Мысли для начала... мышления

Неграмотными в 21-м веке будут не те, кто не могут читать и писать, а те, кто не смогут научаться, от(раз)учаться и перенаучаться. Элвин Тоффлер

2011-12-30

Выборы как бетонный самолёт - Максим Трудолюбов

ВЕДОМОСТИ - Максим Трудолюбов: Выборы не только средство, но и цель
Максим Трудолюбов: Выборы не только средство, но и цель

Vedomosti.ru

30.12.2011, 00:01

Идея, облетевшая всю Россию в конце года, — честные выборы. Это требование объединяет многих, потому что под ним легко подписаться: речь ведь не о самом выборе, не о правом и левом, не о консерватизме или либерализме, а о процедуре. Точнее, о честной игре: принимать участие в ней должны честные игроки, судить ее должны честные арбитры, а зрители-участники должны после матча отправиться домой довольными. Довольными они уйдут, если будут по дороге спорить не о том, кому подсудил арбитр, кого несправедливо удалили, а о том, кто показал наилучшую игру, а кто наихудшую.

Простое сравнение и простое требование: выборы — игра, значит, судить нужно по правилам. Но на самом деле это требование из разряда невозможных — тех, которые «будьте реалистами, требуйте невозможного». Об этом можно спорить, но я бы сказал, что честных выборов в России не было никогда. Потому что если разложить идею честных выборов на составляющие, то выяснится, что для их проведения многое придется поменять в институциональном устройстве страны и создать то, чего в нашей стране еще не было. Начнем с соблюдения правил.

Теоретически можно сделать так, чтобы правила честно исполнялись в одной только выборной области, а в остальных привычно нарушались. Но тогда мы получим честного победителя, который сразу после выборов окажется в руках беззаконной элиты. Выигравший будет подкуплен или иным образом убран с пути. А если выиграет лидер элиты, то продолжит работать на своих и останется неподотчетным гражданам. В реальности честные выборы в беззаконной системе все-таки невозможны. Правила должны распространяться на всех и вся — и не только в короткий выборный период. Без главенства права и правил к выборам не будут допущены все, кто этого достоин, не будет подотчетности победителей народу, не будет защиты победителей и проигравших. Без главенства права выборы не имеют смысла. Страны с такими выборами иногда называют электоральными демократиями. Но и это натяжка.

Теперь о судьях. Чтобы выборы были честными, избирательные комиссии и суды должны быть непредвзятыми. Они должны иметь власть признавать нарушения, наказывать за них, а значит, не должны зависеть от какой-то одной политической силы и от государства. Независимый избирком и независимый суд не могут вырасти сами под влиянием сил природы. Не будет их назначать и беззаконная элита. Когда Владимир Путин говорит, что подарит народу честные выборы, он дает невыполнимое обещание. Он вручную управляет доставшимися ему рычагами контроля и извлечения сверхприбыли. «Дать народу честные выборы» — значит допустить к этим рычагам всех остальных. Это может случиться только как результат столкновений или переговоров между держателями и соискателями власти. Независимость сама не рождается — это всегда результат конфликта и торга, а значит, его участники должны обладать весом и уметь отстаивать свои позиции. Если одна из сторон слишком преобладает, никаких честных арбитров на выборах не будет.

Значит ли это, что нужно опустить руки? Конечно нет. Требовать честных выборов и использовать все предусмотренные законом (пока в нынешнем несовершенном виде) механизмы, чтобы сделать их честнее, необходимо. Но результат придет не сразу. Нужен постоянный процесс улучшения представительства, т. е. работа, направленная на то, чтобы интересы граждан все лучше отражались в политике государства. Мы выбираем, победители работают, мы оцениваем их работу и выбираем снова. Новые люди работают, и мы снова проверяем их. И так все время.

В сегодняшней политической системе России выборы — это инструмент, рычаг власти. Если сравнить настоящие выборы с самолетом, то у нас — имитация, внешне похожая на самолет, но отлитая из бетона, летать она не может. Именно это должно измениться. Но нужно понимать, что превращение бетонного самолета в настоящий — институциональное изменение. То есть оно напрямую затрагивает интересы правящей беззаконной элиты. Поэтому добиваться такого изменения трудно. Но нужно. Потому что государство в России, независимо от того, кто в большинстве — левые или правые, — должно стать современным. То есть оно должно из хозяина превратиться в слугу.

И вот в таком государстве уже и правила будут соблюдаться, и арбитры будут честными. Именно поэтому выборы не только средство, но и цель.

Автор — редактор отдела «Комментарии»
Эта публикация основана на статье «Республика: Выборы не только средство, но и цель» из газеты «Ведомости» от 30.12.2011, №248 (3014)

Мотором современного развития являются невежество и мракобесие : domestic_lynx

Мотором современного развития являются невежество и мракобесие : domestic_lynx

НЕВЕЖЕСТВО И МРАКОБЕСИЕ

domestic_lynx
18 ноября, 21:28

 Меня пригласили на конференцию на экономическом факультете МГУ, в рамках ломоносовских торжеств. Разговор пойдёт об интеллекте – интеллектуальной экономике, интеллекте как факторе развития, экономике знаний и т.п. Эта тема мне очень близка. Вот о чём я скажу на этом чрезвычайно интеллектуальном собрании.

