Цель российской пропаганды -- чтобы никто никому не доверял

Питер Померанцев: 
– То, что вы называете российской пропагандой, я назвал бы информационно-психологической войной. Цель этой войны – не переубедить, как в классической пропаганде, а сделать информационное поле грязным.
С помощью конспирологии, страхов, иррациональных движений засорить его до такой степени, чтоб невозможно было привести рациональный аргумент на тему будущего Донбасса, например, или роли НАТО в Восточной Европе.
Загрязнить образ Украины на Западе, чтобы люди сказали: что-то совершенно непонятно, кто прав, кто нет, пускай славяне сами разбираются. В принципе, у Кремля это получилось. Этакая террористическая атака на инфраструктуру разума.
Чтобы ей противостоять, нужно намного больше, чем просто журналистика – она одна этого не осилит. Нужно перестраивать то, что было журналистикой до сих пор. Нужно медиаобразование, чтоб люди понимали, что ими манипулируют.
Нужно выстраивать совершенно новые формы СМИ, зачатки которых мы уже видим - StopFake в Украине, Вellingcat в Англии, когда люди сами собираются и пытаются найти правду, и у них опять появляется доверие.
Ведь цель российской пропаганды – чтобы никто никому не доверял. Она говорит: ты не должен нам верить, но и то, другое – тоже пропаганда, и там неправда, никому не верь. Когда информационное поле убито, все, что работает – страхи, паника или апатия.
Нужен некий мировой BBC, финансируемый из публичных государственных бюджетов – не репортерский, а фактчекинговый и расследовательский проект.
Ведь теперешняя финансовая модель газет и телеканалов больше не работает. На Западе до черта этих газет, но они не занимаются журналистикой, не нужен им этот скучный поиск правды. Раньше считалось, что можно без нее – пусть умирает. Кому нужны эти новости?
Но использование информации как оружия и способа психологического воздействия на другие страны отрезвило западные элиты.
Запад начинает понимать, каков мир без журналистики. Что журналисты нужны, как врачи и социальные работники, а раз так, то государство должно их поддерживать.
Вы же понимаете, сколько платят этим бедным репортерам, бегающим по Донбассу без военной страховки? Это же дети! Талантливые дети, но это несерьезно.
Так мы не решим задач, которые ставит российская информационно-психологическая война, или же проблему наступления Китая в Азии. Они уже сегодня вливают в это кучу денег – или Запад ждет ужасное будущее, где они победят, или мы должны придумать совершенно новую модель вместо той, что раньше называлась журналистикой.(с)
http://www.pravda.com.ua/articles/2015/03/31/7063251/

Образование без мышления

ПЛАЧ ПО ОБРАЗОВАНИЮ

• 28 апр, 2012 в 1:11 http://ksenia-stranger.livejournal.com/41733.html

Катастрофическое падение уровня школьного и высшего образования - мировая проблема. Об этом горестно писал покойный академик В.Арнольд.

Нашего друга физика, работавшего в ИТФ им.Ландау, не приняли на работу ни в один из четырех десятков амер. университетов, как overqualified, т.е. "шибко образованного”. Приняли его, бедного, только в Англии, в Оксфорд. Когда, через 7 лет, его книга была объявлена научным бестселлером года, а Его оксфордский аспирант стал научным референтом Клинтона, его, уже как "Subject of Her Majesty”, пригласили в США на работу в  научный центр  Brookhaven National Laboratory, в качестве Senior Scientist, Leader ofCondensed Matter Theory Group и дали карт бланш набрать группу из 8 человек.

Он не смог принять ни одного американца, хотя были, как он рассказывал, очень способные, но не обученные ДУМАТЬ постдоки из лучших ам. университетов. Научить думать в этом возрасте уже невозможно - эффект Маугли, хотя потенциальный талант был очевиден. Так что в его группе двое из МГУ, двое из Киевского Ун-та, один немец, один англичанин, щотландец - Эдинбургский Ун-т, и один индус. То, что он все эти годы мог бы готовить амер. научные кадры, было неважно, а вот коллегам рядом с ним было бы «некомфортно», это определяло решение не принимать его в амер. университеты, так ему и объясняли.

Его зовут Alexei Tsvelik - About 25,800 results on Google

Вот такая физиономия: жизнерадостный любитель поэзии и вина.

****

А теперь предлагаю Вашему вниманию статью д.ф-м.н. из того же ИТФ им.Ландау Виктора Доценко, коллеги Алеши Цвелика, преподающего физику и математику в Парижском университете, на ту же печальную тему:

ПЯТОЕ ПРАВИЛО АРИФМЕТИКИ

Виктор Доценко

Источник

Уровень математической подготовки даже в развитых странах вызывает тревогу. Академик Владимир Игоревич Арнольд, например, считает, что школьное образование Франции, Англии и Америки просто гибнет в результате непродуманных реформ, проведенных там во второй половине XX века (см. "Наука и жизнь" ╧ 12, 2000 г.). Умение пользоваться калькулятором привело к неумению мыслить аналитически и логически, понимать суть физических и математических задач (см. "Наука и жизнь" ╧ 3, 2002 г.). О своем опыте преподавания в Парижском университете и размышлениях, связанных с ним, рассказывает доктор физико-математических наук Виктор Степанович Доценко.

Историки до сих пор спорят: как же могло получиться, что такие мудрые и образованные древние египтяне столь быстро разучились строить свои замечательные пирамиды? Все произошло на протяжении буквально нескольких поколений (на рубеже IV и V династий, около XXVI века до Р.Х.). И в самом деле, это была поразительная историческая катастрофа: веками учились, учились, по крохам совершенствовали мастерство, передавали все это из поколения в поколение, накапливали знания и опыт, потом выстроили свои три Великие пирамиды (Хеопса, Хефрена и Микерина) и вдруг разом все забыли, потеряли навык, умение и мастерство, перестали понимать элементарные вещи. Что особенно удивляет - это произошло как бы само по себе, безо всяких войн и нашествий варваров. Все, что было построено после, выглядело лишь как жалкое подобие Великих пирамид и сейчас представляет собой не более чем груду развалин.

Я теперь знаю, как такое может происходить: дело в том, что уже пятый год преподаю физику и математику в Парижском университете (Университет имени Пьера и Марии Кюри, известный также под именем "Paris VI", или "Jussieu"). Надо сказать, что Париж не последнее место на планете по уровню образования, а мой университет далеко не худший в Париже. Россия всегда несколько отстает от Запада, и, судя по тому, как энергично, а главное, во что нас реформирует родное Министерство образования, сейчас в Париже я могу наблюдать наше недалекое будущее. Сразу оговорюсь: я вовсе не претендую на роль "пророка из будущего" и поэтому буду стараться избегать обобщений. Мне все равно не по силам сравнивать средний уровень французского образования (о котором имею весьма смутное представление) со средним уровнем нынешнего российского образования (о котором тем более ничего не знаю). И если честно, вообще не понимаю, что такое "средний уровень образования". Я буду рассказывать только о своем личном опыте - так сказать, "что вижу, то и пою".

