Всесторонне развитая личность новой эпохи

Представляем ли мы, насколько всё более сложнокомплексными становятся следующие поколения в этом «новом дивном мире» глобальной открытости и глобальной коммуникации всего со всем?

Евгений Волков 2 ч · 

И такое бывает (про блогершу, расстрелявшую YouTube, как всесторонне развитую личность):

Michael Klein A previous status of mine:
She was a female disgruntled vegan body builder Baha’i Youtuber lefty animal activist mass shooter... is some shit I've never typed before.

(Перевод: Она была рассерженной женщиной-веганкой, бодибилдершей, Бахаи, Ютубершей, левацкой активисткой защиты животных, массовым стрелком ... это какое-то дерьмо, которое я никогда не печатал раньше).

Инженерия жизни в сравнении с инженерией смерти

Nikolay Grigoryev

28 марта в 22:15 · 

КРАТКО, С КОМКОМ В ГОРЛЕ

Скажу слово. Я в России строил всю жизнь, и делал множество СТУ (Специальные Технические Условия) на противопожарные системы торговых центров, примерно на 22 центра. Везде «консультационные договоры» от 1,5 млн рублей и выше, обычно в районе 4-х. Везде свои консультанты, которые являются родственниками главы местного МЧС. Нигде нет трубы с напором воды из города, дают 100 мм, из неё кое-как вода льётся, из-за чего необходимо строить огромные бассейны для запасов воды для спринклерных и дренчерных систем пожаротушения (дренчер создаёт непроходимую для огня стену воды, спринклер её разбрызгивает кругом), инвесторы изо всех сил стараются за деньги эти системы исключить. Главный вопрос в ходе проектирования пожарных систем — «как избавиться от спринклерной системы». А ведь именно эта система, а не сигнализация, ДЕЛАЕТ ПОЖАР ПРАКТИЧЕСКИ НЕВОЗМОЖНЫМ, когда с потолка потоком льётся вода. Нормы соблюсти невозможно, они все супротив друг друга работают. Количество датчиков все стараются минимизировать, системы поставить подешевле, на производителей систем и подрядчиков огромное давление по стоимости, сравните стоимость датчиков «Рубеж» c такими же от «Honeywell». Экспертиза проекта везде за взятки, экспертов там толковых нет, поскольку им платят копейки. На небоскрёбы норм нет. На большие торговые центры норм нет. На атриумы норм нет. На стеклянные кровли, на генераторы и хранилища дизельного топлива внутри дата-центров, на временную электрику и пожаротушение во время строительства — нет. Вы понимаете, эти люди просто не умеют написать технические правила как нужно строить, которые есть во всём мире, если это не Зимбабве или Малави. Все инспекции, это просто визиты за деньгами, с вымогательством, а никакие не проверки. Когда у тебя большой торговый центр, чекисты присылают тебе своего штатного сотрудника на 30% акций, ты ему платишь, он отдаёт наверх половину, тот снова половину, и так до самого Светлейшего. То же самое во всех надзорных органах, в центрах сертификации, в Экспертизах, в ГАИ, МВД, везде. Насквозь гнилая система, и построили её по образцу воровских общаков, надёжно себя зарекомендовавших. Бесжалостный, тупой алгоритм, вовлекающих всех в круговорот теневых «услуг», размер экономики которого давно сравнялся и превзошёл "белую" экономику России.

В США система пожаротушения строится вдоль улиц отдельно от систем водопровода. В ней огромное давление, специальные толстостенные трубы, открытые гидранты для подключения пожарных рукавов и заправки пожарных машин. Первое что видишь возле школы своих детей, и возле своего дома — огромный красный или жёлтый гидрант на газоне, между тротуаром и дорогой. Нормы строжайшие, не обойти, не перепрыгнуть. Редкое здание не оборудовано спринклерной системой, а уж тем более то, где люди собираются толпами, такого вообще ни разу не видел. Пожарные помпы спринклерных систем работают от автономных дизельных двигателей со своими танками с горючим, поскольку при пожаре первым делом электрика в здании вырубается. Нет дизельных помп — стоят ATS и генераторы на все основные системы здания. В светильниках указателей выходов — батареи, поэтому они всегда светятся. В каждой комнате есть минимум один никогда не отключаемый обычный светильник. Ситуация пропадания света исключена нормами проектирования. В любом проекте жирной пунктирной линией показаны пути эвакуации людей, и расстояние до выхода, которое жёстко нормируется, его нельзя обойти. Почти все электроцепи в жилых домах с 2017 года оснащаются микропроцессорной защитой AFCI, которая чувствует горящую дугу короткого замыкания, и отключает электропитание, эти микропроцессоры внедряются всё больше с каждой ревизией кода NFPA NEC. Очень жёсткие нормы по автоматическим системам вентиляторов дымоудаления, которые выбрасывают ядовитые газы на улицу при пожаре. Ответственность по страховкам многомиллионная, в долларах, и по людям и по имуществу (Тулеев упырь обещал по миллиону рублей, это жалкие 15 тысяч долларов, его грёбаные очки стоят дороже). Отзыв лицензии на раз-два. Никаких липовых контор прокладок за 30 тыщ рублей, если отозвали лицензию, конец бизнеса и банкротство. Эксперты в Экспертизе все с личными лицензиями Профессиональных Инженеров, на которую учиться нужно после института ещё 5 лет, два дичайших по сложности экзамена сдавать. У всех людей по 30 стволов дома, автоматы, пулемёты, если такое случится, никто не будет жирного уёбка слушать про самопиар, это просто даже представить невозможно. Инженер Кольт сделал людей равными.

Нужно не с норм начинать, а мафиозную власть чекистов, которая своего Пахана в пятый раз короновала, каким-то образом поменять. Затем — разработать новый Кодекс Этики, в первую очередь, профессиональной. А уж затем решать инженерные вопросы городов, спринклеров, бассейнов, сигнализации, падающих от старости самолётов и вертолётов, и тонущих на Волге теплоходов, господа. И тогда вам нужны будем мы, потомственные инженеры-ботаники, что всегда мечтали послужить своему народу. А сейчас пока нужен профессиональный вышибала.

Для специалистов, вот все коды США по борьбе с пожарами. Миллионы людей спасёт тот, кто переведёт их на русский язык, начиная с NFPA 70, National Electric Code. Может наконец займутся делом на кафедрах английского языка в многочисленных политехах страны, где будущих инженеров готовят. Наверное, соберусь когда-нибудь и сам начну переводить, а пока читайте на английском.

https://www.nfpa.org/…/All-Code…/List-of-Codes-and-Standards

Кому нужен PDF — в личку.

Земля пухом маленьким человечкам... Как больно их родителям, это невозможно себе представить... Нам очень, очень больно вместе с вами...

Каждая ужасающая катастрофа всегда готовится долго и тщательно

Каждая ужасающая катастрофа всегда готовится долго и тщательно — очень умелым, изощрённым и хорошо тренированным неумением задавать критические вопросы, видеть уже тысячи лет общеизвестные ошибки и понимать и учитывать прирождённый любому человеку уровень идиотизма.

Imperfect Cognitions: Rationalization: Why your intelligence, vigilance and expertise probably don't protect you

Imperfect Cognitions: Rationalization: Why your intelligence, vigilance ...: Today's post is provided by Jonathan Ellis , Associate Professor in Philosophy and Director of the Center for Public Philosophy at the U...

Ненавижу! Система образования усилиями чиновников приобрела какую-то совершенно извращённую форму / Николай Казмин

Николай Казмин

29 янв в 16:12

НЕНАВИЖУ!

НЕНАВИЖУ!

Я не знаю, к кому обращены эти мои слова – к моим коллегам-педагогам, к министру образования, к Путину, Господу Богу или просто крик отчаяния и гнева в пространство…, но я хочу поделиться этим.

Оговорюсь сразу: я не готов говорить за всю систему образования в целом, поэтому все, что тут будет сказано, опирается только на мой личный опыт в области театрального образования.

КОРОТКО

Сегодняшняя система образования усилиями чиновников приобрела какую-то совершенно извращенную форму. Когда получал образование я, главной целью любого учебного заведения, от детского садика до ВУЗа, было научить чему-то. А сегодня главным стало не это, а отчетность, причем, отчетность, которая в значительной степени не имеет вообще никакого отношения к реальной картине. И в создание чудовищного вала этой отчетности, во всю эту постыдную бюрократическую клоунаду вовлечен каждый педагог. Вовлечен насильственно, без малейшей возможности отвертеться. Педагоги пишут программы, аналитические планы, КТП, УМК, жонглируют на бумаге дидактическими модулями и компетенциями, ФГОСами, мучительно пытаются придумывать способы разнесения предметов по каким-то необъяснимы таблицам, тратя на это кучу времени, мотают себе нервы, ссорятся с начальством, но зачем это все? Какова цель? Кем это придумано?

Когда некоторое время назад я возмущался и наивно пытался что-то доказать, начальственные дамы отвечали мне, что с них взятки гладки, такова система. ТАКОВА СИСТЕМА. Да, все верно. Но система эта

- ЛЖИВА, поскольку невозможно придумать единый шаблон для всего многообразия учебных дисциплин. Нормативы, формы отчетности, распределение учебных часов порождены фантазиями министерских и местных чиновников, не имеющих представления о реальном положении дел и нам приходится писать откровенное вранье, которое, якобы, соответствует этим фантазиям

- БЕСПОЛЕЗНА, поскольку весь этот бумагооборот ни в коей мере не влияет на то, ЧТО и КАК реально преподают педагоги.

- УНИЗИТЕЛЬНА, поскольку полезная деятельность педагогов направляется, контролируется и оценивается людьми некомпетентными, зачастую вообще не имеющими отношения к той профессии, которую они (педагоги) преподают

- ВРЕДОНОРСНА, поскольку отнимает полезное время у педагогов и оправдывает зарплаты и должности целой структуры, паразитирующей на учебном процессе и не производящей ничего полезного

И я докажу это

Лживость

Еще раз оговорюсь: я не знаю, как происходит это при обучении математиков или медиков, инженеров, космонавтов или еще кого там, поэтому я буду касаться только театрального образования. Но вот что я точно знаю, так это то, что невозможно втиснуть в некий стандарт образования все профессии. Разная подача материала, разная степень индивидуализации, разные критерии оценок…. Кто тот идиот, который придумал единые правила, который пытается впихнуть невпихуемое?!