 НЕВЕЖЕСТВО И МРАКОБЕСИЕ – МОТОР СОВРЕМЕННОГО РАЗВИТИЯ

 Профессор Катасонов рассказал в ЛГ. Он любит задавать студентам такой вопрос: «Что является главным ресурсом современной экономики?» Ответы разные: нефть, деньги, знания. И всё мимо. «Главный ресурс современной экономики, - торжественно возглашает профессор, - это дурак. Ему можно впарить всё». Смех в зале.
 Забавно, правда? А на самом деле это не шутка, а, как говаривал Остап Бендер, «медицинский факт». Мотором современного развития являются невежество и мракобесие.

 «ОСТАНОВИМ ЕЁ И РАССПРОСИМ: «КАК ДОШЛА ТЫ ДО ЖИЗНИ ТАКОЙ?»

 Человечество достигло максимума своей научно-технической мощи в 60-е годы ХХ века. После этого ничего радикального в науке и технике не произошло. Движущей силой этого развития была ракетно-ядерная гонка. Символом и апофеозом научно-технической мощи был выход человека в Космос.

 В это время научная профессия была самой модной и престижной, бородатые физики были героями книг и фильмов, их любили девушки, им подражали «юноши, обдумывающие житьё». Я помню, насколько был моден Космос в моё детство – в 60-е годы. Мы знали на память всех космонавтов, я, помнится, выпускала стенгазету с заголовком, которым очень гордилась: «Новая веха космической эры – радиограмма с далёкой Венеры».

 Был огромный спрос на инженеров-физиков, математиков. Именно физик был в те времена современной версией «добро молодца». Каждая эпоха порождает свою версию героя нашего времени – так вот тогда это был учёный–физик. Лучшие, умнейшие поступали матшколы, а потом в какой-нибудь МИФИ или МФТИ. Очевидно: чтобы один стал мировым чемпионом, тысячи должны начать играть в футбол в дворовой команде. Точно так и чтобы один совершил мировое открытие, мириады должны выйти на старт: прилично учить физику-математику, морщить лоб над задачкой из журнала «Квант», стремиться к победе в районной олимпиаде. И все эти занятия должны быть модными, уважаемыми, престижными. Так тогда и было. Быть умным считалось модно. В моё детство был альманах «Хочу всё знать!» - там писали по большей части о науке и технике. И дети в самом деле хотели это знать.

 Уже в 70-е годы словно закончилось горючее в ракете и она вышла на баллистическую орбиту. Всё шло вроде по-прежнему, но шло по инерции, душа мира ушла из этой сферы жизни. Напряжение ракетно-ядерной гонки начало сходить на нет. Постепенно ядерные сверхдержавы перестали взаправду бояться друг друга и ожидать друг от друга ядерного удара. Страх стал скорее ритуальным: советской угрозой пугали избирателей и конгрессменов в Америке, а «происками империализма» - в СССР. То есть гонка вооружений продолжалась: большое дело вообще обладает колоссальной инерцией, просто так его не остановишь: вон у нас советская жизнь до сих пор не до конца развалилась. (Я имею в виду и техническую инфраструктуру, и броделевские «стркутуры повседневности»).

 Гонка вооружений продолжалась, но такого, чтоб министр обороны США выбросился из окна с криком: «Русские идут!» - такого уже быть не могло. Гонка вооружений со временем утратила свою пассионарность, стала делом не боевым, а всё больше бюрократическим.

 Научно-технические требования правительств к своим научным сообществам понижались. Политическое руководство уже не говорило учёным, как тов. Берия тов.Королёву, сидя в укрытии на атомном полигоне: «Если эта штука не взорвётся, я тебе голову оторву!».

 Соответственно и научная профессия, оставаясь по-прежнему престижной, всё более и более становилась просто одной из профессий, не более того.

 Из анналов истории нашей семьи. Отец и дядя моего мужа на рубеже в начале 50-х годов поступили в институты: мой свёкор в Бауманский, а его брат – в МГИМО. Так вот тот, кто поступил в Бауманский, считался в своём окружении более удачливым и. так сказать, крутым, чем тот, кто поступил в МГИМО. Уже в моё время, в 70-х годах, шкала престижа изменилась на обратную.

 Проявлением этого нового духа оказалась знаменитая Разрядка напряжённости, под знаком которой прошли 70-е годы. Всерьёз в военную угрозу никто не верил, не строил бункеры в огороде, не запасался противогазами. Тогда восторженные певцы Разрядки говорили, что это – истинное окончание Второй мировой войны, истинный переход к миру. Вполне возможно, в духовном, психологическом смысле именно так и было.

 Соответственно и мода на науку, на естественно-техническое знание, на научный образ мышления – постепенно сходила на нет. Наука ведь не способна развиваться на собственной основе, из себя. Задачи ей всегда ставятся извне. В подавляющем большинстве случаев это задачи совершенствования военной техники. Из себя научное сообщество способно породить только то, что называется «удовлетворением собственного любопытства за казённый счёт».