Сначала небольшая справка. Во Франции уже давно введен и действует "Единый государственный экзамен" (ЕГЭ), только называется он у них БАК (от слова "бакалавр"), но это сути не меняет. Мотивация введения французского БАКа была примерно та же, что и нашего ЕГЭ: чтобы поставить всех учеников в равные условия, чтобы свести на нет коррупцию на почве образования, чтобы унифицировать требования к выпускникам, ну и так далее. Короче, чтобы все было и по-честному, и по справедливости. Есть и отличие: у БАКа имеется несколько специализаций. Он может быть научным, когда приоритет (повышенный коэффициент) имеют экзамены по математике и физике; гуманитарным, когда приоритет отдается языкам, философии; экономическим и т. д. Человек, сдавший БАК, имеет право безо всяких вступительных экзаменов записаться в любой университет своего профиля (правда, только по месту жительства - прописка у французов очень даже имеется) и учиться в нем совершенно бесплатно (если не считать "комиссионного сбора" размером в три сотни евро в начале каждого учебного года). А если студент документально докажет, что доходы его семьи ниже определенного уровня, то может получать стипендию (совершенно независимо от своей успеваемости). Ученик, сдавший БАК с отметкой выше определенного уровня (больше чем 15 из 20), имеет право записаться на подготовительное отделение в одну из так называемых Гранд Эколь (самая известная из которых Эколь Нормаль Суперьер) - это что-то вроде элитных университетов, для поступления в которые после подготовительных курсов нужно выдержать еще и вступительные экзамены. Далее, в процессе учебы как в Гранд Эколь, так и в университете, в зимнюю и в весеннюю сессии происходит отсев. Если у студента сумма баллов всех экзаменов оказывается ниже определенного уровня, его выгоняют (или, в определенных ситуациях, оставляют на второй год). Отсев идет серьезный: в моем университете в первую зимнюю сессию выгоняют около 40 процентов студентов, в следующую - еще процентов 30 и т.д. В результате к концу второго года обучения остается едва ли четверть из тех, кто начинал учиться (фактически это растянутые на два года вступительные экзамены). Далее отсев тоже продолжается, хотя не столь интенсивно, и, наконец, венчают всю эту учебу два или три года так называемого ДEA, которое с некоторыми поправками соответствует нашей аспирантуре и которое, как и у нас, завершается (точнее, должно завершаться) диссертацией и ученой степенью. Естественно, что до этого уровня добираются только "самые-самые"... Ну и чтобы завершить это довольно скучное вступление, немного о себе: доктор физико-математических наук, профессор, занимаюсь теоретической физикой; в университете "Paris VI" преподаю математику и общую физику первокурсникам, а еще, в качестве "контрастного душа", читаю некий теоретический курс (уж не стану разъяснять о чем) и веду семинары для аспирантов последнего года Эколь Нормаль Суперьер (т. е. именно для тех, которые не только "самые-самые", но еще и "супер" и "экстра").

Ну вот, как видите, система образования задумана как будто совсем неплохо, все устроено вполне разумно, и даже деньги на все это есть (французы, правда, все время тоже говорят, что денег на образование катастрофически не хватает, но это просто оттого, что они не знают, что значит не хватает на самом деле). И тем не менее могу сообщить тем, кто еще не знает, что "хотели, как лучше, а получилось, как всегда" бывает не только в России. Французское образование (и я подозреваю, что далеко не только французское) - яркий тому пример.

В силу специфики своей деятельности в своем дальнейшем повествовании я буду иногда вынужден апеллировать к экспертам в области высшей математики. Я имею в виду тех, кто знает все четыре правила арифметики, а также умеет складывать дроби и в общих чертах знаком с таблицей умножения. Части текста, для понимания которых требуются столь специфические знания, я выделю курсивом.

Так вот, в этом учебном году я обнаружил, что среди пятидесяти моих учеников-первокурсников (у меня две группы) восемь человек считают, что три шестых (3/6) равно одной трети (1/3). Подчеркну: это молодые люди, которые только что сдали "научный БАК", то есть тот, в котором приоритет отдается математике и физике. Все эксперты, которым я это рассказывал и которые не имеют опыта преподавания в парижских университетах, сразу же становятся в тупик. Пытаясь понять, как такое может быть, они совершают стандартную ошибку, свойственную всем экспертам: пытаются найти в этом логику, ищут (ошибочное) математическое рассуждение, которое может привести к подобному результату. На самом деле все намного проще: им это сообщили в школе, а они, как прилежные ученики (а в университет попадают только прилежные ученики!), запомнили. Вот и все. Я их переучил: на очередном занятии (темой которого вообще-то было производная функции) сделал небольшое отступление и сообщил, что 3/6 равно 1/2, а вовсе не 1/3, как считают некоторые из присутствующих. Реакция была такая: "Да? Хорошо..." Если бы я им сообщил, что это равно 1/10, реакция была бы точно такой же.

В предыдущие два учебных года процентов десять-пятнадцать моих студентов систематически обнаруживали другое, не менее "нестандартное" математическое знание: они полагали, что любое число в степени -1 равно нулю. Причем это была не случайная фантазия, а хорошо усвоенное знание, потому что проявлялось неоднократно (даже после моих возражений) и срабатывало в обе стороны: если обнаруживалось что-либо в степени -1, то оно тут же занулялосъ, и наоборот, если что-либо требовалось занулить, подгонялась степень -1. Резюме то же самое: их так научили.

Вот чему несчастных французских детей никак не могут по-настоящему научить, так это обращаться с дробями. Вообще, дроби (их сложение, умножение, а особенно деление) - постоянная головная боль моих студентов. Из своего пятилетнего опыта преподавания могу сообщить, что сколько-нибудь уверенно обращаться с дробями могли не больше десятой части моих первокурсников. Надо сказать, что арифметическая операция деления - это, пожалуй, самая трудная тема современного французского среднего образования. Подумайте сами, как объяснить ребенку, что такое деление: небось станете распределять поровну шесть яблочек среди троих мальчиков? Как бы не так. Чтобы рассказать, как учат делению во французской школе, я опять вынужден обращаться к экспертам. Пусть не все, но кое-кто из вас еще помнит правило деления в столбик. Так вот, во французской школе операция деления вводится в виде формального алгоритма деления в столбик, который позволяет из двух чисел (делимого и делителя) путем строго определенных математических манипуляций получить третье число (результат деления). Разумеется, усвоить этот ужас можно, только проделав массу упражнений, и состоят эти упражнения вот в чем: несчастным ученикам предъявляются шарады в виде уже выполненного деления в столбик, в котором некоторые цифры опущены, и эти отсутствующие цифры требуется найти. Естественно, после всего этого, что бы тебе ни сказали про 3/6, согласишься на что угодно.

Разумеется, кроме описанных выше, так сказать, "систематических нестандартных знаний" (которым научили в школе) имеется много просто личных, случайных фантазий. Некоторые из них очень смешные. Например, один юноша как-то предложил переносить число из знаменателя в числитель с переменой знака.Другая студентка, когда косинус угла между двумя векторами у нее получился равным 8, заключила, что сам угол равен 360 градусов умножить на восемь, ну и так далее. У меня есть целая коллекция подобных казусов, но не о них сейчас речь. В конце концов, то, что молодые люди еще способны фантазировать, - это не так уж плохо. Думать в школе их уже отучили (а тех, кого еще не отучили, в университете отучат - это уж точно), так пусть пока хоть так проявляют живость ума (пока они, живость и ум, еще есть).

Довольно долго я никак не мог понять, как с подобным уровнем знаний все эти молодые люди сумели сдать БАК, задачи в котором, как правило, составлены на вполне приличном уровне и решить которые (как мне казалось) можно, лишь обладая вполне приличными знаниями. Теперь я знаю ответ на этот вопрос. Дело в том, что практически все задачи, предлагаемые на БАКе, можно решить с помощью хорошего калькулятора - они сейчас очень умные, эти современные калькуляторы: и любое алгебраическое преобразование сделают, и производную функции найдут, и график ее нарисуют. При этом пользоваться калькулятором при сдаче БАКа официально разрешено. А уж что-что, а быстро и в правильном порядке нажимать на кнопочки современные молодые люди учатся очень лихо. Одна беда - нет-нет да и ошибешься, в спешке не ту кнопочку нажмешь, и тогда получается конфуз. Впрочем, "конфуз" - это с моей, старомодной, точки зрения, а по их, современному, мнению - просто ошибка, ну что поделаешь, бывает. К примеру, один мой студент что-то там не так нажал, и у него получился радиус планеты Земля равным 10 миллиметрам. А, к несчастью, в школе его не научили (или он просто не запомнил), какого размера наша планета, поэтому полученные им 10 миллиметров его совершенно не смутили. И лишь когда я сказал, что его ответ неправильный, он стал искать ошибку. Точнее, он просто начал снова нажимать на кнопочки, но только теперь делал это более тщательно и в результате со второй попытки получил правильный ответ. Это был старательный студент, но ему было абсолютно "до лампочки", какой там радиус у Земли: 10 миллиметров или 6400 километров, - сколько скажут, столько и будет. Только не подумайте, что проблему можно решить, запретив калькуляторы: в этом случае БАК просто никто не сдаст, дети после школы вынуждены будут вместо учебы в университетах искать работу, и одновременно без работы останется целая армия университетских профессоров - в общем, получится страшный социальный взрыв. Так что калькуляторы трогать не стоит, тем более, что в большинстве случаев ученики правильно нажимают на кнопочки.

