или «не знаю» (вместо того, чтобы думать в терминах степени уверенности). Они кивают в ответ на эту притчу, но продолжают думать в рамках «быть правым» или «ошибаться» (вместо того, чтобы думать, насколько они хорошо откалиброваны). Они знают притчу, но в следующем разговоре они по-прежнему настаивают: «ты не можешь доказать это!» или «хорошо, это не доказывает, что я не прав», как будто высказывания о реальности вообще могут быть «доказаны», как будто полная определённость вообще возможна.

Никакое утверждение о мире не может быть доказано. Нет никакой определённости. Всё, что у нас есть — вероятности.

Большинство людей, когда они сталкиваются с событиями, противоречащими тому, во что они верят, решают, что эти события не являются достаточно сильными данными, чтобы поменять одно бинарное верование на другое, поэтому они не могут поменять мнение вообще. Многие не могут осознать, что все свидетельства против гипотезы снижают её вероятность, даже если ненамного, потому что многие люди продолжают думать качественно, а не количественно.

На самом деле многие продолжают думать, что они должны выбрать, какой вывод сделать из свидетельства, которое они видели. И это так, но только для тех, кто не против допускать неточности, которых можно было бы избежать.

Многих это удивит, но человечество открыло много законов рассуждения.

Данная вам исходная структура знания, плюс наблюдения, которые вы совершаете — вот единственная максимально точная, обновленная структура знания.

Невозможно достичь этого состояния — совершенного опытного (постерирорного) знания. Построить идеальную информационно-вычислительную машину так же невозможно, как построить идеальный тепловой двигатель. Но идеал известен. Уже известное вам плюс то, что вы видите — единственная максимально точная структура знания.

Вопреки распространённому мнению, вы не обязаны быть привязанными к своей точке зрения, не обязаны выбирать, во что верить. Нет, если вы хотите быть точными. Говорить, что знаешь и что видел — наилучшая структура опытного знания. Вычислить эту структуру практически невозможно, но процесс хорошо понятен. Мы не можем использовать информацию идеально, но мы знаем, в каком направлении двигаться, чтобы знать лучше.

Если вы хотите пройти этот путь, если вы хотите взрастить эфемерное соответствие между вашим сознанием и реальным миром, если вы хотите научиться составлять точную карту этой прекрасной, запутанной, вдохновляющей территории, на которой мы живём, тогда запомните:

Путь количественнен.

Чтобы пройти этот путь, вам нужно оставить позади верования и позволить вероятностям направлять вас. Они — это всё, что у вас есть.

Если это путь, который вы хотите пройти, то теперь я официально рекомендую начать с книги «Рациональность: от ИИ до зомби» (Юдковский, «Rationality: AI to Zombies Book I: Map and Territory.», http://wiki.lesswrong.com/wiki/Rationality:_From_AI_to_Zombies)

... Когда рука, доставшая шарик, начала открываться, учитель улыбнулся и сказал: «Я отвожу вероятность 1% утверждению 'выпадет белый шарик' и вероятность 99% утверждению 'выпадет красный шарик'».

Женщина с урной склонила голову и сказала: «Хм, вы трое одеты как рационалисты, но при этом кажетесь слишком уверенными, что я сказала правду о руке, которая вытаскивает из корзины шарики...»


Механическая рука зажужжала и пришла в действие.

2015-06-05

Принятие детей по-серьёзному — Taking Children Seriously (TCS)

Принятие детей по-серьёзному — Taking Children Seriously (TCS). Такой подход к воспитанию и научению детей, оказывается, был разработан на основе критического рационализма и эволюционной эпистемологии Карла Поппера:

«TCS stands for Taking Children Seriously. It is a radically new and different idea about child-rearing. Its most distinctive feature is the idea that it is both possible and desirable to bring up children entirely without doing things to them against their will, or making them do things against their will, and that they are entitled to the same rights, respect and control over their lives as adults. TCS is an educational philosophy in the broadest sense, in that it is about the conditions under which human minds do and do not thrive, and about how people learn and how knowledge is created, and it has far-reaching implications for all relationships and for all areas of life. It is a whole new world-view. It is the first and only educational philosophy in existence which is not inconsistent with the prevailing idea of how knowledge grows, and with other ideas which are widely held in other spheres.»