 В 60-70-е годы научный способ мышления (т.е. вера в познаваемость мира, в эксперимент и логическую его интерпретацию) всё больше уступала месту разного рода эзотерическим знаниям, мистике, восточным учениям. Рационализм и свойственный науке позитивизм стал активно расшатываться. В Советском Союзе это официально не дозволялось, что только подогревало интерес. Великий бытописатель советского общества Юрий Трифонов запечатлел этот переход в своих «городских» повестях. Инженеры, научные работники – герои его повестей - вдруг дружно впадают в мистику, эзотерику, организуют спиритические сеансы. На Западе в это же время распространилась мода на буддизм, йогу и т.п. учения, далёкие от рационализма и научного подхода к действительности.

 Это было одной и предпосылок того, что произошло дальше. Были и другие мощные предпосылки.

 «ЖИТЬ СТАЛО ЛУЧШЕ, ЖИТЬ СТАЛО ВЕСЕЛЕЙ»

 Примерно в 60-е годы прогрессивное человечество настигла своеобразная напасть.

 Примерно в 60-70-е годы в ведущих капиталистических странах случилось то, чего не оно, человечество, не знало с момента изгнания из рая. То, что об этом никто не трубил и не трубит, лишний раз подтверждает неоспоримое: и в своей маленькой жизни, и в общей жизни человечества люди отцеживают пустяки, а большое и главное – даже не замечают. Так что же такое случилось?

 Случилось страшное.

 Базовые бытовые потребности подавляющего большинства обывателей оказались удовлетворенными.

 Что значит: базовые? Это значит: естественные и разумные. Потребности в достаточной и здоровой пище, в нормальной и даже не лишённой определённой красоты одежде по сезону, в достаточно просторном и гигиеничном жилье. У семьи завелись автомобили, бытовая техника.

 Ещё в 50-е и в 60-е годы это было американской мечтой – мечтой в смысле доступным далеко не всем. В Англии 50-х годов даже родилось такое слово subtopia – склеенное из двух слов «suburb» (пригород) и «utopia»: мечта о собственном домике в пригороде, оснащённым всеми современными удобствами.

 Пару лет назад назад блогер Divov разместил в своём журнале интересный материал на эту тему. Это перевод фрагмента воспоминаний о жизни в Англии, в провинциальном шахтёрском городке рубежа 50-х и 60-х годов. Так вот там на весь городок была одна (!!!) ванная, «удобства» у всех жителей были на дворе, содержимое ночных горшков к утру покрывалось льдом, мама стирала в корыте, фрукты покупались только когда кто-то заболевал, а цветы – когда умирал.

 Так вот достаточный житейский комфорт и обеспеченность стали доступны примерно двум третям населения в конце 60-х – начале 70-х годов. С напряжением, с изворотами, но – доступны. Речь, разумеется, идёт о «золотом миллиарде».

 Прежде этого не было никогда в истории и нигде в мире! До этого нормой жизни простолюдинов была бедность. И повседневная напряжённая борьба за кусок хлеба. Так было во всех – подчёркиваю: всех! – странах мира. Перечитайте под этим углом зрения реалистическую литературу от Гюго и Диккенса до Ремарка и Драйзера, почитайте «Римские рассказы» 50-х годов итальянского писателя Альберто Моравиа – и вам всё станет ясно.

 И вот всё дивно изменилось. Нормальный, средний работающий обыватель получил сносное жильё, оснащённое современными удобствами и бытовой техникой, он стал прилично питаться, стал покупать новую одежду.

 Мне доводилось беседовать с пожилыми европейцами, которые помнят этот тектонический сдвиг, этот эпохальный переход, этот … даже и не знаю, как его назвать, до того он эпохальный. Помню, один итальянец рассказывал, как после войны у него была мечта: съесть большую тарелку щедро сдобренных сливочным маслом макарон. А в на излёте 60-х годов он вдруг обнаружил, что «non mi manca niente» - дословно «у меня ничего не отсутствует». А это ужасно! Что же получается? Человек отодвигает тарелку и говорит: «Спасибо, я сыт»? Что же дальше?

 Иными словами, модель развития, основанная на удовлетворении нормальных потребностей на заработанные людьми деньги, исчерпала себя. У людей не было и не предвиделось ни роста наличных денег, ни роста потребностей. Бизнес мог расти только с ростом населения, которое тоже как назло прекратило рост в развитых странах.

 Достоевский в «Подростке» пророчил. Наестся человек и спросит: а что же дальше? Смысл ему жизни подавай. Или иные какие цели.

 Но в реальности спросил не человек. Его опередили. Опередил глобальный бизнес. Он первый спросил «Что дальше?» и первый нашёл ответ.

 Капитализм не может существовать без экспансии. Глобальному бизнесу нужны новые и новые рынки сбыта. И эти рынки были найдены. Они были найдены не за морями (там уже было к тому времени нечего ловить), а В ДУШАХ ЛЮДЕЙ.

 Капитализм начал уже не удовлетворять, а создавать всё новые, и новые потребности. И триумфально их удовлетворять. Так, операторами сотовой связи создана потребность непрерывно болтать по телефону, фармацевтическими корпорациями – потребность постоянно глотать таблетки, фабрикантами одежды – менять её чуть не каждый день и уж во всяком случае – каждый сезон.