Любой педагог, который сегодня завален составлением этих бумажек, прекрасно понимает, что вся эта писанина изначально лжива. То, что пишется в планах и программах, практически никогда не совпадает с реальностью, потому что те, кто откуда-то из заоблачных высей спускают нам нормативы, скорее всего, просто совершенно не понимают сути конкретных дисциплин, которые преподаются в реальности. Не понимают специфики учебного процесса в каждом конкретном случае. От чиновного начальства (которое, впрочем, считает себя участниками педагогического процесса) на меня сваливается такой бред, что просто руки опускаются. Конечно, учебный процесс должен быть структурирован, но структуру эту должны создавать те, кто занимается именно самим учебным процессом, то есть педагоги. Но в реальности структуру нам спускают сверху те, кто в этом ни бельмеса не понимает. И когда моим начальственным дамам я говорю, что предлагаемая им структура бредова, идиотична и нереальна, мне отвечают, что это не они придумали, а министерство. И что же, неужели я считаю, что в министерствах сидят дураки? Да! Да!!! Я считаю, что в министерстве сидят … ну пусть не дураки, но люди некомпетентные.

Примеры? Пожалуйста: веду занятия на двух курсах. На одном мне предлагается в течение года преподавать дисциплину "сценическая пластика" в течение одного года, а на другом четыре года подряд преподавать "сценическое движение". И не дай Бог попутать формулировки. Но такой дисциплины "сценическая пластика", которую можно было бы впихнуть в один год, просто не существует на свете! Сценическая пластика – это общее объединяющее название для всего комплекса дисциплин, имеющих отношение к телесной выразительности актера. Сцендвижение, сценбой, техника трюка, фехтование, музыкально-ритмическое воспитание, работа с предметами, да хоть пантомима и художественное ковыряние в носу – вот всё это вместе, все то, что преподается разными педагогами на протяжении всего периода обучения объединяется общим термином "сценическая пластика" А мне предлагают это впихнуть в один год. Зато "сценическое движение", которое предполагает всего две цели – развитие и совершенствование опорно-двигательного аппарата и основных психофизических качеств, и которое преподается за один-единственный первый год обучения, мне предлагают растянуть на четыре года. Другой пример: веду раздел "парные и групповые взаимодействия". Руководящая дама требует от меня, чтобы я расписал пофамильно и по часам расписание индивидуальных занятий. Смотрю на нее, как на идиотку, и пытаюсь выяснить, понимает ли она вообще, что значит слово "групповые". Но она отвечает, что это мои проблемы и ТАК ПОЛОЖЕНО. Еще: Предмет "сценическое фехтование". Требование, чтобы с сентября я включил в расписание самостоятельные занятия. Как вы себе это представляете? Я даю студентам оружие, объявляю, что сегодня у них самостоятельное занятие и ухожу? И что дальше? Студентов после этого отправляют в Травму, меня в тюрьму, а кто все это потребовал? Вот то-то! Самый последний пример: буквально два дня назад от меня потребовали составить программу и расписание для студентов-заочников вот по той самой сценической пластике, о которой я писал выше. Из них мне нужно распределить 12 часов групповых занятий, 5 часов индивидуальных и 100 (СТО!!!) самостоятельных. Это как? Они самостоятельно должны осваивать сценическую акробатику, сценбой и прочие?! Вот эти местами немолодые и неспортивные дяди и тети…

Вот поэтому, когда я утверждаю, что командные документы, спускаемые на меня из министерства, составлены идиотами, мне есть на что опереться. Я мог бы привести еще кучу примеров, но, думаю, что и этих достаточно. То есть понятно, что в программах и я и мои коллеги вынуждены писать некий бред, который каким-то образом укладывается в рамки, заданные нам абсолютно некомпетентными людьми.

Далее. Для того, чтобы из составленной этими министерскими писаками программы вытекала какая-то зарплата для педагогов, ими придумываются заведомо нереализуемые схемы и несуществующие предметы. Пример: на предыдущем месте работы режиссерам я преподавал одновременно два предмета, один из которых назывался "сценическая пластика", а другой "ОСНОВЫ сценической пластики". В параллель. Я не шучу!

На инструктаже о том, как составлять программы начальственная дама изрекает, что на одну тему нельзя отводить больше четырех часов. Мой коллега, преподающий актерское мастерство, пытается объяснить ей, что это нереально. Ну невозможно тему "создание сценического образа" вложить в четыре часа. Дама интересуется, а сколько же нужно? Нууу может месяц… Нет, говорит она, месяц много, надо уложиться в четыре часа. То есть она ВООБЩЕ не понимает, о чем идет речь! Вернее, понимает, но ее не интересует, что там бывает на самом деле, ей нужно, чтобы мы вложились в идиотский стандарт, рожденный в больном мозгу министерского бюрократа. Какие-то темы, распределенные на весь семестр, нас заставляют оформить, как тему одного урока… и из такого бреда, не имеющего никакого отношения к реальности, состоит вся программа, которую мы должны родить.

Самое мерзкое в этой ситуации то, что все эти надсмотрщики отчетливо понимают, что требуют от нас невозможного и, чтобы создать то, что они от нас требуют, мы должны написать в программах и всех этих календарно-тематических планах откровенную брехню. Опять же пример: моя непосредственная надсмотрщица-методистка после моих долгих объяснений, что невозможно написать реальную программу, которая соответствовала бы министерским требованиям в сердцах сказала мне:" Да напишите там любое враньё, лишь бы оно было похоже на правду!". Это я сейчас не шучу, она сама сказала это мне своим ртом! Ок, я бы и написал, но для этого объясните мне, как она должна выглядеть эта правда, с вашей точки зрения. Но этого она мне объяснить не может, потому что ни бельмеса не соображает в том, чем я занимаюсь. То есть это я должен написать вранье, похожее на правду по ее прямому указанию!

Не знаю, как в изучении химии или астрономии, но в творческих профессиях просто не-воз-мож-но составить календарный план освоения профессии. Если я знаю, что, например, первый семестр второго курса отдан изучению приемов сценического боя, то весь семестр я буду заниматься именно этим, но в той последовательности и в тех объемах, и с тем распределением времени, которые будут определяться конкретным коллективом студентов, а не календарным планом. Но объяснить эту непреложную истину бюрократам из методкабинетов я не могу, они этого просто не понимают.

А вот что они понимают очень хорошо и за чем следят очень строго, так это за тем, чтобы все циферки по всем часам у разных преподавателей и студентов строго совпадали. Вот тут они проявляют бешеное рвение и борьбу за правду. Потому что в этой бухгалтерии они только и разбираются. Они готовы всю кровь из нас выпить, чтобы привести в идеальный порядок дебет и кредит по часам и темам, которые на самом деле наполнены совсем не тем, что написано в наших бумажках.

Бессмысленность

Ну ладно, оставим тему лживости. Допустим (допустим!), что вот персонально мне удастся родить нечто такое, которое будет правдой. Допустим, я потрачу кучу времени, нервов, но рожу. Что дальше? Для чего это? Вот я написал, коллеги мои все написали, сдали им… И в электронном виде, и на бумаге, испортив кучу черновиков и забракованных вариантов (бумаги-то не жалко, да?) что дальше? Что они с этим делают? Какова дальнейшая судьба этих бумажек? Ну вот вся наша контора соберет, весь город соберет, все школы, колледжи ВУЗы, вся страна, наберут десять ангаров бумаг. ДАЛЬШЕ ЧТО?

Я пытался узнать, какова дальнейшая судьба всей этой макулатурной Ниагары. Ответа я не получил. Может они ведут какую-то статистику? Может они анализируют это и могут дать мне какие-то рекомендации? Но для того, чтобы дать мне рекомендации, нужно хоть что-то понимать в том, чем я занимаюсь.

Мне приводят два аргумента в защиту этой бюрократической машины: 1) необходимость работать по программе 2) контроль за моей деятельностью. Разберемся.

Как, говорят мне, неужели ты считаешь, что не нужна программа?! Ты собираешься преподавать без плана? Нужна программа, конечно, нужна. И план нужен. Но, поскольку преподаю я, то и стратегию, и тактику преподавания должен разрабатывать я сам. И делать я это должен по правилам понятным мне, а не какому-то малообразованному чиновнику из министерства, который ничего не соображает в моей профессии и не знает ее тонкостей. Есть единственный человек, с которым я готов обсуждать то, ЧТО я собираюсь преподавать и то, КАК я буду это делать, и человек этот - руководитель курса, который доверил мне своих студентов. Он говорит:" Вот тебе мои студенты. Я – театральный человек и я точно знаю, какие требования предъявляет к актерам сегодняшний театр. Через четыре года эти ребята должны уметь делать вот это, это и это". И тогда я разрабатываю программу, которую обсуждаю именно с руководителем курса. Ни со старшим методистом, ни с ЗавГОРОНО, ни с министром образования, ни с Путиным, ни с Папой Римским! Только худрук курса может обсуждать со мной, какому разделу уделить больше учебных часов, а какому меньше. Именно обсуждать со мной, а не указывать в ультимативной форме, как это делает Минобрнауки. И займет такая программ очень немного места. В развернутом виде такая программа на четыре года занимает у меня три странички. И в ней нет этой идиотской детализации, потому что она не только невозможна, но и просто не нужна! Для чего я должен писать по требованию бюрократов толстенную заумную бумагу, в которой они все равно ничего не понимают? Ну напишу я ее, И ЧТО?! Что они собираются с ней делать, кроме красивого складирования? Они, конечно, могут ее прочитать, примерно также, как я могу прочитать инструкцию по овцеводству в условиях высокогорного климата. Может они по прочтении могут дать мне какие-то рекомендации? Может они, изучив аналогичные бумажки от моих коллег, как-то их осмыслят и сделают какие-то выводы? Очень сильно сомневаюсь. У квалифицированного педагога программа обучения не на бумаге, а в голове. Если у педагога в голове нет четкой программы, то это – плохой педагог и его надо гнать с работы. И никакая программа, написанная на бумажке, ему не поможет. И то, хорошо ли я ее напишу на бумаге или плохо, или напишу на китайском языке, или вообще не напишу, никак не влияет на то, что я реально буду преподавать и как.