2014-06-16

Открытое общество и его враги / Карл Поппер (конспект Багузина С.В.)

Открытое общество и его враги / Карл Поппер (конспект Багузина С.В.)
Открытое общество и его враги / Карл Поппер (полный текст)

Объективное знание. Эволюционный подход / Карл Поппер (конспект Багузина С.В.)

Объективное знание. Эволюционный подход / Карл Поппер (конспект Багузина С.В.)
Объективное знание. Эволюционный подход / Карл Поппер (полный текст)

Логика научного исследования / Карл Поппер (конспект Багузина С.В.)

Логика научного исследования / Карл Поппер (конспект Багузина С.В.)
Логика научного исследования / Карл Поппер (на КОРНИ-сайте)

Конспекты очень полезных книг, К. Поппера в том числе: блог Багузина С.В.

Вышел сегодня по ссылкам на интересный блог С.В. Багузина, где автор размещает свои конспекты прочитанных книг по философии, менеджменту и т.д. Дело полезное, хотя многие законспектированные там книги явно требуют полного и вдумчивого прочтения. Качество конспектов пока не успел оценить, но насторожило, что блогер называет К. Поппера «немецким философом первой половины ХХ в.», что явно сигнализирует о необходимости осторожного и критического отношения к текстам С. Багузина.

Выбор одной из цитат мне очень понравился:
Вообще, в последнее время я стал замечать, что меня больше тянет на классику. Недавно вычитал нечто созвучное у Талеба:
Один из моих студентов… спросил меня, как выбирать книги для чтения. «То, что вышло за последние двадцать лет, читайте по возможности меньше», — выпалил я с раздражением… Мой совет казался непрактичным, но студент в итоге пристрастился к трудам Адама Смита, Карла Маркса и Хайека, и эти тексты он рассчитывает цитировать, когда доживёт до восьмидесяти. После культурного отрезвления он сказал мне, что неожиданно понял: все его ровесники читают современные материалы, а те моментально устаревают.
 В следующих постах я дам ссылки на конспекты наиболее полезных, по моему мнению, книг, размещённые в указанном блоге.

2014-03-27

Предельные альтернативы и паразитизм иррациональности

Предельные альтернативы и паразитизм иррациональности

Вы не поймёте по-настоящему глубоко и точно текущую реальность, пока не вообразите и не осмыслите с десяток, как минимум, альтернативных реальностей.

Вообразите, что победили бы в начале 1920-х гг. в России не красные, а белые. Скорее всего, Сталина бы не было, разве что какой-то вариант Пиночета. Тоже нехорошо, но миллионы бы остались живы. Восстановление и индустриализация прошли бы не менее успешно, а то и лучше, поскольку было бы нормальное включение в мировые экономические отношения. Коминтерн не мешал бы социал-демократам приходить к власти в Германии. В крайнем случае ко второй мировой войне были бы относительно готовы и всё равно бы победили вместе с союзниками, и, возможно, с меньшими жертвами, даже если бы и сдали Москву и Петроград. Была бы буржуазная республика или конституционная и сильно ограниченная монархия с парламентом. Украина, возможно, была бы уже независимой, но без Крыма, и именно она бы делила с Германией Польшу, а не СССР. Самое главное, что не было бы разрушено богатство постепенного исторического и культурного развития и не было бы выпадения из русла цивилизации, что теперь губит нас снова и снова.

Были бы другие герои, другие мифы и лозунги, кормились бы всегда своим российским, в каждом большом жилом доме было бы по 10 лавок мелких частников, процветало бы местное самоуправление и культура. Не было бы преобладания и власти люмпена, были бы всегда открыты границы, в Европу бы ездили как сейчас на дачи...