Теперь о том, как, собственно, учат математике и физике в университете. Что касается математики, то под этой вывеской в осеннем семестре изучаются три темы: тригонометрия (синусы, косинусы и т. д.), производные функций и несколько интегралов от стандартных функций - в общем, все то, что и так нужно было знать, чтобы сдать БАК. Но в университете, как это часто бывает, учат все сначала, чтобы научить наконец "по-настоящему".

Что касается тригонометрии, то ее изучение сводится к заучиванию таблицы значений синуса, косинуса и тангенса для стандартных углов 0, 30, 45, 60 и 90 градусов, а также нескольких стандартных соотношений между этими функциями.Старательные студенты, которых в действительности не так уж мало, все это знают и так. Однако вот ведь какая закавыка, я каждый год упорно задаю своим ученикам один и тот же вопрос: кто может объяснить, почему синус 30 градусов равен 1/2? Я преподаю уже пять лет, и каждый год у меня около пятидесяти учеников; так вот, из двухсот пятидесяти моих учеников за все время на этот вопрос мне не ответил ни один человек. Более того, по их мнению, сам вопрос лишен смысла: то, чему равны все эти синусы и косинусы (так же, впрочем, как и все остальные знания, которыми их пичкали в школе, а теперь продолжают пичкать в университете), - это просто некая данность, которую нужно запомнить. И вот каждый год я как последний зануда пытаюсь их в этом разубеждать, пытаюсь рассказывать, что откуда берется, какое отношение все это имеет к миру, в котором мы живем, тужусь изо всех сил рассказывать так, чтобы было интересно, а они смотрят на меня, как на придурка, и терпеливо ждут, когда же я наконец угомонюсь и сообщу им, что, собственно, нужно заучить на память. Своим большим успехом я считаю, если к концу семестра один или два человека из группы раз-другой зададут мне вопрос "почему?". Но достичь этого мне удается не каждый год...

Теперь производная функции. Милые эксперты, не пугайтесь: никакой теоремы Коши, никакого "пусть задано эпсилон больше нуля..." тут не будет. Когда я только начинал работать в университете, некоторое время ходил на занятия моих коллег - других преподавателей, чтобы понять что к чему. И таким образом я обнаружил, что на самом деле все намного-намного проще, чем нас когда-то учили. Спешу поделиться своим открытием: производная функции - это штрих,который ставится справа вверху от обозначения функции. Ей-богу, я не шучу - прямо так вот и учат. Нет, разумеется, это далеко не все: требуется заучить свод правил, что произойдет, если штрих поставить у произведения функций и т.п.; выучить табличку, в которой изображено, что этот самый штрих производит со стандартными элементарными функциями, а также запомнить, что если результат этих магических операций оказался положительным, значит, функция растет, а если отрицательным - убывает. Только и делов. С интегрированием точно такая же история: интеграл - это такая вот вертикальная карлючка, которая ставится перед функцией, затем даются правила обращения с этой самой карлючкой и отдельное сообщение: результат интегрирования - это площадь под кривой (и на кой им нужна эта площадь?..).

С преподаванием физики дела обстоят похоже, только рассказывать про это скучно - здесь не так много смешного. Потому очень кратко (просто для полноты картины): курс физики в первом семестре в Университете имени Пьера и Марии Кюри начинается почему-то с линейной оптики (при этом параллельно на лабораторных занятиях студенты зачем-то изучают осциллограф), затем - два занятия подряд они зубрят наизусть огромную таблицу с размерностями физических величин (то есть как выражается в килограммах, секундах и метрах, скажем, гравитационная постоянная и т. п.; замечу попутно - при этом они понятия не имеют, что такое гравитационная постоянная), затем - механика (столкновения шариков, равновесие сил и т. п.), и наконец венчает осенний семестр почему-то гидродинамика. Почему именно такая выборка - понятия не имею, возможно, это то немногое, что знает главный координатор (и лектор) нашей секции. Почему именно в таком порядке? Да, собственно, какая разница, в каком порядке все это зубрить...

Бедные Мария и Пьер Кюри... Они на том свете небось места себе не находят от стыда.

Попробую предложить отдаленную аналогию всей этой ахинеи для гуманитариев. Представьте себе, что программа университетского курса под названием "Русская литература" состоит из следующих разделов: 1. Творчество А. П. Чехова; 2. Лингвистический анализ произведений русских и советских писателей XIX и XX веков; 3. "Слово о полку Игореве"; 4. Творчество А. Платонова. И на этом все...

Что же касается аспирантов Эколь Нормаль Суперьер (то есть тех, которые "супер-самые-самые"), то здесь ситуация совершенно иная. Эти ребята прошли такой суровый отбор, что ни вольных фантазеров, ни тем более разгильдяев здесь уже не встретишь. Более того, и с дробями у них все в порядке, и алгебру они знают прекрасно, и еще много-много всего, что им полагается знать к этому возрасту. Они очень целеустремленные, работоспособные и исполнительные, и с диссертациями у них, я уверен, будет все в полном порядке. Одна беда - думать они не умеют совершенно. Исполнить указанные, четко сформулированные преподавателем манипуляции - пожалуйста, что-нибудь выучить, запомнить - сколько угодно. А вот думать - никак. Эта функция организма у них, увы, атрофирована полностью. Ну а кроме того, теоретическую физику они, конечно, не знают совершенно. То есть они, конечно, знают массу всевозможных вещей, но это какая-то пестрая, совершенно хаотичная мозаика из массы всевозможных маленьких "знаний", которые они с успехом могут использовать, только если вопросы им приготовлены в соответствии с заранее оговоренными правилами, совместимыми с этой мозаикой. Например, если такому аспиранту задается некий вопрос, то ответом на него должно быть либо "знание А", либо "знание В", либо "знание С", потому что если это ни А, ни В, ни С, он станет в ступор, который называется "так не бывает". Хотя, конечно, и у аспирантов Эколь Нормаль Суперьер бывают довольно смешные дыры в знаниях - но тут несчастные детишки совершенно не виноваты - это преподаватели у них были такие. Например, из года в год я обнаруживаю, что никто из моих слушателей (аспирантов последнего года Эколь Нормаль Суперьер!) не способен взять Гауссов интеграл и вообще не имеет представления о том, что это такое. Ну это как если бы человек писал диссертацию, скажем, о месте природы в поэзии позднего Пушкина и при этом не имел представления о том, что такое синонимы. Но, вообще, конечно, из этих аспирантов получатся прекрасные исполнители, как те "роботы-исполнители" из давнего фильма "Москва - Кассиопея"... И поэтому мне больше нравится преподавать первокурсникам университета: там все-таки еще есть хоть небольшая надежда кого-то чему-то научить...

Мне их так жалко, этих детишек! Вы только представьте: из года в год с раннего детства зубрить, зубрить и зубрить весь этот бред... Но ведь понятно, что вызубрить все невозможно. Даже у самых прилежных учеников хоть в чем-то, но будут пробелы. На практике это иногда выглядит дико (по крайней мере для меня). Представьте себе: прилежный студент, умеет находить производные, умеет интегрировать (то есть он вызубрил все правила, про "штрих" и "вертикальную карлючку"), но вот дроби складывать не умеет. Или, допустим, складывать умеет, а вычитать - никак - ну не выучил вовремя! При этом он может знать всю таблицу умножения, но вот чему равно 6 умножить на 7 - нет (может, он просто проболел в тот день, когда учитель в школе это сообщал). Теперь вы, надеюсь, поняли, что на самом деле 3/6 может равняться не только 1/3, а вообще чему угодно. Если хотите, это можно назвать "пятым правилом арифметики": сколько скажем, столько и будет!