Контроль. Тут вообще бред. Для начала вопрос, что именно они собираются контролировать? Мою деятельность или отчетные бумажки? Чтобы контролировать мою деятельность, нужно в этом разбираться, а с этим у них проблема. Ну приходите ко мне на урок, проверьте, не прогуливаю ли я, что я делаю, как делаю, правильно или неправильно. Но за всю мою педагогическую карьеру ко мне на урок не пришел ни один представитель этой шайки. НИ РА-ЗУ! Почему? Да потому что для того, чтобы не выглядеть идиотами, им нужно разбираться в том, что я делаю. А единственное, в чем они разбираются – это количество параграфов, толщина шрифта и сложение циферок в графе "итого". Вот только это они и контролируют за свою зарплату. И для контроля им нужно заставить нас заполнять кучу форм, бланков, отчетов, которые могут отражать реальность, а могут не отражать… главное, чтобы они были!

Одной из защитниц это замечательной системы, которая пыталась доказать мне, что она выполняет полезную и нужную работу, я предложил провести мысленный эксперимент. "Вот представьте себе - сказал я - что в одном месте собрали всех учителей нашей страны. Вот прям всех-всех, кто по вашей милости занимается этим важным и полезным бумаготворчеством. Не знаю, сколько их, сотни тысяч, а, может быть, и за миллион. Вот собрали их и попросили поднять руку тех, кому все это действительно помогает научить чему-то детей. Ну и представьте себе, сколько поднимется рук". Знаете, что мне ответила эта высокоученая представительница минобрнауки? Она сказала:" Ой, не валяйте дурака!"

Унизительность

Бессмысленная работа унизительна. Осознание того, что я выполняю бессмысленную работу, заставляет меня ощутить себя рабом, бараном в стаде. В одной из мрачных книжек об альтернативной истории я вычитал рецепт, как подчинить население целой страны. Рецепт очень простой: нужно заставить (именно заставить!) людей, не задумываясь, совершать бессмысленные поступки. Например, дважды в год переводить стрелки часов на час вперед и назад. Зачем? А затем, чтобы выдрессировать. Затем, чтобы у исполнителей атрофировалось желание и умение думать. А в статье " Как развалить систему образования за семь шагов", автор статьи: Д.Б. Сандаков (Январь 2013, г. Минск) читаем:" Армейская мудрость гласит: чтобы солдату в голову не приходили дурные мысли, он должен быть постоянно занят; не важно чем, главное – занят. Чтобы в головы педагогов не проникли хорошие и умные мыли, они тоже должны быть постоянно заняты какой-нибудь пустой и тупой работой. Поскольку красить траву в среде преподавателей как-то не принято, нужно изобрести аналог «покраски травы» для профессуры. … Аналогом «покраски травы» в ВУЗах может быть заполнение бесчисленных и никому не нужных бумаг и отчетов. Каждый год надо менять формы основных документов, чтобы всю документацию надо было переделывать заново. Но педагоги (особенно советской закалки) – люди вредные, упертые и стойкие. Даже в бессмысленном деле они запросто могут найти творческую составляющую. Чтобы исключить эту возможность, необходимо в документооборот ввести элемент авральности: около 30% всех бумаг следует требовать предоставить срочно и с-сегодня-на-завтра" (источник https://fishki.net/1961365-kak-razvalit-sistemu-obrazovanija-za-sem-shagov.html)

Как я уже писал выше, особый цинизм этой унизительной ситуации придает то, что обе стороны – и исполнители, и руководство, отдают себе отчет в том, что работа эта бессмысленная и брехливая. Но если первых это бесит, то вторые делают вид, что так и должно быть. А чтобы придать особый вес своей деятельности, они проявляют удивительную въедливость и скрупулезность в том, что они умеют делать хорошо, а именно, в контроле формы. Недавно одной из моих коллег вернули написанный ею талмуд по той причине, что у нее заголовки разделов не были выделены жирным шрифтом. Это просто какое-то изощренное издевательство.

Унизительна ситуация, когда моей работой руководят некомпетентные чиновники, когда мою деятельность контролируют и оценивают люди, не разбирающиеся в том, что я делаю, когда во власти этих людей моя зарплата, карьера и возможность выгнать меня с работы. Результаты моего труда может квалифицированно оценить только тот, кто является его потребителем. Если я выращиваю картошку, то ее качество может оценить тот, кто ее ест или повар, который готовит из нее еду, а не бухгалтер рынка, где этой картошкой торгуют. Если результатом моего труда является воспитание актера, то оценить качество моей работы может зритель или режиссер, который с этими актерами работает, руководитель курса, который сформулировал мне заказ, но никак не бюрократ от образования, которому откровенно наплевать на уровень выходящих из стен заведения специалистов. Потому что его волнуют только те показатели, за которые плюсики к карьере получает он. Его волнует рейтинг учебного заведения, а не квалификация выпускников. На предыдущем месте работы декан театрального отделения открытым текстом в приказной форме запрещала ставить студентам тройки, потому что это снижает рейтинг факультета. Трудно придумать более унизительную для педагога ситуацию.

Кому и для чего это нужно

Что же мы имеем? Мы имеем действительно систему, которая включает в себя две группы людей: одна занята производством реального результата – обучает профессии, а вторая занята некоей деятельностью, которая отнимает кучу времени и у тех и у других, насквозь лжива и производит нечто такое, что не имеет реального применения. При этом обе группы получают зарплату (даже не решаюсь сравнивать их). Существует утверждение, что любой труд должен быть оплачен. Это неверное утверждение. Оплачивается не сам труд, а его результаты. Если в результате трудовой деятельности произведена никому не нужная дрянь, то и оплата должна быть соответствующая. И не имеет никакого значения, сколько сил было потрачено на производство это дряни. Если мне на рынке пытаются продать гнилую картошку, то меня совершенно не волнует, сколько труда потрачено на ее выращивание. Да пусть хоть золотой лопатой ее окучивают и на скрипке на ней играют – я не собираюсь платить за ненужный мне товар!

Казалось бы, все просто и логично: за хороший товар платим, а за плохой – нет? Не тут-то было. Наша система выстроена и узаконена в такой форме, что тот, кто производит качественный результат, а именно педагоги, не получат своей зарплаты до тех пор, пока не обеспечат зарплатой своих контролеров. В одной из "разъяснительных" бесед мне было прямо сказано, что именно вот это, и показано на толстую пачку бумаги, и есть моя зарплата, именно вот за эту писанину, пардон, отчетность, мне и платят. Да? Правда?! А я-то наивный, думал, что мне платят за то, что я чему-то учу студентов.

Когда я утверждаю, что это педагоги обеспечивают зарплату контролерам-методистам-бюрократам, то я нисколько не преувеличиваю. При этом обратного движения не наблюдается. То есть если завтра они все куда-то испарятся, то на моей работе это вообще никак не отразится. Нет, вру, отразится – я вздохну с облегчением и у меня появится гораздо больше свободного времени, которое я смогу уделить студентам. А вот если исчезну я и мои коллеги-педагоги, то у наших господ управленцев моментально остановится всякая деятельность, которую мы постоянно подпитываем потоком бумаг. Подпитываем по их требованию. Они постоянно от нас чего-то требуют, но что-то я не помню, чтобы мы от них чего-то требовали. Как-то раз мне проникновенно глядя в глаза объясняли: "ну поймите же, мы делаем одно общее дело и должны жить в СИМБИОЗЕ!". Вон оно как? Насколько мне известно, симбиоз – это когда два организма сосуществуют, принося друг другу взаимную пользу. Вот, например, живут у меня в животе какие-нибудь полезные лактобактерии, и они там отвечают за разложение определенных белков. Я даю им приют, а они за это делают свою полезную работу. А еще у меня в животе живут глисты, которые питаются моими соками и не приносят никакой пользы, кроме вреда. И называется это не симбиозом, а ПАРАЗИТИЗМОМ. Я понимаю, какую пользу учебным заведениям приносят библиотека, буфет, завхоз и, даже, вахтер, и готов признать это симбиозом. Но какую пользу приносят господа, занятые сбором бумаг, я не понимаю. Так что никак не могу признать это симбиозом. Они все для меня являются недружественными соседями по образованию. Он отнимают у меня время, гробят мои нервы, заставляют заниматься производством бумажного потока, за который зарплату получают они! Подчеркиваю, вся эта ненужная для реального учебного процесса писанина - бумажки-отчеты-планы-программы производится нами, но зарплату за это получаем не мы. Какой уж тут симбиоз… это очень неприятные соображения, но я вынужден их сформулировать: СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ СЕГОДНЯ ТАКОВА, ЧТО ВНУТРИ НЕЕ СУЩЕСТВУЕТ СТРУКТУРА, ПАРАЗИТИРУЮЩАЯ НА УЧЕБНОМ ПРОЦЕССЕ!

Паразитов никто не любит. От них стараются избавиться, минимизировать контакты с ними. Но как же от них избавишься, когда именно в их руках органы контроля и управления. Причем, на всех уровнях, от министерства до каждой сельской школы. Это от них зависит, сколько раз педагог будет переписывать свои бумажки, доводя их до того соответствия идиотским стандартам, которое понравится контролеру низового звена. Это от него зависит, сколько педагог будет сидеть и сводить в многочисленные таблицы циферки за несуществующие занятия по выдуманным дисциплинам. Это от контролера среднего звена будет зависеть как часто целое учебное заведение будет лихорадить в преддверии очередной аттестации. Это от верховных контролеров и фантазеров от бюрократии зависит, как часто вся страна, все сотни тысяч педагогов с матюгами дружно садятся заново переписывать всю документацию, потому что очередному уроду из заоблачных министерских высей захотелось получить очередную премию, и он для этого выдумал новый стандарт.