 Можно также создавать новые опасности – и защищать от них с помощью соответствующих товаров. Защищают от всего: от перхоти, от микробов в унитазе, от излучения сотового телефона. Как маркетолог могу сказать, что на российском рынке лучше всего идёт модель «бегство от опасности».

 На первый план вышел маркетинг. Что такое маркетинг? В сущности, это учение о том, как впендюрить ненужное. То есть как сделать так, чтобы ненужное показалось нужным и его купили. Почему маркетинга не было раньше, в ХIХ, положим, веке? Да потому, что нужды в нём не было. Тогда производились нужные товары и удовлетворялись реальные потребности. А когда нужно стало выдумывать потребности ложные – вот тогда и понадобился маркетинг. Такова же роль тотальной рекламы.

 Маркетологи испытывают профессиональную гордость: мы не удовлетворяем потребности – мы их создаём. Это в самом деле так.

 Для того чтобы люди покупали что попало, разумные доводы отменили. Поскольку речь идёт о навязанных и ложных потребностях – рационально обсуждать их опасно. Очень легко может оказаться, что они – ложные, а то, о чём, говорят, не существует в природе и вообще не может существовать в силу законов приоды. Навязывание потребностей происходит строго на эмоциональном уровне. Реклама апеллирует к эмоциям – это более низкий пласт психики, чем разум. Ниже эмоций – только инстинкты. Сегодня реклама всё больше апеллирует прямо к ним.

 Для того, чтобы процесс шёл бодрее, необходимо устранить препятствие в виде рационального сознания, привычек критического мышления и научных знаний, распространённых в массах. Очень хорошо, что эти привычки и знания стали расшатываться ещё на предыдущем этапе. Всё это мешает глобальной экспансии капитализма! Это мешает продавать горы ненужных и пустых вещей.

 Вообще, включать критическое и рациональное мышление сегодня – не требуется. Это не модно, не современно, не trendy. С.Г. Кара-Мурза постоянно говорит о манипуляции сознанием (собственно, одноимённая книжка и принесла ему известность). Это не совсем так. Глобальный капитализм замахивается на задачу более амбициозную, чем манипуляция сознанием. Манипуляция сознанием – это всё-таки точечное жульничество, разовая подтасовка. А сейчас речь идёт о глобальном формировании идеального потребителя, полностью лишённого рационального сознания и научных знаний о мире. Известный философ Александр Зиновьев верно сказал, что идеальный потребитель – это что-то вроде трубы, в которую с одного конца закачиваются товары, а из другого они со свистом вылетают на свалку.

 Кто такой идеальный потребитель? Это абсолютно невежественный, жизнерадостный придурок, живущий элементарными эмоциями и жаждой новизны. Можно сказать, не придурок, а деликатнее – шестилетний ребёнок. Но если в тридцать лет у тебя психика шестилетнего – ты всё рано придурок, как ни деликатничай. У него гладкая, не обезображенная лишними мыслями физиономия, обритая бритвой «жилет», белозубая улыбка, обработанная соответствующей зубной пастой. Он бодр, позитивен, динамичен и всегда готов. Потреблять. Что именно? Что скажут – то и будет. На то он и идеальный потребитель. Он не будет ныть: «А не что мне новый айфон, когда я старый-то не освоил? И вообще мне это не надо». Ему должно быть надо – всё. Схватив новую игрушку, он должен немедленно бросать прежнюю.

 Он должен постоянно перекусывать, испытывая «райское наслаждение» и при этом героически бороться с лишним весом. И при этом не замечать идиотизма своего поведения. Он должен постоянно болтать по телефону, и при этом исступлённо экономить на услугах сотовой связи. Он должен (это уже скорее – она) непрерывно защищать своих близких от микробов, что вообще-то совершенно не требуется и даже вредно. И главное, он должен верить – верить всему, что ему скажут, не требуя доказательств.

 Вообще, самый феномен рационального доказательства, который когда-то был большим достижением античной цивилизации и с тех пор неразрывен с мыслящим человечеством, на глазах угасает и грозит исчезнуть. Люди уже не испытывают в нём потребности.

 СМИ – ВИРТУАЛЬНЫЙ «ОСТРОВ ДУРАКОВ»

 Для воспитания позитивного гедониста – идеального потребителя, который непрерывно радует себя покупками, обжирается и при этом активно худеет, не замечая нелепости своего поведения, необходима повседневная целенаправленная работа по оболваниванию масс.
 Главнейшую роль в этом деле играет телевидение как наиболее потребляемое СМИ, но этим дело не ограничивается.
 Потребление не сказать «духовного», но скажем: «виртуального» продукта должно тоже непрестанно радовать или, во всяком случае, не огорчать затруднительностью, непонятностью, сложностью. Всё должно быть радостно и позитивно. Любая информация о чём угодно должна низводить всё до уровня элементарной жвачки. Например, любые великие люди должны представать как объект кухонных пересудов, как такие же простые и глуповатые, как сами зрители, и даже не сами зрители, а как те идеальные потребители, которых из зрителей планируется вырастить.
 Ни о чём потребитель не должен сказать: «Этого я не понимаю» или «В этом я не разбираюсь». Это было бы огорчительно и не позитивно.