Мне неизвестно, сколько времени здесь продолжается весь этот образовательный "апокалипсис", может, лет десять, может, чуть меньше, но то, что в школы уже пришли преподаватели "нового поколения" - выпускники таких вот университетов - это точно, я вижу по своим ученикам. Что же касается моих коллег - нынешней университетской профессуры... Нет, с арифметикой у них все в порядке, и, вообще, в каком-то смысле все они довольно грамотные люди - стареющее вымирающее поколение. Но, с другой стороны, когда происходит такой всеобщий бардак в образовании, вольно или невольно, но тупеют все - не только ученики, но и преподаватели, видимо, это какой-то неизбежный закон природы. Разврат развращает...

В этом учебном году на семестровой контрольной одной из задач была такая (я думаю, наши восьми-, а может, и семиклассники ее бы оценили): "Воздушный шар летит в одном направлении со скоростью 20 км/час в течение 1 часа и 45 минут. Затем направление движения меняется на заданный угол (60╟), и воздушный шар летит еще 1 час и 45 минут с той же скоростью. Найти расстояние от точки старта до точки приземления". Перед контрольной на протяжении двух недель среди преподавателей университета шла бурная дискуссия - не слишком ли сложна эта задача для наших студентов. В конце концов решили рискнуть выставить ее на контрольную, но с условием, что те, кто ее решит, получат дополнительно несколько премиальных очков. Затем в помощь преподавателям, которые будут проверять студенческие работы, автор этой задачи дал ее решение. Решение занимало половину страницы и было неправильным. Когда я это заметил и поднял было визг, коллеги тут же успокоили меня очень простым аргументом: "Чего ты нервничаешь? Все равно эту задачу никто не решит..." И они оказались правы. Из полутора сотен студентов, писавших контрольную, ее решили только два человека (и это были китайцы). Из моих пятидесяти учеников примерно половина даже не попыталась ее решать, а у тех, кто сделал такую попытку, спектр полученных ответов простирался от 104 метров до 108 500 километров. Отдавая работу той студентке, которая умудрилась получить расстояние в 108,5 тысячи километров, я попытался было воззвать к ее здравому смыслу: дескать, ведь это два с половиной раза облететь вокруг земного шара! Но она мне с достоинством ответила: "Да, я уже знаю - это неправильное решение". Такие вот дела...

Читатель небось уже измучился в ожидании ответа на давно созревший вопрос: "Как же такое может быть?!" Ведь Франция - высокоразвитая культурная страна, в которой полным-полно умных образованных людей. Это один из главных мировых лидеров и в теоретической физике, и в математике, и в высоких технологиях, страна, где по российским понятиям "все хорошо". И в конце концов куда подевалась выдающаяся французская математическая школа "Бурбаки"? И вообще, при чем тут "Единый государственный экзамен"?

Про "Бурбаки" ответить проще всего. Эта школа никуда не делась, она продолжает функционировать, но при этом стала похожей на "черную дыру": людей (и талантливых людей!) она продолжает в себя "всасывать", но что там у нее делается внутри, те, кто находится снаружи, уже не знают. Это стало чем-то вроде "игры в бисер" Германа Гессе. Хотя мощная математическая традиция "Бурбаки" во французском обществе конечно же осталась. Именно поэтому несчастных детишек здесь так мучают шарадами про деление в столбик. Или, к примеру, когда нужно было решить уравнение 5х + 3 = 0, один мой студент исписал целую страницу рассуждениями про структуру и счетность множества решений такого типа уравнений, но само уравнение решить так и не смог. Хорошо известно, что получается, если из учения, веры или науки уходит дух, а остается один формальный ритуал: маразм.

Что же касается "как же такое может быть?!", то, как видите, может, очень даже может! Правда, я подозреваю, только до поры до времени. Во-первых, нужно иметь в виду, что вся эта катастрофа в образовании началась не так уж давно, и когда говорят про умных и образованных людей, то это в действительности очень тонкий слой общества (на котором на самом деле все и держится), состоящий из пожилых, стареющих (и вымирающих) "динозавров". И подпитки в этот слой сейчас просто не происходит (точнее, она происходит за счет китайцев и прочих там русских). Во-вторых, существует и совершенно другая точка зрения на происходящее. Этот крайне циничный взгляд на современное общество как-то растолковал мне один мой коллега по университету (огромный патриот Франции, по происхождению поляк, несколько лет проучившийся в Москве, прекрасно говорящий по-русски, большой знаток русской литературы). Он очень умный человек, тоже преподает и прекрасно видит, что происходит, но при этом считает, что никакой катастрофы нет, а наоборот, все правильно, все развивается как надо. Дело в том, что современному развитому обществу нужны только хорошие исполнители. Творческие, думающие люди, конечно, тоже требуются, но буквально единицы. Поэтому вся система образования должна быть настроена на отбор, выращивание и дрессировку именно хороших исполнителей, а учить думать молодых людей совершенно не нужно: в современном обществе это только повредит их будущей профессиональной деятельности, какой бы она ни была. Что же касается творческих личностей, то о них особенно беспокоиться не следует: тот, кто действительно талантлив, так или иначе все равно пробьется. В этом смысле, по большому счету, совершенно не важно, каким предметам мы их тут, в университете, учим (по крайней мере на первых курсах). Вместо физики с математикой вполне можно было бы заставлять зубрить, например, латынь (вот только специалистов таких сейчас не сыщешь). Все равно в будущей профессиональной деятельности никакое понимание физики с математикой им не понадобится. На уровне школы и университета важно просто производить отбор и дрессировку самых послушных, трудолюбивых и исполнительных, вот и все. А для тех, кто вылетает из этой системы, для тех, кто идет в "отходы", существуют метлы для подметания улиц, кассовые аппараты в супермаркетах, заводские конвейеры и т. д. Вы вон в Советском Союзе в свое время напроизводили миллионы образованных "думающих" инженеров - и что? По части своих прямых профессиональных обязанностей они, как правило, ни черта делать не умели, а предпочитали размышлять о судьбах мира, о смысле жизни, о Достоевском... Причем, согласитесь, сами эти, так сказать, "думающие образованные инженеры" сплошь и рядом чувствовали себя несчастными людьми: невоплощенные мечты о великих свершениях, нереализованные таланты, мировая скорбь и тому подобное. А тут жизненные претензии и запросы, как личные, так и профессиональные, четко алгоритмированы, и все счастливы и довольны...

Я думаю, мысль понятна, и дальше можно не распространяться. Обо всем этом уже писано-переписано в бесчисленных утопиях и антиутопиях. Мне лично подобная точка зрения на развитое современное общество крайне несимпатична, но это отнюдь не значит, что она ошибочна. Мне кажется, что в подобной системе никакие таланты никуда не пробьются (просто потому, что их некому будет учить), и тогда люди, точнее, "роботы-исполнители" очень быстро разучатся строить "Великие пирамиды". Но, может, я и ошибаюсь...

Теперь, надеюсь, понятно, при чем тут "Единый государственный экзамен"? Когда люди, вместо того чтобы думать самим и учить думать своих детей, пытаются в конечном итоге все на свете сводить к алгоритмам и тупым тестам, наступает всеобщее отупение. Впрочем, что тут первично, а что вторично, не знаю: вполне возможно, что все эти БАКи, ЕГЭ и прочие тесты не более чем следствие (а вовсе не причина) всеобщего, скажем так, "радикального упрощения мышления" в развитом обществе. В моей молодости экзамены в стиле ЕГЭ проводились только на военной кафедре, что как раз было вполне оправданно и понятно: "приказ начальника - закон для подчиненного", и все тут, а думать при этом было противопоказано. Теперь подобный стиль обучения похоже становится всеобщим. По мне так уж лучше пусть будет коррупция, чем кристально честное общество исполнительных роботов-идиотов. Хотя, впрочем, у меня есть сильные подозрения, что в этом смысле России ничего особенно серьезного не грозит. У нас сплошь и рядом вязнут и дохнут не только благие начинания, но, к счастью, и идиотские.