Одна дама из этой когорты, после разговора со мной, когда я высказал ей примерно то, что написано выше, сквозь слезы в сердцах спросила меня:" Ну что мне теперь уволиться? Вы этого хотите? За что же вы все ко мне так относитесь? Почему вы все издеваетесь надо мной? Что я вам такого плохого сделала?!". Да упаси Господь, я ничего не имею против нее лично. Я вовсе не жажду ее увольнения. Это совершенно бессмысленно: уволь ее, на это место другая сядет, может еще неизвестно, какая. А вот насчет " За что же вы все ко мне так относитесь" – тут попробуйте сами догадаться.

Итак, планирование и контроль. Я не против того, чтобы они присутствовали в учебном процессе, они нужны, с этим я не спорю. Насчет планирования, и каким оно должно быть, на мой взгляд, я уже писал выше: для планирования работы педагога вся эта структура не нужна, для этого достаточно самого педагога и его непосредственного начальника. Что же насчет контроля, то и тут картина аналогичная: контролировать меня может только тот, кто в моей работе разбирается и тот, кто непосредственно выдал мне задание. А что мы имеем вместо этого? Вместо этого мы сегодня имеем многотысячную бюрократическую структуру, которая узурпировала эти две функции, обставила их чудовищно сложными, бессмысленными и трудновоспроизводимыми ритуалами, отупляющими тех, кто выдает реальный результат – то есть педагогов. При этом нельзя упрекнуть участников этой структуры в том, что они ничего не делают, но смысл их деятельности лишь в том, чтобы оправдать само существование этой гири на шее образования. Им необходимо как-то оправдывать сове существование, свои зарплаты, кабинеты и вмешательство в те области, в которых они никому не нужны и только мешают. Они маскируют это словесами о том, что тем самым помогают учебному процессу, усовершенствуют его, оптимизируют, но даже дураку понятно, что если их деятельность прекратить, то это ни в малейшей степени не помешает этому самому учебному процессу, а сотни тысяч педагогов вздохнут свободно.

Что делать

По существу, мы видим кормушку, вокруг которой вьется куча народа, который от нее кормится и защищает ее всеми силами. И любые попытки лишить их этой кормушки, вызывают бешеное сопротивление. Самое главное, что нужно понять – это то, что бороться нужно не с этими нахлебниками, а с самой кормушкой. Не изменять ее, не трансформировать, не улучшать. ЕЕ НУЖНО ЛИКВИДИРОВАТЬ!

Недавно по телевизору показывали встречу президента Путина с представителями творческой элиты, и там к президенту обратился Николай Цискаридзе с отчаянной просьбой избавить творческие ВУЗы от удушающей заботы Минобрнауки. Он рассказал об этом ярме, которое висит на шее, душит, заставляет бессмысленно тратить время, об идиотских нормативах, о никому ненужной отчетности и т.д. Он привел замечательный аргумент: " ведь военные академии как-то справляются сами, без этого заведения? Министерство обороны не отдало свои учебные заведения в ведение этой организации. Так неужели мы тупее военных и не сможем сами воспитать себе смену?! И сидевшая рядом с Путиным начальственная дама моментально включилась в беседу, глубокомысленно поведав, что надо будет пересмотреть систему нормативов, отчетности и еще каких-то процедур, оптимизировав ее… В зале поднялся смех и тогда президент покосился на нее и сказал:" вот видите, с кем работать приходится". То есть понятно, что представители этой кормушки, ее конструкторы, охранители и пользователи готовы как угодно ее трансформировать, видоизменять, маскировать, менять ей имя, но сохранять любой ценой.

Повторю еще раз: до тех пор, пока кормушка существует, всегда найдутся те, кто захочет от нее кормиться. Поэтому нужно не бороться с кормящимися, а ликвидировать кормушку.

Мне говорят: "ну хорошо, ты предлагаешь ликвидировать, сломать, уничтожить… а что взамен?" Да в том-то и дело, что взамен ничего! Когда из тела вырезают раковую опухоль, то взамен ничего не пришивают! Когда от ног отвязывают гири, то ничего другого взамен не привязывают. Все полезные функции этой структуры (а это планирование и контроль) могут быть реализованы внутри кафедры или факультета. И именно внутри кафедры, факультета, конкретного учебного заведения могут быть выработаны те формы, которые наиболее понятны, прозрачны и необременительны. И не нужно никакой тотальной унификации на этом уровне, потому что у разных учебных заведений могут (и должны быть!) свои особенности, свои методики, не совпадающие с другими, своя школа. Это даже внутри какой-то одной отрасли, а уж в рамках всей системы образования во всем ее многообразии и речи не может идти ни о какой унификации, ни о каких трафаретах, ни о каких единых стандартах. Я не знаю, где и когда мы подцепили эту заразу – в процессе ли привития Болонской системы на нашу почву, или еще раньше в недрах совка, но если мы от нее не избавимся, то рано или поздно она нас задушит окончательно.

Но ни о каких телодвижениях в этом направлении не может идти речи до тех пор, пока творческие ВУЗы будут в подчинении Минобрнауки. Потому что если во времена СССР МВССО "несло ответственность за состояние и дальнейшее развитие системы высшего и среднего специального образования, за качество подготовки специалистов", то Минобрнауки РФ "... осуществляет функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере образования…". Очевидно, что между "несением ответственности" и "осуществлением нормативно-правового регулирования" большая разница. Сегодня задачей номер один, на мой взгляд, является переподчинение творческих ВУЗов Минкульту. При этом нужно понимать, что эта бюрократическая структура, о которой я писал, способна мимикрировать и постарается проскочить туда же. Хотя, и в Минкульте с этим все в порядке. Вот пример выступления А. Калягина на Совете при Президенте по культуре и искусству21.12.2017: " Только один фрагмент из инструкции по заполнению "анкеты мониторинга исполнения детского репертуара, имеющего возрастные ограничения", послушайте, пожалуйста: «Показатели рассчитываются на основании указаний по заполнению строки 06 графы 4-й и строки 10 графы 3-й формы 12-НК. Сумма значений, введённых в строку 04 анкет за первый – четвёртый кварталы должна совпасть с суммой значения строки 06 графы 3-й и значения строки 10 графы 3-й годовой формы 12-НК". (Смех в зале. Аплодисменты.)

Post scriptum

К сожалению, на сегодняшний день педагогическое сообщество ничего не делает, чтобы изменить ситуацию. Люди запуганы, понимают, что не только активные действия, но и просто публичные высказывания на эту тему чреваты последствиями. Опять же пример из личного опыта: весь сентябрь и октябрь я и мои коллеги судорожно готовили очередную порцию бумажек и когда все всё, наконец сдали на нас свалили новые правила оформления, заполнения и пр… короче, давайте, ребята, заново! Я сказал, что не желаю этим заниматься, поскольку собирался уехать на постановку спектакля. А все мои коллеги дружно сели переделывать со словами "тебя же уволят!" Ну и черт с ним, пусть. А что я предлагаю? А предлагаю я просто ВСЕМ отказаться это делать. Потому что всех уволить побоятся – это грандиозный скандал будет. Одного выгнать с работы легко, а весь коллектив – вони не оберешься… нет, переделали дружно. Вернулся из поездки, и что вижу? Снова переписывают, поскольку вот-вот аккредитация грядет.

Это было последней каплей, и я решил уволиться. Я больше не желаю принимать участие в этой постыдной клоунаде. Может кто-то скажет, что это капитуляция с моей стороны, может обзовут меня пораженцем, но я понимаю, что сделать что-то можно лишь сообща. Действия в одиночку – это битье головой об стену.

И в тот день, когда я подал заявление по собственному желанию, все мои коллеги сидели на очередном инструктаже о новых правилах бумагомарания. Нечто, под названием "протокол №5" - очередная инструкция, которая ставит своей целью свести воедино все документы, которые были написаны до того, осуществить их перекрестный контроль по вертикали, горизонтали и диагонали. Причем писаться эта сводная фигня будет не ВМЕСТО всех предыдущих фигней, а В ДОПОЛНЕНИЕ к ним.

Некоторое время назад одна из моих коллег, переписывая в очередной раз очередной вариант, страдальчески воскликнула, что единственное, что ее греет, так это мысль о том, что вот, сейчас она все это доделает, и от нее отстанут. Тогда я ей ответил, что это зряшная надежда, не отстанут, потому что вот сейчас, в этот самый момент, пока она заполняет этот стандарт, в недрах министерства каким-нибудь шустрым негодяем уже готовится следующий, потому что шустрому негодяю хочется получить очередную премию. Она мне тогда не поверила, и вот вам – вуаля, получите "протокол №5. А пока будете заполнять, чтобы вы не расслаблялись, пусть вас не оставляет мысль, что "протокол №6" уже в работе.

Ну и вдогоночку немного конкретики. Вот список конкретных документов, которые написаны конкретно мной в течение этого учебного года, который, кстати, еще не окончился, так что мои оставленные коллеги еще дополнят этот список:

- Программа учебной дисциплины – 3 шт. для очного отделения, 1шт. для практики и 2 шт. для заочников (каждая – документ из 20-30 страниц, в который входят 1. Паспорт рабочей программы учебной дисциплины 2. Структура и содержание учебной дисциплины 3. Условия реализации учебной дисциплины 4. Контроль и оценка результатов освоения учебной дисциплины 5. Приложения)

- календарно-тематические планы групповых занятий для очников – 3 шт.

- календарно-тематические планы индивидуальных занятий для очников - 3 шт.

- календарно-тематические планы групповых занятий для заочников - 2 шт.

- календарно-тематические планы индивидуальных занятий для заочников - 2 шт.

- журналы групповых занятий для очников – 3 шт.

- журналы индивидуальных занятий для очников – 3 шт.

- журналы групповых занятий для заочников – 2 шт.

- журналы индивидуальных занятий для заочников – 2 шт.