 Когда-то М.Горький писал, что есть два типа подхода к созданию литературы и прессы для народа. Буржуазный подход – это стараться опустить тексты до уровня читателя, а второй подход, советский, – поднять читателя до уровня литературы. Советские писатели и журналисты, - считал Горький, - должны поднимать читателя до уровня понимания настоящей литературы и вообще серьёзных текстов. Современные СМИ не опускаются до наличного уровня читателя – они активно тянут этого читателя вниз.

 Всё шире распространяются книжки-картинки, но не для трёхлетних, как это было всегда, а для взрослых. Например, удачное издание этого типа – последний период новейшей истории СССР и России в картинках от телеведущего Парфенова.

 В сущности, современные СМИ – это виртуальный Остров Дураков, блистательно описанный Н.Носовым в «Незнайке на Луне». Мне кажется, что в этой сатире автор поднимается до свифтовской высоты. Речь в этом замечательном тексте идёт, кто забыл, вот о чём. На некий остров свозят бездомных бродяг. Там их непрерывно развлекают, показывают детективы и мультики, катают на каруселях и др. аттракционах. После некоторого времени пребывания там, надышавшись отравленным воздухом этого острова, нормальные коротышки превращаются в баранов, которых стригут, получая доход от продажи шерсти.

 Наши СМИ исправно поставляют заказчикам баранов для стрижки.

 Заказчики в узком смысле – это рекламодатели, а заказчики в широком смысле – это глобальный бизнес, для которого необходимы достаточные контингенты потребителей. Как советская пресса имела целью коммунистическое воспитание трудящихся, точно так сегодняшние СМИ имеют целью воспитание идеальных потребителей. Только совершенно оболваненные граждане способны считать целью жизни непрерывную смену телефонов или непрерывную трату денег на радующие глаз пустяки. А раз это так – граждан нужно привести в надлежащий вид, т.е. оболванивать.

 Оболванивание начинается со школы, с детских журналов с комиксами, которые купить можно везде, в то время как более разумные журналы распространяются только по подписке и нигде не рекламируются. Я сама с удивлением узнала, что издаются газеты и журналы нашего детства «Пионерская правда», «Пионер». Но они нигде не проявляют себя, школьники о них не знают, это что-то вроде подпольной газеты «Искра». Этих изданий (качество которых тоже не идеально, но вполне сносно) нет ни в школьных библиотеках, ни в киосках, их вообще нет в обиходе. В результате большинство детей читают только фэнтези, что готовит их к восприятию гламурной прессы, дамских и детективных романов и т.п.

 Результатом такой целенаправленной политики является невозможность и немыслимость никакой серьёзной дискуссии в СМИ, вообще никакого серьёзного обсуждения чего бы то ни было. Даже если бы кто-то такое обсуждение и затеял, оно бы просто не было никем понято и поддержано. Американские специалисты установили, что нормальный взрослый американец-телезритель не способен воспринимать и отслеживать последовательное развёртывание какой-либо темы долее трёх минут; дальше он теряет нить разговора и отвлекается. Относительно нашей аудитории данных нет. Сделаем лестное для нашего патриотического чувства предположение, что наши в два раза умней. Тогда они могут слушать не три минуты, а, например, шесть. Ну и что? О каком серьёзном обсуждении может вообще идти речь?

 Характерно, что даже люди с формально высоким уровнем образования (т.е. имеющие дипломы) не ощущают необходимости в рациональных доказательствах какого бы то ни было утверждения. Им не требуются ни факты, ни логика, достаточно шаманских выкриков, вроде получившего в последнее время широкое хождение универсального способа аргументации: «Это так!»

 На своих занятиях с продавцами прямых продаж (практически все с высшим образованием, полученным ещё в советское время – учителя, инженеры, экономисты, врачи) я многократно убеждалась: людям не нужна аргументация. Она только занимает время и попусту утяжеляет выступление. Аргументированное выступление воспринимается как нудное. «Вы скажите, как оно есть, и дело с концом». Гораздо лучше всяких аргументов воспринимается то, что Руссо называл «эмоциональными выкриками» и приписывал доисторическим дикарям.

 Привычка созерцать любимых телеведущих формирует представление (возможно, неосознанное): главное не что говорится, а главное – кто говорит. Если говорит человек уважаемый, любимый, симпатичный – всё принимается за истину, «пипл схавает». Люди испытывают потребность видеть «говорящую голову» на телеэкране, восприятие даже простого текста в печатном виде очень трудно. Недаром многие мои слушатели охотно приобретают видеозаписи моих выступлений, хотя гораздо проще (с точки зрения традиционной) их прочитать.

 ЧЕМУ УЧАТ В ШКОЛЕ?

 В простоте своей министр Фурсенко проболтался: цель образование – воспитание культурного потребителя. И современная школа – средняя и высшая – постепенно подтягивается к данной задаче. Не сразу, но подтягивается.

 Чему сейчас учат? Как себя вести в социуме, как вписаться в коллектив, как сделать видеопрезентацию или написать CV. А физика с химией – это нудьга, совок, прошлый век.
 Не так давно на шоссе Энтузиастов висел билборд, изображающий симпатичную «молекулу серебра», содержащуюся уж не помню в чём – кажется, в дезодоранте-антиперспиранте. Идиотизм этой рекламы среди трудящихся моей компании заметила только одна пожилая женщина – инженер-химик по дореволюционной профессии. Потом билборд сняли.