Ну а если подобная "алгоритмизация" жизни и в самом деле есть магистральная дорога дальнейшего развития человечества (в конце концов, если это эффективно, то почему нет?), что ж, тогда мне просто останется пожелать ему счастливого пути. Удачи вам, ребята, дальше продолжайте без меня, я остаюсь...

Вера принуждает мозг ко лжи и самообману

Сегодня увидел в ленте FB такой текст, который при первичном поиске показался популярным фейком, потому что ссылок никаких не было (фейком показался сам факт эксперимента, а не полученные результаты, которые и так подкрепляются постоянно миллионами фактов):

«В экспериментах, проведенных в Университете Бэйлор [Baylor University], людям дали Колу и Пепси в стаканах без опознавательных знаков. Потом присоединили испытуемых к сканеру мозга, который четко показал, что некоторые из них определенно предпочли Пепси.

Когда этим людям сказали, что они пили Пепси, часть из них которым всю жизнь нравилась Кола, сделали нечто неожиданное. Сканер показал, что их мозг изменяет сигналы удовольствия, подавляя их. В последствии, испытуемые сказали экспериментаторам, что им больше понравилась Кола.

Они лгали, но в их субъективном воспоминании ситуации -- нет. Они действительно думали, что предпочитают Колу после всего произошедшего, и они изменили свои воспоминания для соответствия эмоциям.

Где-то в прошлом их «оклеймили», и теперь они привержены Коле, даже если им действительно больше нравится Пепси. Мощные умственные конструкции не дают принять это даже для себя».

Более тщательный поиск позволил почти сразу найти первоисточник, включая полный текст самой статьи и прилагаемые слайды:

Neural Correlates of Behavioral Preference for Culturally Familiar Drinks.

Комментировать не хочу, поскольку и так очевидность. Но чтобы эту очевидность проиллюстрировали сканами мозга — такого ещё не встречал. И само собой — альтернативы критическому мышлению нет.

История — это результат исправления ошибок или упорствования в них, больше ничего

История — это всего лишь результат более или менее удачного исправления выявленных и осознанных ошибок в слепых пробах социальной жизни — или же настойчивое упорствование в повторении любимых ошибок вновь и вновь. Какой стране смотря как повезёт с народом и с правителями...

Навеяло вот этой заметкой: What is the best lesson we can learn from the study of history? That we're fallible and we hardly ever realize it.

Духовные склепы некрофильства

Духовные склепы некрофильства

Прошлое, прошлое, прошлое... Деды, прадеды, прапрадеды... Кровь проливали, кровь проливали, кровь проливали... А у нас больше всех умерших, замученных, загубленных, бессмысленно на доты брошенных, завидуйте... Нас не одолеют, мы успеем всех с собой в могилу с мягким радиопепелочком уволочь...

Как заставить людей признавать факты?

14 марта 2015

Психологи ломают голову: как заставить людей признавать факты?

http://news.israelinfo.co.il/kaleidoscope/55906
Три столетия назад, на заре эпохи Просвещения, европейские философы твердо верили, что человеческий разум скоро рассеет «предрассудков тьму», так как все ложные взгляды и убеждения — всего лишь результат невежества, незнания научных фактов. Достаточно «просветить» людей относительно истинного положения дел, чтобы они с презрением отбросили «дедовские предрассудки» и научились руководствоваться доводами рассудка.

Этот оптимизм рухнул уже в начале ХХ века , а с тех пор изучение причин, механизмов и проявлений человеческой иррациональности стало одним из магистральных направлений многих общественных наук — от психологии до экономики и политологии. Уже давно известно, что развитие науки не делает человеческое общество более рациональным, и более того — параллельно с ростом научных знаний растет и количество разного рода диких мифов, в то время как сама наука из «властительницы умов» превратилась в подозрительную служанку. Сегодняшние люди, охотно принимая все новые дары научно-технической цивилизации, с возмущением отвергают «тоталитарные» претензии науки и отстаивают свое право игнорировать любые доказанные факты, если они по тем или иным причинам противоречат их интимным убеждениям.

Современные психологи, проведя десятки экспериментов, пришли к выводу, что люди практически никогда не отказываются от дорогих сердцу взглядов и верований «под напором неопровержимых фактов», и даже наоборот — информационный натиск порождает реакцию отторжения, включаются разнообразные механизмы психологической защиты, и человек, вместо того, чтобы принять «неопровержимую истину», еще более укрепляется в своих заблуждениях.

Как это происходит, показано, например, в недавнем исследовании американских психологов Джастина Фрейсера и Троя Кэмпбелла, опубликованном в последнем номере Journal of Personality and Social Psychology. Экспериментаторы «изучали скользкие пути, которыми люди убегают от фактов, противоречащих их верованиям», — и обнаружили, что в ситуациях, когда индивид не может опровергнуть достоверность «неудобного» факта, он переводит дискуссию в сферу, где заведомо не действуют научные принципы проверяемости и погрешимости, — например, в область моральных принципов и личных ценностей.

Такой эффект наблюдался, в частности, в эксперименте, где сторонники и противники однополых браков обсуждали допустимость воспитания детей в семьях гомосексуалистов. При рациональном ведении такой дискуссии должны бы учитываться научные факты о наличии или отсутствии каких-то психологических последствий для детей, выросших в подобных семьях. Однако на деле испытуемые готовы были принимать и учитывать факты этого рода лишь тогда, когда они подкрепляли их априорное убеждение, — и «уходили в сферу непроверяемого», как только факты грозили подорвать их взгляды.

Ранее в других экспериментах было показано, что попытки изменить ложные убеждения людей с помощью целенаправленной пропаганды могут оказаться не только бесплодными, но и иметь обратный эффект.

Около года назад политолог Брендан Найхен опубликовал результаты трехлетнего исследования, в котором группа педиатров и политологов пыталась найти способы повлиять на предубежденность родителей против вакцинации детей. Были испробованы (в разных группах) все мыслимые способы рационального и эмоционального воздействия — брошюры с объяснением опасности инфекционных заболеваний, выводы научных исследований об отсутствии связи между прививками и риском аутизма, фотографии обезображенных болезнями детей, страшная история об умершем от кори младенце. Ни один из методов не повысил готовность родителей сделать прививки собственным детям, а в некоторых группах наблюдался и обратный эффект.

«Мы никогда не искореним предрассудки — ни у других, ни у себя, ни в своем обществе», —заключают Джастин Трейсер и Трой Кэмпбелл. Однако успокоиться на этом выводе и просто позволить каждому «жить со своими тараканами в голове» современное общество не может: слишком дорого эти «тараканы» обходятся.

Известно, например, что противники вакцинации детей не подвергают их существенному риску — но лишь до тех пор, пока подавляющее большинство родителей исправно водят детей на прививки. Если ложные идеи «вреда вакцинации» завоюют сознание масс, последствия будут страшными.

В других сферах — например, в области политических убеждений, — последствия массовой иррациональности и «бегства от фактов» не столь очевидны, но, возможно, еще более разрушительны. Поэтому исследователи не оставляют упорных попыток «пробиться к человеческому разуму», нащупать пути преодоления защитных психологических барьеров «бегства от фактов». Кое-какие любопытные находки в этой области уже есть — например, в ряде экспериментов выяснилось, что люди с большей готовностью принимают «неудобные» факты и корректируют свои взгляды в ситуации, когда это не угрожает их самооценке.