Выше предложенный пассаж, конечно же, — чистое упражнение в свободе мышления и воображения (каковое я и введу в корпус упражнений на критическое мышление), но какие глубины и просторы за ним открываются. Следствие первое: весь текущий кипёж в России имеет совершенно случайное происхождение и основание. Всё могло бы быть совсем по-другому, т.е. те же биологические тела любили бы другое и превозносили бы других, например, буквально тождественное всему тому, что сейчас любят и превозносят многие украинцы — или американцы — или прогнившие европейцы.

Что даёт такое упражнение, которое можно направить буквально на любую личную или глобальную ситуацию? Даёт оно ровно то, что может из него извлечь упражняющийся. Я вижу в нём ключ к пониманию ситуационности, относительности и условности в любом нашем поведении, веровании, сюжете жизни или истории. Это подход к такой теории относительности всего.

Осознание этой относительности лично меня подталкивает к нахождению, насколько это возможно, неотносительных абсолютов. Я их вижу только в когнитивных и деятельностных способностях человека (в этом смысле я понимаю выражение «человек — мера всех вещей»). Никаких внешних абсолютов для человека не существует в принципе, поскольку единственно, что ему абсолютно задано — это он сам с набором биологических и социально-психологических потенциалов и способностей.

Попробуем представить себе предельную альтернативу — нулевую точку человеческой истории, когда есть во всех смыслах голый человек (без истории, без культуры, без правил, без норм, без ценностей и т.д.), точнее, некоторое количество таких людей, — и больше, собственно, ничего нет. И вы один из них, и вам надо как-то жить. (Примерно такой приём применяют П. Бергер и Т. Лукман в книге «Социальное конструирование реальности»). На что вы можете опереться? Только на себя и на рискованное взаимодействие с другими (иррациональное доверие как основа возможности общества по Э. Дюркгейму, см. также Р. Коллинза и его «Социологическую проницательность»).

Из этой воображаемой нулевой точки можно отчётливо увидеть сконструированность (не в смысле осознанного конструирования, а в смысле результатов исключительно взаимодействия членов общества) и гипотетичность всех без исключения человеческих верований о мире и о самих людях. Ещё раз повторяю — ВСЕХ БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ. Это и есть реальная, а не киношная, Матрица.

Если есть желание хоть в чём-то выйти за рамки Матрицы, не надо искать где-то нужные таблетки. Человек вооружён мышлением, его надо только настроить по камертону критического рационализма и по технологии критического мышления.

После такой настройки становится понятно, как много безапелляционных утверждений о психологии и сознании человека выглядят по меньшей мере сомнительно. К примеру, вся бодяга про «любовь спасёт мир», про приоритет чувств (тонкий псевдонаучный вариант — «эмоциональный интеллект»), про неизбывный иррационализм и чудовище «бессознательного». Сразу категорически заявлю, что человеку жизненно необходим весь спектр чувств, что человек действительно глубинно иррационален, как любой другой живой организм в этом мире. Но...

Техническая составляющая цивилизации, право, наука, инженерия, индустрия, эффективное сельское хозяйство — всё это создано с помощью рациональных способностей, т.е. рациональность кормила и до сих пор кормит иррациональность во всех смыслах. Это как минимум. А в целом человечество до сего дня спасает именно рациональность и способность иррационально отстаивать достижения рациональности. Рациональность лежит в основе европейской цивилизации, до сих пор остающейся лидирующей группой.

Так что не надо бояться и стесняться критически пересматривать любые свои и чужие представления и верования, даже миллион раз закреплённые в учебниках или в обыденном сознании миллионов соотечественников. Если возникают какие-то личные проблемы или эмоциональные разлады, то в абсолютном большинстве случае это является следствием срабатывания ложности, содержащейся в том или ином комплексе «очевидных» или «всем известных» «истин». Подлинно абсолютный и непоколебимый репер, от которого и надо себя перестраивать в более здоровое и здравое существо, — это критическое мышление и свобода оперирования любыми мифами, теориями, идеологиями, точками зрения, позициями и т.д.