…было еще что-то, уже не помню…

И вся эта куча документов (26 штук!) в разных частях или полностью дублирует друг друга, дополняет, проясняет, детализирует и стыкуется, как паззлы. И вот теперь, помимо всего этого и в дополнение к нему будет еще нечто сводное по "протоколу №5"

«Смерть Сталина»: шел на комедию, а попал... - Культура - Rus.Postimees.ee

«Смерть Сталина»: шел на комедию, а попал... - Культура - Rus.Postimees.ee

Критическая рациональность и критический рационализм

Критическая рациональность и критический рационализм

Рациональность порождается, формируется и поддерживается в первую очередь критикой. Последовательная и надёжная рациональность может быть только критической и самокритично рефлексивной. Игнорирование критики и попперовской концепции критического рационализма как фундаментальнейших оснований рациональности представляется крайне некритично нерациональным. Рациональность начинается с критики, реализуется критикой и заканчивается там, где заканчивается критика.

«Главная потребность человека — быть правым»

«Главная потребность человека — быть правым». 

Имеется в виду, конечно же, не желание докопаться до истины, а стремление отстоять представление о себе как об уже владеющем истиной, а далее — по алфавиту: духовностью, избранностью, превосходством, верностью традициям и предкам, принадлежностью к «правильной» нации/религии/расе/идеологии/мировоззрению и т.д. Соцсети всего лишь дали для этой борьбы за образ «во всём без исключения наилучшего и правильного себя» глобальную открытую площадку.

Критическое мышление — это отказ от такой борьбы и умение искать истину, как бы последняя не противоречила случайно сложившемуся и комфортно окаменевшему индивидуальному комплексу уверованных иллюзий, недознаний и недо-умений.

Универсальность мышления: её нужно выучить / Анатолий Левенчук

Пишет Anatoly Levenchuk (ailev) 

2017-11-05 01:22:00  Запись входит в топ 500 рейтинга

https://ailev.livejournal.com/1384283.html

Универсальность мышления: её нужно выучить

Знайте, что угол между касательной и хордой -- это половина дуги хорды! Это нужно знать, чтобы сдать ОГЭ за девятый класс в 2017 году. От школьников это требуют знать с 1893 года, когда книжка Киселёва была рекомендована для употребления в духовных семинариях в качестве учебного пособия. В духовных семинариях, святые угодники! В средних учебних заведениях это тоже требуют, с 1913 и до сих пор. Вот из "Элементарной геометрии" А.П.Киселёва:

Вопрос: действительно ли это нужно знать пятнадцатилетним юношам и девушкам в 2017 году, это ли нужно спрашивать в ОГЭ? Характеризует ли это знание про половину дуги хорды умение выпускника шевелить мозгами, или это тщательно охраняемый школьными бюрократами атавизм? 

Вот казанский инспектор народных училищ, преподаватель педагогики и известный публицист Александр Сергеевич Рождествин пишет 117 лет назад в сборнике газетных очерков о средней школе «Ввиду реформы средней школы», 1900 год (https://newtonew.com/opinion/pedagogical-oppositional-thought): «Если бы год или два спустя после окончания курса наших гимназистов, реалистов, гимназисток спросить, что у них осталось от того, что они изучали в школе в течение восьми или семи лет, то мы были бы поражены скудостью их знаний. Вся та книжная премудрость, которой начиняли их головы в школе, улетучилась. И замечательно то, что юноши и девицы, вступая в жизнь, совсем не замечают своей потери, а если и замечают, то не жалеют о ней. Зато они искренно сожалеют о том, что они не вынесли из школы того, что им почти на каждом шагу бывает нужно… Все люди, какого бы они звания, положения и пола ни были, — одни знания ценят, другими пренебрегают. Ценят они такие знания, какие им пригодны в жизни. Отвергают такие знания, какие в жизни никогда не понадобятся… В самом деле, загляните в программу по какому угодно предмету и спросите любого исполнителя этой программы: для чего он преподаёт всё это учащимся, зачем всё это им нужно. Если преподаватель человек искренний и сколько-нибудь мыслящий, то он непременно скажет вам, что многое он преподаёт исключительно потому, что это требуется программой. И вот всё это многое, преподаваемое учителями для выполнения программы и заучиваемое учащимися для получения отметки, и должно быть изъято из программы средней школы».

И что изменилось за 117 лет? Объяснение, что это знание выполняет роль "строительных лесов", которые возводятся в голове, чтобы там построить что-то другое (например, умение рассуждать логически), меня не устраивает. В чем смысл этих "строительных лесов", нельзя ли вместо них сразу что-то полезное выучить -- вместо лесов возвести стены, и использовать уже эти стены как опорную конструкцию для всего остального? Вообще, чему нужно учить, когда практически никакое знание потом не пригождается в жизни? В чём состоит "опорная конструкция" в мозгах, "универсальное знание"? В чём состоит то самое универсальное "шевеление мозгами", а до кучи и универсальное "шевеление телом" (школьная хореография в начальной школе и школьная физкультура до самого конца из той же серии -- ну почему неведомые миру пляски и правило трёх шагов баскетбола, вместо универсального умения владеть собственным телом, каковым умением потом можно будет пользоваться до конца жизни?!). 

Я потихоньку беседую оффлайн с разными людьми на эту тему универсальности, а в онлайн пока собираю литературу -- собираю, ибо читать эти лонглонгриды по универсальным знаниям пока некогда, да и сами эти лонгриды устроены в форме, отнюдь не приспособленной для их быстрого и эффективного усвоения -- на каждый прочитанный материал нужно ещё десяток, которые поясняют, как его использовать. 

Ситуация плоха, и стремительно ухудшается. Про половину дуги выпускники забывают сразу после школы, как и про умение писать много ручкой на бумаге (последний текст -- школьное сочинение). Но вот чтобы осваивать дальше какое-то предметное (инженерное, менеджерское, предпринимательское или даже танцевальное) знание им было бы неплохо различать отношения композиции, классификации, специализации. После этого можно, например, разбираться с понятием "система", где отношение композиции (часть-целое) является ведущим, без него ведь не понять про "уровни системы". 

Я со своими студенческими группами рутинно разбираю системные холархии для их проектов. Как только студенты выучиваются честно отслеживать отношения "часть целое" (а перед этим честно читать текст учебника, где про это много чего написано), у студентов возникает совсем другое видение своего проекта, меняется название целевой системы, способ объяснения того, что он в проекте делает, чётче определяются границы его проекта, выявляются совсем другие стейкхолдеры, т.е. сложный и путанный проект становится проще и обозримей, ошибок в его представлении хотя бы для себя. Это не зависит от предметной области, это общее, универсальное знание для всех проектов. Это общее универсальное умение -- структурировать описание того, чем ты занимаешься, что именно ты пытаешься изменить в мире, что новенького ты хочешь создать.

Этому сегодня практически нигде не учат, это не очень внятно описано в разных учебниках системного подхода, какой-то внятный разговор на эту тему можно найти только у системных инженеров, но для всех остальных это эзотерическое умение -- и если случайным образом человек ухитряется что-то подобное делать, то он начинает резко выделяться своим умом, а не смекалкой.

У меня гипотеза, что универсальные мыслительные умения, лежащие в основе формирования "неглупой личности", могут быть приобретены а) прямым обучением, б) впятеро быстрей и надёжней, чем косвенным через "дисциплины строительных лесов" типа тригонометрии, в) они заодно включают в себя "умение учиться", ибо учат относиться к знаниям, умениям, проектам и т.д. как к объектам для мышления -- их можно обсуждать, структура их становится выразимой как для себя, так и для других.

Отсутствие универсального начального мышления даже при большой и развитой "смекалке" (мыслительном кулибинстве, природной любознательности и сообразительности) является барьером к пониманию всевозможных предметных формализаций, всемозможных body of knowledge самых разных других дисциплин. Чтобы унаследовать мыслительную цивилизацию, её нужно явно выучить, её невозможно унаследовать через простое проживание в кругу образованных людей. Жизни не хватит, образованных людей, которые с тобой нянчаться не хватит, и образование этих людей тоже может быть отнюдь не state-of-the-art -- сто лет тому назад это не было большой проблемой, а сегодня это уже проблема.

В школе это незаметно, а вот на производстве это уже хуже: хочется, чтобы люди быстро получали новые компетенции, но этого не происходит -- не хватает универсальной готовности к мыслительному действию, не хватает ментального фитнеса. 

В производственной жизни сегодня производственные дисциплины даются на "тренингах" для неподготовленной к нормальной умственной работе публики на уровне балагана. После весёлых "интерактивных тренингов" в голову у прошедших тренинг остаётся ощущение приятно проведённого времени (об обучении через набор заклинаний и "практических приёмов", без малейшего понимания их смысла, и взаимной связи, без малейших знаний о том, как можно эти приёмы модифицировать и на какой теории эти "практические приёмы" основаны. Образование для взрослых профанировано, вместо работы головой включаем design thinking -- вместо каких-никаких формул и холодной головы работаем с детскими картинками и эмоциональным отношением. Такими методами хорошо продавать, равно как такие методы хорошо продавать. Вот сделать что-то существенное ими нельзя. Можно только продать идею, что нужно делать что-то существенное. Но делать придётся уже отнюдь не при помощи design thinking, нужны методы мышления, по-настоящему работающие для самого дела, а не только для "вовлечения в дело" всех проходящих мимо, для чего и предназначены все эти картиночные методики. Атомную станцию или микропроцессор на картинках design thinking не спроектируешь, не нужно дурить людей, что это и есть "позаимствованное мышление инженеров".

Студенты, взрослые, преподаватели, все подряд на моих курсах с огромным трудом прослеживают отношение "часть-целое", с огромным трудом усваивают знание о том, что разные отношения на диаграммах обычно обозначаются разными стрелочками. После того как справляются, их системы магическим образом становятся понятными и им самим, и всем окружающим -- результат обычно очевиден сразу, пользу строгого мышления даже не нужно объяснять. Видел такое десятки раз. Но в школе ни работе с отношениями, ни системному мышлению не учат. Более того, что они универсальны и достойны ко всеобщему раннему изучению -- это нужно специально доказывать.