Психолог Клод Стил еще 15 лет назад доказал, что люди начинают вести себя более адекватно и достигают лучших результатов в любых видах деятельности после «упражнений на повышение самооценки» — проговаривания или написания рассказа о какой-то своей удаче, достижении, любом моменте гордости собой. Политолог Бнендан Найхен обнаружил, что этот метод «работает» и в ситуациях столкновения с «неудобными» фактами: утвердившись в своей самооценке, люди начинают демонстрировать большую широту взглядов и готовность сверяться с фактами.

Другими словами, если вы хотите что-то доказать человеку, не пытайтесь припереть его к стене неотразимыми фактами и торжествующе кричать «слив засчитан!», когда собеседник включает механизмы защиты заветных убеждений (как это делают многие участники сетевых дискуссий). У вас есть шанс «достучаться» до собеседника лишь в том случае, если его самооценка не пострадает от признания вашей правоты. Умные люди догадались об этом давным-давно — но теперь это еще и экспериментально подтвержденный научный факт.

Фото Ant Standring

«Мальчик, которого растили, как собаку» (отзыв на книгу)

«Мальчик, которого растили, как собаку» (отзыв на книгу)

Читать каждому! Читать непременно! Читать — и очеловечиваться!

Хотите знать, что такое «быть человеком»? Читайте книгу Брюса Перри. Хотите знать, что мешает стать человеком? Читайте книгу Брюса Перри. Хотите знать, как помочь человечеству стать лучше? Читайте книгу Брюса Перри.

Чтение этой книги — на грани невыносимости, но и не дочитать её невозможно...

Это книга, которую нужно прочитать КАЖДОМУ человеку, независимо от образования и специальности. Всем родителям, у которых есть дети, — в первую очередь. А специалистам помогающих профессий — психологам, психиатрам, социальным работникам, педагогам и т. д. — эта книга необходима немедленно.

Невозможно сдержать слёз, читая её, но и невозможно переоценить то жизненно важное знание, которое она вам дарит. Вы буквально осязаете, как насилие и страх калечат детский мозг, и не можете уйти от вопроса: «А что я могу сделать для предотвращения таких трагедий?» И Брюс Перри своим примером тончайшей деликатности, сочувствия и высочайшего профессионализма даёт надежду и вдохновляет.

Брюс Перри не пишет почти ничего нового или необычного, не открывает удивительных тайн, но он переоткрывает самое главное в наиважнейшем периоде жизни человека — детстве. Он просвечивает детство наукой, а науку вплетает в саму ткань детства. И наука умоляет: «Любите детей! Обнимайте и ласкайте их чаще! И учитесь заново жить тёплыми человеческим общинами, а не в холоде изолированных одиночеств!»

Я хочу написать об этой книге стихотворение в прозе на пределе искренности чувств, а не академически отстранённый отзыв, чтобы побудить ещё хоть кого-то встать на защиту человеческого в человеке и в первую очередь — в ребёнке.

Да, вы из первых рук получите золотой опыт чистейшей пробы для работы с детскими травмами. Да, вы многое поймёте про влияние (не)человеческого отношения к ребёнку на его мозг и про влияние мозговых деформаций на поведение ребёнка. Да, вы узнаете о перспективах реабилитации детей даже в самых тяжёлых случаях — если сложатся все благоприятные условия.

Но поймёте ли вы, русскоязычный мой соотечественник, что выросли в стране, в которой уже на протяжении столетия детская психологическая травма была и остаётся чудовищно массовой? Поймёте ли вы, что эта книга раскрывает тайну нынешнего погружения России в ненависть и озлобленность намного глубже и точнее, чем тысячи политологических и социологических исследований? Бесчеловечность как победившая идеология и младенческая покорность властному насилию длиною в век — вот и получаем «стокгольмский синдром» любви к насильникам у десятков миллионов взрослых людей... В каждом ребёнке из этой книги — вся Россия, и я, и ты, и он, и она... Способны ли мы сами себя исцелить или мировому сообществу пора готовить гигантскую реабилитационную команду во главе, конечно же, с Брюсом Перри?

Россия, мать моя! Сука! Когда же ты начнёшь плодить человечность, а не страх и ненависть?

Брюс, обними меня, пожалуйста...

Книга издана на русском языке в издательстве АСТ, прайм-Еврознак

The Boy Who Was Raised as a Dog: And Other Stories from a Child Psychiatrist's Notebook--What Traumatized Children Can Teach Us About Loss, Love, and Healing Paperback – December 25, 2007

by Bruce Perry (Author), Maia Szalavitz  (Author)

    Paperback: 288 pages

    Publisher: Basic Books; Reprint edition (December 25, 2007)

    Language: English

    ISBN-10: 0465056539

    ISBN-13: 978-0465056538

http://www.amazon.com/The-Boy-Raised-Psychiatrists-Notebook-What/dp/0465056539

Гражданин — страна — государство: кто кому что

Арвинд Нагпал

7 марта 2015 г. · Москва ·

Disclaimer: "Я живу не в государстве; я живу в стране".

...здесь я напишу то, что мне кажется совершенно очевидным, вроде бы и нечего обсуждать. Но, к сожалению, я сталкиваюсь с непониманием этих простых вещей. Так что, в компании капитана Очевидность, продолжу.

Да, в своей стране я сосуществую и договариваюсь с государством. При этом ни малейших обязанностей любить, служить, быть верным этому государству у меня нет и быть не может. Я обязан только исполнять договор, фиксируемый сводом законов. Если он меня устраивает. А если нет - я должен иметь возможность на это повлиять.

Сейчас предлагаемые государством договоренности мне нравятся все меньше и меньше, возможности донести свои предложения - все призрачнее. В такой ситуации, разумеется, я рассматриваю вариант расторжения договора, называемого "гражданством". Разрыв моих с этим государством отношений неудобен, но может в какой-то момент стать единственным выбором. Главное - этот выбор лежит только в практической области.

Далее: я считаю, что идея смешать государство и страну "в одном флаконе" проистекает из желания сделать граждан добровольными рабами. Очень удобно управлять теми, кому вложил в голову мысль о "долге перед государством". Эта манипулятивная технология отработана уже давно. Как любая манипуляция, она берет в человеке какое-то позитивное убеждение, и начинает его использовать.

Ты, человече, веришь в Бога? Отлично, ты обязан слушать Его наместника на Земле. Ты должен служить помазаннику божьему, признавать его власть над собой, беспрекословно подчиняться. Тебе придется быть готовым в любой момент отправляться защищать священные рубежи отчизны, которая остается единственным столпом правильной веры...

После того, как в России была демонтирована монархия, манипулятивный патриотизм на базе Православия надо было заменить. Советская религия выглядела так: ты, человек, хочешь всемирной Справедливости. В мире есть единственное полностью справедливое государство - это Советский Союз. Ты должен отдавать свои силы этому государству, устанавливая его великие принципы на всей планете. Все другие государства должны войти в единый союз, согласившись с его прогрессивным человеколюбивым и справедливым устройством...

Есть и другие способы обмануть человека: ты считаешь себя частью народа, любишь свой язык и культуру. Значит, ты обязан защищать государство, чей язык совпадает с твоим. Любые посягательства на это государство атакуют твой народ, твоя задача - укрепить это государство, чтобы все другие народы и языки подчинились твоим.

Забавно, что современное государство в России формально является светским, оно не является русским национальным, и оно не может претендовать на более справедливое либо более эффективное устройство, чем другие. Но при этом оно продолжает дергать именно за эти три ниточки, и множество людей на это до сих пор ведется. И до сих пор слишком многим людям кажется, что мир разделен на государства, что именно эти социальные системы есть единственно значимые движущие силы в мире. До сих пор верность государству рассматривается многими как непреложная ценность, хотя государство давно не советское, и давно нет идеологических оснований считать его самоценным. Такая самоценность государства в глазах обывателя существует именно в постсоветском мире; в Индии, по моим ощущениям, этого просто не поймут (там могут эксплуатироваться национальные или религиозные чувства, но не поклонение государству как таковому).