 Знать, в смысле держать в голове, – учат нас – ничего не надо. Всё можно посмотреть в Яндексе. Это очень продуктивная точка зрения. Если человек ничего не знает, то ему можно впарить всё. А пустая голова очень хороша для закачивания в неё подробностей тарифных планов или свойств разных сортов туалетной бумаги.

 В этом деле достигнуты огромные успехи. Мне иногда приходится беседовать с молодыми людьми, поступающими к нам на работу. Они прилично держатся, опрятно выглядят, имеют некоторые навыки селф-промоушена и при этом являются совершенными дикарями: не имеют представления ни об истории, ни о географии, ни о базовых законах природы. Так, у нас работала учительница истории по образованию, не знающая, кто такие большевики.

 Чего голову-то забивать? Знать надо совершенно другое. Как-то раз я прошла в интернете тест на знание разных модных штучек, свойственных, по мнению устроителей, образу жизни среднего класса. Тест я позорно провалила, ответ пришёл такой: даже странно, что у вас есть компьютер и интернетом, чтобы пройти этот тест.

 Вот именно на формирование такого рода знатоков и рассчитаны современные учебные заведения и современные образовательные технологии.

 Мракобесие и невежество – это последнее прибежище современного капитализма. Это не просто некий дефект современного общества – это его важнейший компонент. Без этого современный рынок существовать не может.

 Логичный вопрос: кто же в таком случае будет создавать новые товары для «впарки» идеальным потребителям? И кто будет вести человеческое стадо, кто будет пастухами? Очевидно – идеальные потребители для этой цели не годятся. В современных США сегодня эту роль играют выходцы из стран третьего мира, из бывшего СССР. Что будет дальше – трудно сказать. Современный капитализм, вообще современная западная цивилизация не смотрит вперёд, ей главное – сегодняшняя экспансия. И она достигается посредством тотальной дебилизации населения. Потому что это – сегодня главный ресурс.

Нам предлагают признать ложью правду о нечестных выборах 4 декабря и в обмен на это признать ложь о честных выборах 4 марта правдой

«...нам предлагают признать ложью правду о нечестных выборах 4 декабря и в обмен на это признать ложь о честных выборах 4 марта правдой. Отличный размен! И как этот новый дивный мир тотальной честности похож на старый добрый мир тотальной лжи». Кирилл Рогов: открытое письмо Алексею Кудрину | Forbes.ru

Публикация с сайта Forbes.ru (http://www.forbes.ru)

Кирилл Рогов: открытое письмо Алексею Кудрину

Уважаемый Алексей Леонидович,

огромное уважение вызвал у меня и, как я знаю, у многих, ваш приход на митинг 24 декабря. Вы не только пришли, но и отстояли три часа, ожидая своей очереди для выступления. Когда вы говорили, раздавался свист. Но там, где был я, наоборот, люди вокруг скандировали «ма-ла-дец! ма-ла-дец!»

На мой взгляд, вы глубоко правы в своем призыве к диалогу, есть резоны и в вашей мысли о том, что лучше, чтобы нынешний состав депутатов принял пакет законов по политической реформе и потом назначил новые выборы. Но возможность такого развития событий полностью в руках тех, кто заседает на Охотном ряду, и тех, кто представляет сегодня исполнительную власть.

Ваши бывшие коллеги по правительству говорят, что у митингов на Болотной и Сахарова нет лидеров, нет четких требований. Это лукавство. У митингов есть совершенно четкая программа и совершенно четкое требование. Если бы вы имели возможность походить по толпе, почитать лозунги, почувствовать ее дух, вы бы совершенно ясно поняли эту программу.

Это были митинги против Обмана. Против обмана как базового принципа политической и социальной жизни. «Хватит нас обманывать, хватит надувать нас, как те изделия, которые повсюду мнятся вашим бывшим коллегам по правительству», — вот примерно к чему сводился смысл большинства остроумных и изобретательных плакатов, текстовки которых были содержательнее и точнее многих выступлений со сцены. И это не просто настроение момента, не ситуативная обида, как кажется некоторым. Это политическая программа: НЕТ-ОБ-МА-НУ! Нет обману.

Что следует из этого? Из этого следует невозможность размена по формуле: давайте забудем про надувательство 4 декабря и, засучив рукава, займемся обустройством новой и честной будущей жизни.

Обновление политической системы заключается не в том, что для регистрации партии и кандидата теперь надо будет собрать в 5, 10 или 20 раз меньше подписей, а в том, чтобы пресечь обман и показать всем, что обман наказуем. Оно заключается в утверждении, что правда есть и она отличима от лжи, хотя нас десять лет и убеждали в обратном. Оно заключается в утверждении принципа ответственности политиков за ложь. Во всяком случае — будем реалистами — тех, которые были пойманы на ней за руку. И если обман не будет пресечен и наказан в этот раз, то никакого обновления и не будет. Нас будут обманывать столь же беззастенчиво, хотя и с другими формулировками в законах.