Про оценку уверенности в каком-то факте по Байесу -- не было такого ни в школьной, ни в вузовской программе. Азы частотной вероятности сейчас дают уже в восьмом классе, но ещё больше рассказывают про Александра II, Фридриха Великого и ту самую хорду с касательной. Но оценка уверенности по Байесу универсальна и применима в быту и науке. Умение её делать пока не спрашивают при поступлении на работу, но это временно. Интересно, на какой работе (а люди учатся в том числе чтобы мочь себя обеспечивать!) на вступительном собеседовании спросят про Александра II или хорду с касательной?! И о чём будут спрашивать, когда работ для водителей и продавцов не останется?! Таки про Александра II и хорду с касательной? Или про универсальное мышление, включая умение системно мыслить? 

Универсальное мышление -- это мыслительные азы для выполнения архитектурных требований к мышлению (http://ailev.livejournal.com/1342372.html -- абстрактность, адекватность, осознанность, рациональность):

-- азы абстрагирования, то есть умение моделировать-онтологизировать-программировать и понимать, почему всё это одно и то же. Различать модели и метамодели в явных формализмах, понимать существование уровней абстракции. Различать коннекционистские модели и формальные модели. Разбираться в нотациях. Разбираться во множественности описаний, понимать как работать с несовместимыми онтиками. Если этого в мышлении нет, то плохо и с отделением важного от неважного, и с коммуникацией важного другим людям и компьютерам.

-- азы обеспечения адекватности окружающему миру. Стейкхолдеры и деятельность: субъективный поворот. Уверенность в соответствии мира моделей и абстрагирования и мира физического. Байес как логика науки (https://ailev.livejournal.com/1384180.html), 4D экстенсионализм с его возможными мирами и разъяснениями как думать о времени и процессах.

-- осознанность. Прежде всего это понимание, какое у тебя сейчас мышление: быстрое или медленное по Канеману, или какое их сочетание, какие практики мышления ты используешь (state-of-the-art, или "дворового воспитания"). Постановка под свой контроль своих же мыслей: у нас мозг обезьяны, который не очень приспособлен для мыслительной работы. Этот обезьяний мозг нужно у себя заметить и как-то научиться понимать в нём происходящее, окультурить, воспитать и дисциплинировать. Нужно понимать, на что направлено твоё внимание, чем загружен твой мозг, на что мозг отвлекается. И это не только рефлексия (которая про прошлое -- "разбор полёта мысли"), это прямо по ходу мышления. А если ещё идёт и коллективное мышление с активной коммуникацией между его участниками, то нужна осознанность и в этой коммуникации: минимально дисциплина различения персональной/личной и стейкхолдерской коммуникации, отстройка от ненужных эмоций, удержание внимания в диалоге.

-- азы рациональности и её логических оснований. Я понимаю рациональность как правила state-of-the-art (то есть меняющегося со временем!) медленного, рассудочного мышления по Канеману. Не нужно говорить, что "никто не знает, как учить мышлению, каковы его правила", или "все сообразительны, просто учителям не нужно не мешать -- и из школы выйдут мыслители". Нет, этому state-of-the-art медленному тяжело дающемуся мышлению можно и нужно учить. Мне свезло, и в некоторых местах меня именно этому учили. И это мышление не про половину дуги как оценку угла между касательной и хордой. Это про формализмы и правила формальных рассуждений. Для чего нужно? Мышление должно быть проверяемо, безошибочно. В формализмах легко находить ошибки.

Можно долго обсуждать, что эти мыслительные азы набираются из самых разных дисциплин, которые 

-- не являются дисциплинами -- это некоторые онтики, набираемые из state-of-the-art разработок самых разных научных школ, и дисциплины ещё нужно разработать. Да, совершенно согласен. Системное мышление в его state-of-the-art форме мне пришлось вытаскивать из сотен страниц инженерных стандартов, оно было "разлито в воздухе". Написание учебника и задачника нужно, ибо если никто ещё не учил этим дисциплинам, то учебника и задачника обычно нет. Вот, люди из lesswrong пытаются учить азам рациональности и её логических оснований и азам обеспечения адекватности окружающему миру. Но у них нет учебников (хотя кое-какая литература имеется), только россыпи "эссе" и дискуссионные клубы -- и тамошнее содержание отнюдь не полно, несмотря на тысячи страниц их текстов. Это не сильно отличается для меня от россыпи инженерных стандартов с закопанным там системным мышлением: универсальное знание нужно оттуда вытаскивать клещами и компактно оформлять. То же самое отсутствие дисциплины у осознанности, а про абстрагирование и говорить не приходится -- там закопаться и выплыть, взять хотя бы проблему соотношения графических и текстовых языков для борьбы со сложностью при абстрагировании (не буду повторять тут десяток ссылок на свои тексты, где я давал множество ссылок на самые разные попытки определить state-of-the-art). Так что нужно засучить рукава и делать курсы, на их основе писать учебники, разрабатывать задачники -- и вперёд, "сержантским методом". Про тренажёр клуба одиноких мозгов сержанта Солта я много чего писал: http://ailev.livejournal.com/1287293.html

-- никак не укладываются в указанный список критериев хорошего мышления и универсальных азов мышления, которые обеспечивают выполнение этих критериев для каких-то предметных (инженерного, менеджерского, предпринимательского, танцевального и т.п.) мышлений. А зачем нужно, чтобы разные азы-дисциплины точно относились к каким-то отдельным критериям? Конечно, нет требования если и учить рациональности, то не затрагивая осознанности. Если рассказывать про то самое медленное и быстрое мышление по Канеману, то содержанием медленного является рациональность, но само различение их -- это про осознанность. И про осознанность же -- понимание, что в медленном мышлении у тебя рационально, а что нет. И так с любыми азами мышления: их какие-то кусочки очень тесно переплетены. Они явно не специально проектировались в расчёте на ясные и понятные связи между ними, а появлялись эволюционно -- state-of-the-art мышления обычно не "разрабатывается" (а как бы хотелось!), а "становится", "выучивается", оно эпистемологично, а не онтологично по природе своей. Так что азы мышления отвратительно сортируются, да и каждый новый стейкхолдер предпочтёт их сортировать по-своему, сортировка и классификация тут не самое главное. Было бы что сортировать!

-- никак не [придумайте тут сами свои возражения, а я на них отвечу].

Ничего, глаза боятся, руки делают. Вот я и хожу, разговариваю с разными людьми, и потихоньку собираю программу курсов. У меня нет идеи, что можно логике или системности научить за пару-тройку дней. Но за пару-тройку дней можно сделать обзор того, что потом люди освоят. Перевести учеников из состояния неосознанной некомпетентности в состояние осознанной некомпетенции. По сути дела, речь идёт о курсах, позволяющих осознанно отнестись к культуре (цивилизованности, близости к известному человечеству state-of-the-art) своего мышления, узнать какие-то ключевые слова из этого state-of-the-art, а затем принять решение -- тратить ли своё время на полномасштабное обучение, или "ну его, и так умный", или "ну его, всё равно искусственный интеллект будет умней и работы для людей не будет -- я ведь читал статью про робовладельцев -- https://www.kommersant.ru/doc/3455179". А вот я редко вижу тех, кто "и так умный", и не считаю, что реализуются тезисы статьи про робовладельцев и людям станет не нужно быть умными. Если есть шанс дать людям универсальные азы мышления, их нужно дать. Универсальность нужно выучить, мы не можем ждать "снисхождения универсальности мышления" просто от занятий какой-то практической деятельностью. Нет, нужно хорошее базовое образование. Для чего? В этом-то и фишка, что "для всего": чтобы не тупить в новых ситуациях. А специальные знания по любому предмету можно и в Гугле почерпнуть, на специальный тренинг по какой-то прикладной дисциплине всегда можно записаться. Увы, пока нельзя записаться на курсы азов универсального мышления. Философский факультет в этом плане ничего не даст: поглядите на философа на любом заводе, в любом КБ, в любом офисе -- не будет от него толку. Не универсально знание философии, оно даёт для ума ровно столько же, сколько художественная литература: если доводить это знание до практичности, то это будет варка супа из топора -- философы толко объявят результат своим, а всё остальное придётся заимствовать, по факту повторив высказанную тут мной программу действий. Других же претендентов на поставщиков "универсальных азов мышления", кроме философов у нас, вроде, нет. Иначе бы я с ними уже давно разговаривал. Хотя СМД-методологи пытались развернуть аналогичную программу, и это отдельный сложный разговор о том, что же там пошло не так.

Про двигательные практики всё то же самое. Сколько человек будет играть в баскетбол после окончания школы?! Историю с медведевским бадминтоном в школьной программе даже вспоминать не хочется, но баскетбол для меня ничем не лучше бадминтона. Какими же двигательными практиками люди занимаются после школы? А самыми разными: от скалолазания до танцев, но баскетболом точно после школы уже практически никто не займётся. Почему бы не учить универсальным навыкам двигательной активности, тем более что они на поверку оказываются навыками мышления -- речь идёт о постановке тела под контроль мозга? С теми же критериями абстрактности мышления о теле (думаем о важном, убираем миллион не имеющих отношения к делу универсальности движения деталей), адекватности (не фантазируем о теле, не фантазируем о мозге, учитываем, что "изнутри" тело совершенно по-другому воспринимается, чем "снаружи" кем-то другим), осознанности (точно знаем, что в каждый момент времени делаем, ставим тело под контроль мозга, мозг под контроль самого себя), рациональности (никакой эзотеричности и непроверяемых "наитий", поменьше "невоспроизводимого тренерского искусства" и увещеваний что "нужно только захотеть, и всё получится", побольше воспроизводимой теории).