Да, на любые попытки манипуляции с рассказом о том, что и кому я должен, проживая в этом государстве, я отвечу коротко: "я живу не государстве. Я живу в стране".

Проба, ошибка и комплекс бога / Тим Хартфорд

http://www.ted.com/talks/tim_harford

http://www.ted.com/talks/tim_harford/transcript?language=ru

0:11 Вторая мировая война. немецкий тюремный лагерь. этот человек Арчи Кохрейн, военнопленный и врач, столкнулся c проблемой. Oдин из его пациентов страдает от мучительного и ослабляющего состояния, которое Арчи не может понять. Его симптомы - ужасные выпуклости под кожей, наполненные жидкостью. Но он не знает инфекция ли это или результат недоедания. Он не знает как это вылечить. И он работает во враждебной среде. Люди делают ужасные вещи на войне. Охранники немецкого лагеря смертельно скучают. Они поджигают лагерь в разных местах. просто ради смеха. Однажды один из охранников кинул гранату в туалет пленных, когда там было полно людей. Он сказал, что услышал подозрительный смех. И Арчи Кохрейн, лагерный врач, был одним из первых кто помогал пострадавшим. И ещё один момент: Арчи и сам страдал от болезни.

1:23 Так что ситуация казалась весьма безнадёжной. Но Арчи Кохрейн был весьма находчив. Он уже пронёс витамин С в лагерь и теперь он пытался организовать добычу Мармайтa на черном рынке. Некоторые из вас спросят что такое Мармайт. Это паста для завтрака, любимая в Великобритании. Она выглядит как сырая нефть. На вкус... специфическая. И что важно, в ней много витамина B12 Арчи разделил своих пациентов на две равные группы. Одной группе он давал витамин С, а другой витамин B12. Он очень тщательно и аккуратно ведёт запись результатов в своей тетради. И через несколько дней, становится ясно, чтобы ни вызывало эту болезнь, Мармайт помогает.

2:23 Кохрейн идет к немцам, управляющим лагерем. Представьте этот момент -- забудьте про эту фотографию, представьте этого парня с его длинной рыжей бородой и копной рыжих волос. У него не было возможности побриться - похож на Билли Конолли. Кохрейн начинает кричать на немцев со своим шотландским акцентом -- на свободном немецком, кстати говоря, но с шотландским акцентом -- и объясняет им, что немецкая культура, это культура, которая дала миру Шиллера и Гёте. И он не может понять, как можно терпеть такое варварство. И он выпускает свои эмоции. И затем он уходит назад в свою камеру падает и рыдает поскольку он уверен, что ситуация безнадежна. Однако молодой немецкий доктор берёт тетрадь Кохрейна и говорит своим коллегам: "Этот вывод неопровержим. Если мы не дадим заключенным витаминов, этот будет военное преступление." На следующее утро, источники витамина B12 доставлены в лагерь, и пленники начинают поправляться.

3:35 Сейчас я рассказываю вам эту историю не потому что считаю, что Арчи Кохрейн крутой, хотя он и крутой. Я рассказываю эту историю не потому, что я считаю, что мы должны более аккуратно проводить эксперименты на случайных выборках во всех областях исследований, касающихся общественных дел, но и потому, что я думаю, это было бы совершенно замечательно. Я рассказываю эту историю, потому что Арчи всю свою жизнь боролся против ужасного бедствия. И он осознал, что это ослабляло людей и подтачивало общество. И у него было имя для этого. Он называл это комплекс бога. Теперь я могу описать вам симптомы комплекса бога очень, очень просто. Симптомы этого комплекса это независимо от того насколько сложна проблема, вы имеете абсолютно непоколебимую веру в то, что вы совершенно правы в её решении.

4:32 Арчи Кохрейн был докторoм. Так что он много общался с другими врачами. И врачи сильно страдают от комплекса бога. Я экономист, я не врач, но я постоянно наблюдаю комплекс бога вокруг себя среди экономистов. Я вижу его среди бизнес-лидеров. Я вижу его среди политиков, за которых мы голосуем -- люди, перед которыми невероятно сложный мир, тем не менее абсолютно уверены, что они понимают как этот мир работает. И вы знаете, с будущими миллиардами о которых мы слышали, мир просто слишком сложный чтобы понять его.

5:06 Позвольте привести вам пример, представьте на минуту, что вместо Тим Харфорда перед вами Ганс Рослинг, презентующий свои графики. Вы знаете Ганса: это Мик Джаггер в TED. (Смех) И он показывает вам всю эту удивительную статистику, потрясающую анимацию. И они прекрасны, это великолепная работа. Вот типичный график Ганса Рослинга: задумайтесь на минутку, не о том что он демонстрирует, а о том что он оставляет за скобками. Он будет показывать вам ВВП на душу населения, население, продолжительность жизнь, и всё. Три кусочка данных для каждой страны -- три кусочка данных. Три кусочка данных - это ничего. Я имею ввиду, взгляните на этот график.

5:50 Он сделан физиком Цезарием Идальго, работающим в Массачусетском технологическом университете. Вы не сможете понять ни одного слова здесь, но это то как он выглядит. Цезарио работал с базой пяти тысяч различных продуктов, и использовал технику сетевого анализа чтобы проанализировать базу данных и изобразить взаимосвязи между различными продуктами. Это потрясающая, потрясающая работа. Вы демонстрируете все эти взаимосвязи, все эти взаимозависимости. И я уверен это будет очень полезно в понимании того каким образом растет экономика. Великолепная работа. Цезарио и я пытались описать её в журнале New York Times объясняя как это работает. Но что мы поняли, это что работа Цезарио слишком хороша, чтобы объяснить её в New York Times.

6:36 5000 продуктов -- это тоже ничего 5000 продуктов -- представьте, что вы считаете каждую категорию продуктов в данных Цезарио Идальго. Представьте, что каждую секунду вы слышите название одной категории товаров. С начала этой сессии выступлений прошло как раз столько времени как если бы вы сосчитали до 5000. Теперь представьте то же самое для каждого продукта, продающегося в магазинах Walmart. 100 000 продуктов. Это заняло бы весь ваш день. Теперь представьте счет каждого товара и услуги, продающихся в большой экономике, например в Токио, Лондоне или Нью-Йорке. Ещё сложнее это сделать в Эдинбурге, потому что вам придется пересчитать все сорта виски и шотландских тканей. Если вы заходите пересчитать все товары и услуги, предлагаемые в Нью-Йорке -- а это 100 миллиардов наименований -- это займет 317 лет. Настолько сложна экономика, которую мы создали. Я просто подсчитываю число тостеров здесь. Я не пытаюсь решить проблем Ближнего Востока. Сложность которых невероятна. Небольшое замечание -- общества, в которых зародился наш мозг, имели около 300 товаров и услуг. Вы пересчитали бы их за пять минут.

7:47 Так что это сложность мира, который окружает нас. Возможно поэтому комплекс бога кажется нам столь соблазнительным. Мы любим сесть и сказать: "Мы можем понять общую картину, мы может сделать некоторые графики, и мы понимаем как это работает." Но мы ничего не понимаем. Никогда. Я не хочу делать здесь нигилистские заявления. Я не хочу сказать, что мы не можем решить запутанные проблемы в запутанном мире. Конечно мы можем. Но путь, которым мы их решаем, должен быть со сдержанностью -- чтобы отбросить компекс бога. и практически использовать технику решения проблемы, которая работает. И у нас есть техника для решения проблем, которая работает. Сейчас вы демонстрируете мне успешную сложную систему, и я продемонстрирую вам систему, которая возникла благодаря методу проб и ошибок.

8:36 Вот этот пример. Этот ребёнок был создан методом проб и ошибок. Я понимаю, что это довольно громкое заявление. Возможно мне стоит уточнить его. Этот ребёнок - это человеческое тело: он эволюционировало. Что такое эволюция? Миллионы лет вариации и отбора, вариации и отбор -- пробы и ошибки, пробы и ошибки. Но не только биологические системы производят чудеса методом проб и ошибок. Мы можете использовать этот метод и в промышленности.