Мы даже знаем тот день, когда это произойдет в следующий раз.

Поясню эту мысль. В заявлениях ваших бывших коллег по правительству мы услышали в последние дни три тезиса:

1) те, кто недоволен итогами выборов, должны идти в суд (мы ведь живем в правовом государстве!);

2) выборы 4 марта будут проведены честно (нас для чего-то в этом горячо уверяют люди, которые утверждают, что и выборы 4 декабря прошли в основном честно);

3) чтобы продемонстрировать честность выборов 4 марта, везде поставят веб-камеры и прозрачные урны.

Уважаемый Алексей Леонидович, у вас теперь есть Twitter и страница в интернете, и вы, наверное, теперь знаете то, что не положено знать вашим бывшим коллегам по правительству. А именно: вы теперь знаете, что люди хорошо знают, как их обманывают. Вы, например, вероятно, знаете теперь, что для того, чтобы обратиться в суд, нужно представить копию протокола избирательной комиссии. Но если председатель комиссии выдворил вас с участка под выдуманным предлогом или просто не дал вам такой копии, то ему ничего за это не будет. А в суде вам скажут, что без бумажки вы ничего не стоите. Так написан закон — теми, кто формирует избирательные комиссии, председатели которых нарушают закон и не несут за это никакой ответственности.

Но даже если у вас есть копия протокола, председатель комиссии покажет в суде другой протокол — и вам откажут в иске. Описания десятков таких процессов, идущих в эти дни, вы легко найдете в интернете.

Алексей Леонидович, объясните, пожалуйста, причем тут веб-камеры и прозрачные урны?

Прозрачная урна не является доказательством в суде. В прозрачную урну можно залезть и сняться на веб-камеру, помахав в нее Чурову. Больше она практически ни к чему не пригодна. Тем более что информация с веб-камер будет стекаться — куда? — в Центральную избирательную комиссию, как это ни покажется вам смешным. Те люди, которые украли наши голоса, хотят украсть еще и наше изображение.

В интернете вы можете найти полный каталог тех способов обмана, при помощи которых фальсифицировались выборы. Большинство из них невозможно зафиксировать и пресечь при помощи веб-камер и прозрачных урн. Зато эти способы прекрасно фиксируются наблюдателями. Но вы будете смеяться: свидетельства наблюдателей как раз не являются доказательством бесчестности выборов, как нам объяснили.

Итак, нам предлагают признать ложью правду о нечестных выборах 4 декабря и в обмен на это признать ложь о честных выборах 4 марта правдой. Отличный размен! И как этот новый дивный мир тотальной честности похож на старый добрый мир тотальной лжи.

Возвращаясь к началу, еще раз скажу, что искренне разделяю вашу обеспокоенность по поводу того правового и институционального вакуума, в котором мы оказываемся. Но в этом виноват вовсе не митинг. Причина его вовсе не в том, что у митинга нет лидеров и четких требований, как нам объясняют.

Ситуация представляется мне еще более драматичной, чем она выглядит в ваших описаниях. Повторю фразу, ставшую в последние дни очень популярной: пасту нельзя загнать обратно в тюбик. Никто не в силах придать легитимность той Думе, которая заседает сегодня в Охотном ряду. В то время как 40% населения, по данным опросов, с пониманием относится к требованиям митингующих.

Мне представляется очень важной и продуктивной ваша готовность выстраивать переговоры между сторонами. Но очень важно, по-моему, предельно точно формулировать суть проблемы. На вопрос, что произошло в политической жизни России после 4 декабря, я бы ответил так: население осознало, что 4 декабря те, кто олицетворяет власть в стране, преступили закон. Это сознание на этот раз является массовым и консолидированным. Оно практически стало политическим движением.

Это и есть та паста, которую не загонишь обратно. Это и есть срыв резьбы существовавшей в последние годы в России политической системы. Власть фактически потеряла легитимность в глазах населения. Это не выдумки манифестантов и горячих голов, это практически социологическая данность. Я уверен, что вы прекрасно понимаете, что это значит для любого политического строя. Для любой страны. Но именно с позиций такого понимания нам придется искать способы возвращения в правовое поле.
Исходный URL (загружено 30/12/2011 - 23:26): http://www.forbes.ru/sobytiya-column/vlast/78143-pasta-bez-tyubika

Простые истины о сложных вещах: как перестраивать жизнь и общество к лучшему (послесловие к митингам)

Как перестраивать индивидуальную жизнь и общество к лучшему — вопрос вопросов всех времён. Ответ на него состоит из двух частей: простой и сложной. Простая часть выражена в формуле эволюционного решения проблем: результаты слепых проб обогащаются постоянным поиском и исправлением ошибок.

Слепые пробы — это сырая руда наших исходных верований и реального поведения. Строго говоря, их первоначальное наполнение не имеет особого значения, оно по определению случайное. Главное — как мы выстраиваем (или не выстраиваем) дальнейшую переработку и обогащение этой «руды».