2013-02-16

Как стать разумнее (=критичнее к себе и своим представлениям), или Трезво об Интернете и людях (к переводу статьи Д. Адамса)

Моя лента в FriendFeed принесла ссылку на перевод замечательно здравомысленной статьи Дугласа Адамса «Как перестать беспокоиться и начать любить интернет». Это очень хороший пример целого ряда навыков критического мышления, достойный внесения в хрестоматию по научению объективному реалистическому взгляду на вещи, что составляет сердцевину критического рационализма. Собственно статья ниже:

Дуглас Адамс. Как перестать беспокоиться и начать любить интернет

13.02.2013
Эта статья впервые опубликована в рубрике «Обзор новостей» газеты The Sunday Times от 29 августа 1999.

Пару лет назад или около того я был гостем передачи Start The Weel, на которой очень заслуженный журналист сообщил мне, что весь этот интернет — просто преходящая причуда вроде любительского радио в пятидесятые, и что если я думаю иначе, то попросту достаточно наивен. Очень британская черта — вероятно, вполне естественная для страны, которая потеряла империю, а обрела Мистера Блобби — подозрительно относиться к переменам.

Но изменения реальны. Я не думаю, что кто-то сейчас станет спорить с тем, что интернет становится важной частью нашей жизни. Тем не менее, он очень нов для нас. Если, например, какое-то преступление было «спланировано через интернет», телекомментаторы всё ещё считают важным упомянуть этот тревожный факт. Они не потрудятся сообщить о том, что преступники использовали телефон или М4, или что они обсуждали свои подлые планы «за чашкой чая», хотя в своё время всё это было новым и противоречивым.

Также в ходу необычный способ, которым отдельные ведущие BBC и журналисты (да, Хамфрис младший, я говорю о тебе) произносят интернет-адреса. Они говорят: «ввв ТОЧКА… бибиси ТОЧКА… ко ТОЧКА… юкей СЛЭШ… тудэй… СЛЭШ…» и так далее, и делают это так, что становится понятно: у них нет ни малейшего понятия о сути этих новомодных штук, однако подразумевается, что вы, слушатели, вероятно знаете, что всё это значит.

Полагаю, предыдущим поколениям приходилось стараться изо всех сил, чтобы разобраться с изобретением телевизора, телефона, кинематографа, радио, автомобиля, велосипеда, печати, колеса и так далее. Однако, определённым образом мы, кажется, учимся понимать, как работают эти вещи:
  1. всё в мире, что изобретено на момент вашего рождения, нормально;
  2. всё, что изобретают после вашего рождения и до того, как вам исполнится тридцать, невероятно увлекательно и изобретательно, а при небольшом везении на этом можно сделать карьеру;
  3. всё, что изобретают после того, как вам стукнет тридцать, идёт вразрез с естественным ходом вещей, и это начало конца той цивилизации, какой мы её знаем — до того момента, пока изобретение не просуществует десяток лет, после чего оно постепенно оказывается вполне приемлемым.
Примените этот список к фильмам, рок-музыке, текстовым редакторам, чтобы определить ваш возраст.

Субъективное восприятие, безусловно, дурачится над нами. К примеру, «интерактивность» — один из тех неологизмов, какие мистер Хамприс любит прихватить словесным пинцетом, но причина, по которой нам внезапно понадобилось такое слово, состоит в том, что в течение этого века доминировали неинтерактивные формы развлечения: кино, радио, музыка в записи и телевидение. До того, как они появились, все развлечения были интерактивными: театр, музыка, спорт — исполнители и аудитория были вместе, и даже почтительно тихая публика своим присутствием влияла на то, как разворачивалась та драма, ради которой она собралась. Специальное слово для интерактивности было не нужно — так же, как нам (пока что) не нужно специальное слово для обозначения человека с единственной головой.

Я предвижу, что история покажет: «нормальные» господствующие медиа двадцатого века были лишь отклонением. «Я вас умоляю, мисс, вы утверждаете, что они могли только сидеть и смотреть? Они ничего не могли делать? Неужели никто не чувствовал себя ужасно оторванным, отчужденным и незначительным?»

«Да, дитя, и поэтому все они сошли с ума. До Реставрации».

«Что это была за Реставрация, мисс?»

«Конец двадцатого века. Когда вернули интерактивность».