Большинство сегодняшних практик движения не универсальны, и не отвечают этим критериям. Так, легко работать с напряжениями -- это расслабиться трудно! А поскольку трудно расслабить крупные мышцы, то трудно заставить работать многочисленные мелкие глубокие мышцы. А их нужно накачать до того состояния, что они смогут выдерживать ваш вес. И только после этого вам откроется универсальное движение -- оно делается обычно как суперпозиция трёх разных телесных работ: "напряжения" (даёт твёрдость/дискретность движения, делается крупными мышцами), "натяжения" (когда вы потягиваетесь утром, это оно и есть, работают глубокие мышцы -- но так "потягиваться" можно и ногами, и даже корпусом/позвоночником! даёт это упругость движения), "обмякания" (когда все мышцы расслаблены, это даёт текучесть движения). Трудней всего тут добиваться расслабленности, а без этой осознанной расслабленности не будет текучести, а не будет текучести -- не будет универсальности движения. Универсальный навык движения -- это логистика движения через тело, "управление движением", умение чётко контролируемой передачи движения заданного качества по сложнейшей телесной сети мышц, костей, фасций. Этому тоже можно учить (https://ailev.livejournal.com/1381173.html), это тоже азы -- азы двигательных практик. Дисциплина -- двигательное мышление, "управление движением". Технология -- собственные тренированные мышцы и почищенные от ржавчины суставы.

Бесплатный сыр и никаких мышеловок: свободный рынок и частная собственность

Милтон Фридман

Бесплатный сыр и никаких мышеловок: свободный рынок и частная собственность

http://www.inliberty.ru/library/157-besplatnyy-syr-i-nikakih-myshelovok-svobodnyy-rynok-i-chastnaya-sobstvennost

Я очень рад быть сегодня здесь, на праздновании новоселья Института Катона. Это новое прекрасное здание поистине соответствует тому интеллектуальному влиянию, которым пользуются Эд Крейн (Crane [президент Института Катона]) и его сотрудники.

Мое имя часто ассоциируется с афоризмом «Бесплатный сыр бывает только в мышеловке» (There is no such thing as a free lunch), хотя не я его придумал. Мне бы хотелось, чтобы люди обращали больше внимания на другую фразу, которая действительно принадлежит мне, и, на мой взгляд, особенно актуальна для такого города, как Вашингтон: «Никто не относится к чужим деньгам так же рачительно, как к своим». У нас в семье есть такое развлечение: в долгих поездках на автомобиле мы коротаем время, подыскивая поговорки с противоположным значением. Вот например: «История не повторяется», но «Ничто не ново под луной». Или: «Кто не рискует, тот не пьёт шампанского», но «Тише едешь — дальше будешь». Противоположностью афоризма «Бесплатный сыр бывает только в мышеловке» очевидно будет «Всё лучшее на свете даётся нам бесплатно».

В реальной экономике такой «бесплатный сыр» тоже существует — и ещё какой! Его дают нам свободный рынок и частная собственность.

Почему так велика была разница в уровне жизни по разные стороны линии, вдоль которой раньше проходила граница между Восточной и Западной Германией? Потому что западные немцы уже давно наслаждаются «бесплатным сыром» — относительно свободной, рыночной экономикой. Этим же объясняется разница в уровне жизни между Гонконгом и КНР, или благосостояние жителей США и Великобритании. Во всех этих случаях «бесплатный сыр» стал продуктом деятельности «невидимых институтов», возникновение которых, как подчеркивал Ф.А. Хайек (Hayek), является результатом деятельности людей, но не их намерений.

Сегодня мы, американцы, тоже можем полакомиться чем-то вроде «бесплатного сыра»: надо только оглянуться вокруг и увидеть, где он лежит. После крушения коммунистических режимов никто уже, кажется, не возражает против того, что социализм потерпел крах. Аналогичным образом, буквально все в той или иной степени согласны, что капитализм успешен. Однако во всех капиталистических странах из этого, судя по всему, сделали парадоксальный вывод: единственное, что нужно Западу — это больше социализма. Из-за явной абсурдности этой идеи на ней не стоит даже останавливаться; давайте лучше посмотрим, где мы можем найти практически бесплатный «сыр». Президент Клинтон (Clinton) говорит: от всех нас требуются жертвы, чтобы отдельным группам людей стало лучше. На самом деле нам требуется совершенно иное: отдельные группы людей должны чем-то пожертвовать, чтобы всем остальным стало лучше — вот вам и бесплатный, или почти бесплатный «сыр»!

«Бесплатный сыр» в госбюджете

Позвольте привести несколько примеров. Управление электрификации сельских районов (Rural Electrification Administration) было создано в 1930-х годах, когда 80% ферм в США не имели электричества. Когда все 100% ферм были электрифицированы, Управление занялось налаживанием телефонной связи в сельской глубинке. Сегодня все 100% ферм в США телефонизированы, но Управление не только продолжает существовать, но и живет припеваючи. Почему бы не упразднить это Управление, которое сегодня занимается лишь тем, что выдает льготные кредиты «избранным» — в основном электроэнергетическим и телефонным компаниям? Американскому народу это пойдет только на пользу: сэкономленные таким образом средства можно потратить на компенсации сокращения бюджетных поступлений в результате снижения налогов. Кто пострадает от такого шага? Горстка людей, получающих государственные субсидии, то есть живущих за счет остального населения. Вот вам и солидный кусок почти бесплатного «сыра».

Или возьмем другой пример, из области сельского хозяйства: это настоящая иллюстрация закона Паркинсона в действии. В 1945 году в аграрном секторе США было занято 10 миллионов человек — фермеров, членов их семей и наемных работников, а штат Министерства сельского хозяйства составлял 80 000 служащих. В 1992 году количество занятых в аграрном секторе составляло 3 миллиона, а штат Министерства сельского хозяйства — 122 000 человек.

Возьмите практически любую статью госбюджета, и вы увидите: почти везде существуют такие же возможности для экономии. Команда Клинтона говорит вам: причина всех этих бюджетных расходов состоит в том, что люди хотят пользоваться преимуществами, но из скупердяйства не желают за них платить. Это полная чушь. Людям эти преимущества вовсе не нужны. Возьмем такой товар первой необходимости, как сахар. Допустим, мы предложим американцам такой выбор: можно сделать так, чтобы сахар, который вы покупаете, изготовлялся только из свеклы и тростника, выращенных на территории США, а можно все устроить по-другому, сняв любые ограничения на импорт сахара из Сальвадора, Филиппин или других стран. Если мы поддержим «отечественного производителя», запретив импорт сахара, он будет стоить в два-три раза дороже. Как вы думаете, что предпочтут избиратели? Естественно, люди не желают платить дороже, однако узкая группа людей, требуя себе особых преимуществ, заставляет их это делать, и поэтому сахар в США стоит в несколько раз дороже, чем на мировом рынке. При этом мнения простых американцев никто не спрашивает. Нашей страной управляет вовсе не народ; это миф, сохранившийся со времен Авраама Линкольна. У нас нет «власти народа именем народа и во благо народа» [цитата из знаменитого решения Верховного суда США 1819 года]. Нами правит избранная народом бюрократия, действующая именем народа во благо бюрократии.

Рассмотрим еще один миф. Президент Клинтон заявляет, что он осуществляет реформы. Это утверждение ложно. Оно сходит ему с рук, потому что мы склонны рассматривать двенадцатилетнее пребывание у власти республиканских администраций Рейгана и Буша как один период. А это не так. За эти годы мы познакомились с «рейганомикой», потом «бушеномикой», а теперь и с «клинтономикой». «Рейганомика» основывалась на четырех простых принципах: снижении налогов, сокращении государственного регулирования, ограничении государственных расходов и неинфляционной монетарной политике. Хотя Рейгану не удалось полностью выполнить задуманное, он добился многого. Политика Буша была полной противоположностью «рейганомике»: увеличение налогов, усиление регулирования, рост государственных расходов. А в чем заключается политика Клинтона? Все в том же: увеличение налогов, усиление регулирования, рост государственных расходов. «Клинтономика» — это просто продолжение «бушеномики», а к каким результатам привел отказ от принципов «рейганомики», мы уже знаем.

Рынки: экономический и политический

Если же смотреть в корень, то наши нынешние проблемы, как экономического, так и внеэкономического порядка, связаны с радикальным сдвигом, который произошел за последние 60 лет с точки зрения соотношения между двумя рынками, которые определяют, кому, когда, где, как и что именно достается. Речь идет об экономическом рынке, где стимулом служит прибыль, и политическом «рынке», где роль стимула играет власть. За мою жизнь значение экономического рынка снизилось с точки зрения доли имеющихся у страны ресурсов, распределяемых на этом рынке. А значение политического, или государственного, рынка, наоборот, резко возросло. Мы держим на «голодном пайке» реально работающий рынок и «кормим до отвала» рынок, доказавший свою недееспособность. В этом, в двух словах, состоит суть развития событий за последние 60 лет.

Мы, американцы, сегодня гораздо богаче, чем 60 лет назад. Но мы отчасти утратили свободу и личную безопасность. В 1928 году, когда я закончил школу, совокупные государственные расходы на всех уровнях составляли в США чуть больше 10% от национального дохода. Причем две трети этих расходов приходились на долю штатов и местных органов власти. Расходы федерального правительства составляли около 3% национального дохода, и такая ситуация существовала и раньше — все 150 лет с того момента, как мы приняли Конституцию США, за исключением периодов, когда страна вела большие войны. Половина федеральных расходов приходилась на армию и флот. Расходы штатов и местных властей составляли от 7 до 9% от национального дохода, причем половина этих средств уходила на содержание школ и дорог. Сегодня совокупные государственные расходы на всех уровнях равняются 43% национального дохода, и две трети из них приходятся на долю федерального правительства, а треть — на долю штатов и местных органов власти. Федеральные расходы составляет 30% от национального дохода, то есть, по сравнению с 1928 годом, только в относительных величинах они увеличились в 10 раз.

Впрочем, эти данные учитывают далеко не все ресурсы, поглощаемые политическим рынком. Помимо собственных расходов, правительство устанавливает для нас массу обязательных выплат, чего раньше никогда не делалось. Эти принудительные расходы поджидают вас на каждом шагу — от необходимости из своего кармана оплачивать обязательную установку на автомобилях нейтрализаторов, снижающих вредные выбросы в атмосферу, до требований, предусмотренных Законом о чистоте воздуха (Clean Air Bill) или Законом о помощи инвалидам (Aid for Disability Act); этот список можно продолжить. Частный сектор, по сути, превратился в подрядчика на службе у федерального правительства. Каждому из сидящих в этом зале где-то с месяц назад тоже пришлось поработать на федеральное правительство — когда вы заполняли ваши налоговые декларации. Почему вам не заплатили за то, что вы выступили в роли сборщиков налогов для федерального правительства? В результате, по моей оценке, как минимум 50% валового внутреннего продукта нашей страны сегодня распределяется на политическом рынке. Исходя из этого важнейшего критерия нашу страну следует признать «социалистической на 50%».