9:09 Предположим вы хотите создать стиральный порошок. Пусть вы - компания Unilever и вы хотите производить стиральный порошок на фабрике рядом с Ливерпулем. Как вы это сделаете? Пусть у вас уже есть большой чан полный жидкого стирального порошка. И вы подаете его под высоким давлением через распылитель. Получается спрей жидкого стирального порошка. Затем это спрей высыхает. И становится порошком. Падет на пол. Вы собираете его, фасуете в картонные коробки. И продаете в супермаркете. Делаете кучу денег. Но как вы спроектируете распылитель? Оказывается это очень важно. Сейчас если вы приписываете себе комплекс бога, теперь вы маленький бог. Теперь вы математик, вы физик -- кто-то кто понимает гидродинамику. И он, или она, рассчитывает оптимальную форму распылителя. Unilever сделал это и это не работает -- слишком сложно. Даже эта проблема, слишком сложная.

10:06 Но профессор-генетик Стив Джонс описывает как в реальности Unilever решила эту проблему -- методом проб и ошибок, варьированием и отбором. Вы берёте распылитель и делаете 10 различных вариаций формы распылителя. Пробудете все 10 и выбираете одно - наилучшее. Вы делаете 10 вариаций этого распылителя. Пробудете все 10 и выбираете одно, которое работает наилучшим образом. Пробуете 10 вариаций этого. Вы видите как это работает, правильно. После 45 поколений, вы получаете это невозможное сопло. Немного похоже на шахматную фигуру -- работает совершенно идеально. Мы не понимаем почему это работает, совершенно не понимаем. И в момент когда вы сделали шаг назад от комплекса бога -- давайте просто попробуем такую ерунду; пусть у нас есть систематический путь для определения того что работает и что не работает -- вы можете решить проблему.

10:58 Теперь этот метод проб и ошибок становится гораздо более общим в успешных институтах чем мы осознавали. Мы много слышали о функциях экономики. Американская экономика по-прежнему самая великая экономика. Как она стала самой великой экономикой? Я бы мог дать вам всевозможные факты и цифры об американской экономике, но я думаю самый яркий факт это то, что каждый год разоряются 10 процентов американских компаний. Это колоссальная частота неудач. Компании умирают гораздо чаще, чем, скажем, американцы. Каждый год не умирают 10 процентов американцев. Что приводит нас к выводу, что американские компании умирают быстрее, чем американцы, и поэтому американские компании развиваются быстрее, чем американцы. И в конце концов, они эволюционируют до такого высокого уровня совершенства, что они сделают нас своими домашними животными -- (Смех) если, конечно, они уже этого не сделали. В чём я иногда сомневаюсь. Но это и есть процесс проб и ошибок, который объясняет огромное расхождение, этот невероятный успех западных экономик. Этот успех пришел не потому, что вы наняли безумно умного человека. Он пришел через пробы и ошибки.

12:12 Теперь когда я говорю всем про это в последние пару месяцев люди иногда спрашивают меня: "Хорошо Тим, всё это очевидно. Очевидно попытки и ошибки очень важны. Очевидно проведение экспериментов очень важно. Зачем ты бегаешь и рассказываешь эти очевидные вещи?"

12:27 Ладно, я скажу, окей, отлично. Вы считаете это очевидно? Я соглашусь, что это очевидно, Когда школы начнут учить детей, что есть некоторые вопросы, на которые нет верного ответа. Прекратите давать им список вопросов, каждый из который имеет ответ. И в углу за учителем фигура определенного авторитета, который знает все ответы. И если вы не можете найти все ответы, значит вы ленивый или глупый. Когда школы перестанут это делать, я признаю, что, да, это очевидно, что метод проб и ошибок, это хорошая вещь. Когда политик, ведущий предвыборную кампанию говорит: "Я хочу улучшить систему медицинской помощи, я хочу улучшить образовательную систему. И я не знаю как это сделать. У меня есть десяток идей. И мы собираемся их попробовать. Весьма вероятно все они провалятся. Тогда мы попробуемм другие идеи. Мы найдем те, которые работают. И будем их использовать. Отбросим те, что не работают. Когда политик будет вести кампанию на этой платформе, и что важно, когда избирателям, таким как вы и я, это понравится, и они будут готовы проголосовать за такого политика, тогда я признаю, что это очевидно, что метод проб и ошибок работает, и что -- спасибо.

13:36 (Аплодисменты)

13:40 До этого, до этого Я продолжу говорить о методе проб и ошибок и о том почему, мы должны отбросить комплекс бога. Потому что это так трудно признать нашу подверженность ошибкам. Так некомфортно. И Арчи Кохрейн понимал это как и любой другой. Вот ещё одна попытка, которую он осуществил много лет спустя после Второй мировой войны. Он хотел проверить где пациентам лучше восстанавливаться после инфарктов? Должны ли они восстанавливаться в специализированном кардиологическом отделении в больнице, или лучше восстанавливаться дома? Все кардиологи пытались его заткнуть. У них у всех комплекс бога в душе. Они знали, что их госпитали лучшее место для пациентов. И они были уверены, что это совершенно неэтично проводить подобного рода эксперименты.

14:31 Тем не менее Арчи получил разрешение на такой эксперимент. Он попробовал. И после того как этот эксперимент продолжался некоторое время, он собрался вместе всех своих коллег вокруг стола и сказал: "Что ж, джентельмены, у нас есть некоторые предварительные результаты. Они не являются статистически значимыми. Но это уже кое-что. И по-видимому, вы правы, а я ошибался. Для пациентов опасно восстанавливаться после инфарктов дома. Они должны быть в госпитале." В комнате начался гул и все доктора начали стучать по столу и говорить: "Мы всегда говорили, что это неэтично, Арчи. Ты убиваешь людей в своих клинических экспериментах. Мы должны прекратить это. Прекратить немедленно." И весь этот огромный шум. Арчи дал им успокоиться. И затем он сказал: "Что ж это очень интересно, господа, потому что в таблице с результатами, которую я вам раздал, я поменял местами две колонки. На самом деле похоже, что наши больницы убивают людей, которым лучше находиться дома. Хотите ли вы прекратить эксперимент сейчас или нам стоит подождать достоверных результатов?" Смятение прокатилось по комнате.

15:39 Но Кохрейн сделал такую вещь. И причина по которой он это сделал потому что он понимал, что это кажется очень заманчивым быть там где стоишь: "Здесь в моем маленьком мире, я бог, я понимаю всё. Я не хочу менять свое мнение. Я не хочу проверять свои выводы." Это кажется таким комфортным просто опираться на постулаты. Кохрейн понимал, что неопределенность, склонность к ошибкам, больно бьют по самолюбию. И иногда вас надо выбить оттуда. Я не хочу сказать что это легко. Это не легко. Это исключительно болезненно.

16:21 И раз уж я начал говорить об этом и исследовать эту тему, Я был испуган кое-чем, что один японский математик говорил по этой теме. Вскоре после войны, молодой человек, Ятака Танияма, сформулировал удивительную гипотезу, названную Гипотеза Тинияма-Шимура. Она оказалась очень полезной десятилетия спустя при доказательстве большой теоремы Ферма. Фактически гипотеза оказалась эквивалентной большой теореме Ферма. Если вы доказали одно, значит вы доказали другое. Но это была лишь гипотеза. Танияма пытался, пытался, пытался и не мог её доказать. И вскоре после своего тридцатого дня рождения в 1958 году Ятака Танияма совершил самоубийство. Его друг, Горо Шимура -- который вместе с ним занимался математикой -- много лет спустя, вспоминал жизнь Таниямы. Он сказал: "Он бы не очень аккуратным человеком как математик. Он делал много ошибок. Но он делал ошибки в верном направлении. Я попытался делать как он, но понял, что это весьма трудно делать хорошие ошибки."

17:42 Спасибо.

17:44 (аплодисменты)