Интернет всё ещё очень нов, и поэтому мы до сих пор не совсем понимаем, что это. Мы принимаем его за вид издательства или вещания, потому что мы привыкли делать это. Так много людей жалуется, что в интернете полно мусора, или что в нём господствуют американцы, или что не нужно доверять всему, что вы читаете в вебе. Представьте, что вы пытаетесь применить такую критику к тому, что слышите по телефону. Конечно, вы можете «доверять» тому, что люди говорят вам через веб, не больше, чем вы «доверяете» сообщаемому через мегафоны, почтовые открытки или рестораны. Вырабатывать социальную политику относительно того, кому и почему вы можете доверять — это то, для чего, вполне буквально, развилась большая часть нашего мозга. По какой-то сумасшедшей причине мы отключаем этот естественный скепсис, когда имеем дело с любым медиа, требующим для своего существования большого объема работы и ресурсов, или медиа, которому мы не можем без труда возразить — такому как газеты, телевидение или гранит. Отсюда «высеченный в камне». Нас должно волновать не то, что мы не можем доверять тому, что читаем в интернете — естественно, мы не можем, это всего лишь разговоры людей; а то, что мы вообще поддались привычке верить тому, что мы читаем в газетах или видим по телевизору. Это ошибка, которую никто, кому встречался когда-нибудь настоящий журналист, не допустит никогда. Одна из важнейших вещей, которым возможно научиться в интернете — это то, что никаких «их» не существует. Есть лишь огромное множество «нас».

Конечно, с интернетом много что не так. Например, лишь ничтожно малая часть мирового населения пока что подключена к сети. Недавно слышал, как какой-то знаток доказывал на радио, что интернет навсегда останется ещё одним непреодолимым барьером, разделяющим богатых и бедных — по той причине, что компьютеры всегда будут дороги сами по себе, что к ним приходится покупать много дополнительных устройств вроде модемов, и что программы нужно обновлять. Список впечатляющий, но не выдерживает и беглой проверки. Цена на мощный компьютер, который раньше по стоимости был сравним с реактивным самолётом, теперь ниже цены цветного телевизора и продолжает стремительно падать. Большинство модемов в наши дни встроены, а автономные устройства стали настолько дешёвым изделием, что компании вроде Hayes, чей бизнес единственно состоял в их производстве, разоряются. Как известно, интернет-программы Microsoft и Netscape бесплатны. Тарифы на телефон в Великобритании всё ещё высокие, но они падают. В США местные звонки бесплатны. Другими словами, стоимость соединения стремительно приближается к нулю, и по очень простой причине: ценность веба увеличивается с каждым, кто к ней присоединяется. В интересах всех, чтобы цены падали всё ниже и ниже — до тех пор, пока каждый человек на земле не будет подключен.

Другая проблема с сетью состоит в том, что это всё ещё «технология», а «технология» — как её незабвенно определил учёный Брэн Феррен — это «штука, которая пока что не работает». Мы не думаем о стульях как о технологии, мы думаем о них как о стульях. Но было время, когда мы ещё не определили, сколько у стульев должно быть ножек, какой они должны быть высоты, и они часто «ломались», когда мы пытались их использовать. В скором времени компьютеры будут так же обыденны, их будет так же в избытке, как стульев (а через пару десятилетий и около того — как листов бумаги или песчинок), и мы перестанем отдавать себе отчет в их существовании. Более того, я уверен, что мы оглянемся на это десятилетие и изумимся тому, как мы могли когда-то делать то, что мы с ними делали ради «производительности».

Но самая большая проблема состоит в том, что мы всё ещё первое поколение пользователей, и, несмотря на то, что мы изобрели сеть, нам она всё ещё не до конца понятна. В книге «Язык как инстинкт» Стивен Пинкер объясняет разницу между пиджином и креольским языком. Пиджин появляется, когда смешиваются разные люди — обычно рабы — которые выросли со своим языком, но не говорят на языке других. Им удается кое-как создать грубый и быстрый жаргон, состоящий из кусочков разных языков. Он позволяет им ладить, но практически лишён грамматической структуры как таковой.