Итак, с поступлениями разобрались, а как насчет производимой продукции? Сначала рассмотрим рынок, основанный на частном предпринимательстве. Наш жизненный уровень повысился необычайно, и это следует почти полностью поставить в заслугу частному сектору. В 1928 году радио только делало первые шаги, телевидение казалось выдумкой писателя-фантаста, реактивные авиадвигатели еще предстояло изобрести, а поездка в Нью-Йорк для моей семьи, жившей в Нью-Джерси, милях в 20 от города, превращалась в целое событие. С точки зрения материальных условий нашей жизни за эти годы произошла настоящая революция. И главной движущей силой этой революции стал рынок, частный сектор. Государство также внесло в нее существенный вклад, который, кстати, обошелся обществу совсем недорого. Его роль — которую современное государство, похоже, играть разучилось, — заключалась в защите частной собственности и обеспечении механизма разрешения споров. Однако главной ареной революции, изменившей наш уровень жизни, стал именно частнопредпринимательский рынок.

Что ж, если «продукцией» частнопредпринимательского рынка стало повышение нашего уровня жизни, то расширение рынка государственного в основном породило проблемы. Контраст с прошлым разителен. Мы с Роуз [Роуз Фридмен — жена и соавтор Милтона Фридмена] росли в небогатых семьях, которые по сегодняшним меркам считались бы живущими за так называемой «чертой бедности». Мы оба закончили государственные школы и, как нам кажется, получили там хорошее образование. Сегодня детям из семей с таким же уровнем доходов, как у наших родителей, получить приличное образование гораздо труднее. Когда мы были детьми, ученики ходили в школу пешком, да и вообще на улице мы почти везде могли ничего не опасаться. В разгар Великой депрессии, когда количество обездоленных людей, которые действительно не могли свести концы с концами, было куда больше, никто не тревожился о своей личной безопасности до такой степени, как сегодня, а нищих на улицах было очень мало. Зато на каждом углу можно было встретить людей, торговавших яблоками. В те времена считалось, что человек должен надеяться в первую очередь на себя; сегодня это ощущение если не исчезло совсем, то сильно ослабло.

В 1938 году — вы не поверите — снять квартиру в Нью-Йорке было очень легко. Когда мы поженились и переехали в этот город, мы просто прочли в газете список квартир, сдающихся внаем, отобрали штук шесть, которые нас заинтересовали, посмотрели их, и сняли ту, что нам больше всего подходила. Тогда люди освобождали квартиры весной, на лето уезжали из города, а осенью, вернувшись, снимали новое жилье. Это время так и называли — «сезон переездов». Сегодня в Нью-Йорке лучший способ найти свободную квартиру — это просматривать колонку некрологов в газетах. Почему все так изменилось? Из-за чего ситуация на нью-йоркском рынке жилья стала катастрофической? Почему Южный Бронкс сегодня все больше напоминает какой-нибудь боснийский район после артобстрела? Ясно, что проблема здесь не в рынке как таковом, а в контролируемом рынке аренды жилья.

Государство создает социальные проблемы

Что бы ни говорили сегодня политики, наши подлинные проблемы связаны не с экономикой. Я бы даже сказал, что наши подлинные проблемы связаны не с экономикой, несмотря на все усилия правительства. Приведу один факт. В 1946 году государство, приняв Закон о полной занятости (Full Employment Act), взялось за борьбу с безработицей. В последующие годы средний уровень безработицы в стране составлял 5,7%. А в 1900–1929 годы, когда государство не делало вид, будто обеспечивает занятость, этот показатель равнялся 4,6%. Так что проблема безработицы в США тоже в немалой степени является делом рук государства. И все же проблемы в экономике — далеко не самые серьезные из наших бед. Наши главные проблемы носят социальный характер — это ухудшение качества образования, беззаконие и преступность, проблема бездомных, крах семейных ценностей, кризис здравоохранения, участившиеся случаи беременности у девочек-подростков. Все эти проблемы либо возникли, либо усугубились из-за усилий государства, продиктованных, естественно, благими намерениями.

Два вывода из всего сказанного напрашиваются сами собой: во-первых, мы перенацеливаем ресурсы с частнопредпринимательского рынка на государственный, и, во-вторых, частнопредпринимательский рынок функционирует эффективно, а государственный — нет. Куда труднее объяснить другое: почему действия вроде бы неглупых людей, исходящих из лучших побуждений, приводят к таким результатам. Одна из причин, которая известна всем, и несомненно, позволяет отчасти ответить на этот вопрос, связана с влиянием лоббистских групп. Но главное, на мой взгляд, даже не в этом, а в том, что личные интересы людей, действующих на свободном рынке, и тех, кто действует на рынке государственном, различаются. Если вы создали предприятие на свободном рынке, и оно работает неэффективно, то единственный для вас способ поддерживать его деятельность — залезть в собственный карман. Поэтому в такой ситуации вы заинтересованы в том, чтобы предприятие поскорее закрылось. С другой стороны, если вы организуете точно такое же предприятие, с такими же шансами на успех, в государственном секторе, и оно работает неэффективно, у вас есть куда более привлекательная альтернатива. Вы можете сказать, что масштабы вашего проекта или программы следует расширить: при этом собственным кошельком вы не рискуете, ведь у вас есть другой, почти неиссякаемый источник средств — деньги налогоплательщиков.

Вы с чистой совестью и, как правило, с успехом убеждаете — не налогоплательщиков, естественно, а Конгресс, — что ваш проект хорош, и все, что необходимо для того, чтобы он заработал, — это немного увеличить финансирование. Так и напрашивается еще один афоризм: если частное предприятие неэффективно, оно закрывается; если государственный проект провалился, он расширяется.

Необходимы институциональные реформы

Порой мы считаем, что решить наши проблемы можно, избрав в Конгресс «достойных представителей народа». Думаю, это иллюзия: если 435 членов Палаты представителей и 100 сенаторов заменить на людей, сидящих в этом зале, результат был бы, по сути, тот же самый. Подавляющее большинство конгрессменов и сенаторов — люди порядочные, желающие делать добро. Тот факт, что их действия наносят ущерб, — не результат каких-то неблаговидных намерений. Просто они оказались в среде, где все толкает их в одном направлении — тратить, тратить, тратить.

Как показывают последние исследования, требования об увеличении расходов по большей части исходят от самого государства. Этот монстр постоянно подпитывает самого себя. На мой взгляд, единственный способ изменить ситуацию — это поменять стимулы, которыми руководствуются люди, работающие в государственных структурах. Если вы хотите, чтобы люди действовали по-другому, сделайте так, чтобы это соответствовало их личным интересам. Как любит говорить Армен Алчан (Alchan), о каждом человеке можно с уверенностью сказать одно — собственные интересы для него важнее, чем ваши.

У меня нет волшебной формулы, позволяющей изменить личные интересы чиновников и конгрессменов. Конечно, лучше всего было бы внести в конституцию поправки, ограничивающие налогообложение и государственные расходы, исключающие монетарные манипуляции и создание диспропорций на рынке, но надеяться на это не приходится. Так что единственный реальный путь в обозримом будущем — это кампания за ограничение сроков пребывания на государственных постах. Если наши представители не смогут заседать в парламенте больше шести лет, это не изменит самой природы их деятельности, однако к избранию в Конгресс будут стремиться люди совсем другого склада, и стимулы, которыми они будут руководствоваться, также изменятся. По-моему, те из нас, кто хочет попытаться изменить характер распределения ресурсов в нашей стране, чтобы все большая их часть направлялась на свободный рынок и все меньшая — на рынок государственный, должны в первую очередь избавиться от иллюзии, будто для этого достаточно поставить на выборные должности «достойных людей». Одно время мы думали: стоит избрать достойного президента, и все пойдет как по маслу. Мы его избрали, но ничего не изменилось. Поэтому необходимо переключиться на изменение стимулов, которыми руководствуются эти люди. Один из способов добиться такого изменения — кампания за ограничение сроков пребывания в должности: это отличная идея, и она приобретает все большую популярность. Но необходимы и другие меры.

Кое-какие реформы осуществляются на уровне штатов. Везде, где люди могут проявить инициативу, то есть поставить тот или иной вопрос на референдум, у перемен появляется шанс. Я не верю в демократию «в чистом виде» — в нее никто не верит. Никому не придет в голову истребить 49% граждан, даже если за это проголосует большинство в 51%. Но мы верим в то, что каждый должен иметь шанс максимально эффективно использовать собственные возможности для утверждения ценностей, которых он придерживается, если, конечно, это не затрагивает интересы других. И в целом, как показывает опыт, народ путем общественной инициативы куда лучше справляется с этой задачей, чем те люди, которых мы избираем в законодательные собрания. Поэтому я считаю, что процедура референдумов должна быть задействована в полной мере. В Калифорнии мы самым активным образом продвигаем инициативу, связанную с предоставлением родителям возможности выбирать школу, в которой будут учиться их дети. Осенью этот вопрос в нашем штате будет решаться на референдуме. Даже если мы его проиграем, мы не оставим своих усилий.

Необходимо и дальше пытаться изменить представление американцев о том, какую роль должно играть государство. Именно этим занимается Институт Катона, в том числе и за счет того, что он детально, на основе многочисленных фактов, раскрывает вредные последствия действий государства, которые я сегодня обрисовал в общем плане. У американского общества все уже начинает становиться на свои места. По мере того, как люди осознают, что происходит, в обществе начинает меняться интеллектуальный климат, и возможно тогда нам удастся инициировать институциональные реформы, которые позволят создать нужные стимулы у людей, контролирующих государственные расходы, а вместе с ними — и ряд важнейших аспектов нашей жизни.

 Впервые: The Real Free Lunch: Markets and Private Property // Cato Policy Report, July-August 1993.