Первое поколение детей, рожденных в таком сообществе, берёт эти раздельные куски языка и трансформирует их во что-то новое, с богатой естественной грамматикой и словарём, и получившийся язык называется креольским. Грамматика — это всего лишь естественная функция детского мозга, и дети применяют её ко всему, что попадётся им под руку.

То же происходит и с коммуникационной технологией. Большинство из нас всё ещё, запинаясь, пользуются её пиджин-версией, близоруко косясь на эти штуки размером с холодильник на наших письменных столах, не совсем понимая, куда отправляется электронная почта и проклиная каждый звонок мобильного. Наши дети, тем не менее, занимаются чем-то совершенно иным. Ристо Линтури, член исследовательского центра телефонной корпорации Хельсинки, цитируемый журналом Wired, описывает необычное поведение детей на улицах Хельсинки, у каждого из которых есть мобильный телефон с поддержкой текстовых сообщений. Они не обмениваются важной информацией о бизнесе, они просто болтают, остаются на связи. «Мы стадные животные, — говорит он. — Эти дети объединены в своё стадо, они всегда знают, куда оно движется». Он уверен, что вездесущая беспроводная коммуникация «вернёт нас к формам поведения, которые были естественными для нас, и уничтожит те формы, к которым привели ограничения технологий».

Мы прирожденные жители деревни. На протяжении большей части истории человечества мы жили очень маленькими сообществами, в которых каждый знал каждого. Но постепенно нас стало слишком много, и наши сообщества сделались слишком большими и разрозненными, нам стало трудно чувствовать себя их частью, а наши технологии не справлялись с задачей нашего сближения. Однако ситуация меняется.

Интерактивность. Коммуникация «многих со многими». Повсеместное подключение. Эти неуклюжие новые понятия для частей нашей жизни, которым мы, до того как их потерять, даже не думали давать названия.

Перевод: Глеб Калинин, редактура: Александр Ильин.

Оригинал статьи.

Posted by Глеб Калинин 13.02.2013

2012-06-24

Разумных от рождения людей не существует: есть только два рода глупцов

Сотни и тысячи лет люди делают миллионы ошибок и немалую часть из них повторяют, оправдывая абсурдным аргументом: мол, сотни и тысячи лет так делали, поэтому надо и дальше так делать. Вселенная, не смейся над убогими, дай им ещё время, чтобы научиться хотя бы начаткам разумности и оправдать, наконец, своё хвастливое самоназвание. Разумных от рождения людей не существует: есть только два рода глупцов — одни признают себя глупцами и научаются энергично очищаться от обнаруженных и усвоенных глупостей (это и есть личная критическая гигиена); другие же без всяких оснований считают себя умными (что само по себе суперглупость) и из всех сил пытаются консервировать кучи своих дерьмовых глупостей и убивать всех, кто пытается убедить им понюхать натуральный аромат этих куч. Понятно, что это полюса, между которыми множество промежуточных типов, но всегда можно определить близость к одному из них и направление движения мозгов. См. История нашего времени: оптимистический взгляд (Поппер К.)

2012-01-12

Делать (и знать) дело — или выпендриваться?

В качестве эпиграфа приведу анекдот из книги Б. Тренклера «Психо-хо-терапия»:
Апостол Петр играл в гольф с Господом. Господь явно не рассчитал удар клюшкой, и мяч покатился мимо лунки. Но тут выскочила мышка и схватила мяч. Затем появилась кошка и поймала мышку. Затем орел хватает кошку и устремляется с нею в небо. Но вдруг сверкает молния. Она поражает и орла, и кошку, а мяч падает с неба прямо в лунку. Петр говорит Господу:
– В чем дело? Будем играть в гольф или выпендриваться? [последний глагол изменён мною — Е.В.]
О чём это я? О том, что человеку ничего человеческое не чуждо. Точнее, о том, что любой человек живёт как бы в двух мирах: мире реальном и мире своего сознания. Ещё точнее, хотя и совсем банально: человек живёт фактически лишь в мире своего сознания, в котором причудливо отражаются одновременно как внешняя реальность, так и само это сознание.

При всей внешней простоте и затасканности этого представления стоит вспомнить два афоризма Ежи Леца: «Все уже открыто, лишь залежи банальности еще не все освоены» и «Мудрости должно быть вдоволь, ведь ею мало кто пользуется». В них сформулированы два следствия из выше приведённой характеристики человека: люди редко обращают внимание на вроде бы простые обстоятельства, и тем более редко пользуются более сложными знаниями и моделями, которые не входят в набор стереотипов стихийно побеждающего обыденного уровня сознания.

С моей точки зрения, это самый серьёзный вызов современному образованию — вызов на покушение на самые фундаментальные слабости человеческого мышления и поведения, но вряд ли официальное образование в ближайшей перспективе этот вызов примет, поскольку это прямой путь к формированию критического общества, а попросту общества, где научное мышление не исключительная редкость, а стабильный результат школьного и университетского обучения. Для действующей властной элиты это то же самое, что самой себе копать могилу.

Я остановлюсь здесь только на одном заблуждении, которое носит устойчивый и весьма вредный характер как на уровне индивида, так и на уровне общества (социума). Заключается оно в совершенно неадекватном использовании всяких «измов», применяемых для краткого поименования каких-либо социальных явлений или социально-политико-экономических концепций, например, капитализм, социализм, коммунизм, либерализм, патриотизм, консерватизм и т.п.

Если говорить о социальных явлениях, то в реальности существуют не «капитализм» или «социализм», а конкретные общества с конкретными свойствами и специфической социальной динамикой, и именно их следует изучать, знать и сравнивать, если мы хотим сравнивать какие-то общества между собой. Ярлыки не имеют сами по себе никакого смысла, существуют только конкретные явления (К. Поппер настаивал на чтении словарей и энциклопедий справа налево — от развёрнутых описаний явлений к терминам, самим по себе бессмысленным наборам букв).

99,99999...% всех ведущихся дискуссий о политике, экономике, социальной и личной жизни в Интернете — это выпендривание «пикейных жилетов» из «Золотого телёнка»: «Бриан — это голова...». Даже программа кандидата в президенты, бывшего на двух отсидках в оной должности плюс премьерский срок, похожа больше на реферат студента-троечника, чем на документ, отражающий профессиональное знание ДЕЛА.

Люди о научных знаниях об обществе и о самих себе в среднем знают не больше, чем в среднем знает средний современный человек о квантовой физике или биохимии. И это при том, что научные социальные, когнитивные и психологические знания несравнимо более актуальны для каждого человека каждый день, чем биохимия с квантовой физикой. И ещё при том, что тотально царствует иллюзия «очевидной компетентности»: «Раз я живу в обществе, то я и знаю всё о нём. Раз я сам человек, то я и знаю всё о человеке». Прискорбно, что подобные иллюзии разделяют и немалая часть людей с дипломами специалистов по социогуманитарным дисциплинам. Получается так, что большинство дискутантов меряются лишь размером наглости своего невежества, категорически не соглашаясь обсуждать пропасть своего незнания и неумения.

Вот это заболевание и может быть объектом «общенациональной психотерапии», но первый же напрашивающийся клиент — автор данного термина.

Если же серьёзно, то как можно начать справляться с этой заразой? Во-первых, начинать правильную «общенациональную психотерапию» в виде курсов критического мышления и курсов по изучению типичных человеческих ошибок и заблуждений с детского сада.

Во-вторых, создавать онтографию социальной жизни и социальных знаний, чтобы можно было визуально показать как знания, так и заблуждения, в которые затем буквально тыкать носом.

В целом это путь к рефлексивному разграничению мира 2 от мира 1 и мира 3 (по К. Попперу) — разотождествлению своих грёз и эмоций и своих внутренних отношений с самим собой от того, что и как происходит в мире за пределами ментального онанизма индивида или группы.

Избранное сообщение

Онтокритика как социограмотность и социопрофесионализм

Онтокритика как социограмотность и социопрофесионализм

Популярные сообщения