Взгляд на свои верования и поступки как на весьма бедную руду, требующую очень серьёзного и постоянно-непрерывного обогащения, к сожалению, чрезвычайно редок в массе человеческого населения. Большинство людей воспринимает своё мышление, мировоззрение и образ действий как нечто священно-неприкосновенное, табу, а не как случайно сложившийся набор огромной кучи хлама вперемешку с редкими полезными включениями. Существующая система образования полностью нацелена на поддержание этой пагубнейшей иллюзии, а наличествующая социально-политическая система ровно на этом же держится снизу доверху.

Можете ли вы себе представить ситуацию, когда бы автомобильная промышленность не только выпускала свою продукцию без огромного количества КРИТИЧЕСКИХ испытаний, но ещё бы не создавала сама ремонтные сервисы и препятствовала в этом другим? Какого качества тогда были бы автомобили и каких усилий требовало бы от автовладельцев поддержание своих «коней» в рабочем состоянии? Такая фантазия кажется абсолютным абсурдом, но это абсолютная реальность индивидуальной и социальной форм жизни, почти тотально отторгающих последовательное критическое мышление и критическую деятельность по поиску и исправлению ошибок.

Первая половина сложной части ответа — переход от отрицания своих ошибок и своих несовершенств к признанию первостепенного значения поиска прорех и провалов в знаниях и умениях, т.е. КРИТИЧЕСКОЙ РАБОТЫ НАД ОШИБКАМИ.

Вторая половина сложной части ответа — воспитание у себя и реализация социоинженерной культуры деятельности, сочетающей владение научными знаниями и методами с постепенно-последовательным и экспериментально-испытательным инженерным преобразованием технологий, структур, правил, алгоритмов, объектов (последнее перечисление в первую очередь предполагает, например, технологии собственного мышления, социальные структуры и социальные правила, алгоритмы поведения, организации и сообщества (группы, сети) как объекты).

Материальный (объективированный) инструмент, позволяющий наглядно фиксировать как сами объекты и процессы, так и социоинженерную деятельность по поиску ошибок и по созданию более совершенных «продуктов», — это социальная картография (точнее даже — онтография, т.е. создание карт-онтологий — картографированных моделей объектов и процессов социоинженерной деятельности). Такие онтографические карты вполне можно создавать и эффективно использовать и под любую индивидуальную, групповую или организационную задачу.

Все необходимые методологические, технологические и инструментальные предпосылки для успешного решения поставленной в заголовке задачи имеются в нашем распоряжении. Остаётся лишь один шаг — взять себя за любую пригодную часть тела и начать отрываться от усыпляюще тёплой болотной жижи самообмана, самолюбования и безделья на самых важных направлениях жизни.

2011-12-27

Эффект Даннинга-Крюгера : Социальная психология в действии!

Социальная психология в действии!: Эффект Даннинга-Крюгера: Недавно столкнулся с упоминанием интересного психологического феномена, под названием «Эффект Даннинга-Крюгера». «Эффект Даннинга-Крюгера» — когнитивное искажение, которое заключается в том, что «люди, имеющие низкий уровень квалификации, делают ошибочные выводы и принимают неудачные решения, но не способны осознавать свои ошибки в силу своего низкого уровня квалификации».

Это приводит к возникновению у них завышенных представлений о собственных способностях, в то время как действительно высококвалифицированные люди, наоборот, склонны занижать свои способности и страдать недостаточной уверенностью в своих силах, считая других более компетентными. Читать дальше...

2011-12-25

Спецслужбократия — вот что сейчас достраивает В. Путин

Спецслужбократия — вот что сейчас достраивает В. Путин. Это главная мысль весьма интересного интервью бывшего советника президента А. Илларионова. Очень рекомендую к ознакомлению. Появился в сети и текстовый пересказ — «Бывший советник Путина уверен в скором ужесточении режима в России».

Белая гвардия декабристов — какие аллюзии подкидывает современность!

Белая гвардия декабристов — какие аллюзии подкидывает современность! Такое сочетание слов фактически использовали тележурналисты НТВ в документальном фильме «Белая гвардия» про декабрьские митинги в Москве.

Мудрость козлёнка: умение правильно считать спасительно в кризисных ситуациях

Вспомнил сказку про козлёнка, который умел считать до 10. В ней мораль, что умение правильно считать очень спасительно в кризисных ситуациях. Так что власть у нас даже до козлёночка не доросла...

2011-12-23

Право иметь право (почему я выхожу на площадь) — OpenSpace.ru

Право иметь право (почему я выхожу на площадь) — OpenSpace.ru
Мария Чехонадских · 23/12/2011
Это не протест сытых, считает куратор МАРИЯ ЧЕХОНАДСКИХ. Это голос незащищенных и бесправных – студентов, ученых, художников и неприкаянных иногородних. Нас всех


Сегодня представители либеральной общественности приписывают ропот поднявшегося недовольства вызревшему в постсоветском обществе так называемому среднему классу. Этот монолитный конструкт редуцирует массы протестующих людей до представителей обеспеченного меньшинства, что представляется не только упрощением, но и сознательным игнорированием внутренней множественности, то есть различий тех социальных групп, которые спонтанно присоединились к стихийному протесту.

Действительно, мы слышали с трибун требования этого среднего класса, а официальные СМИ уже задним числом приписали движению ярлык «бунта обеспеченных горожан». Но правомерно ли монополизировать эту трибуну? Правомерно ли подверстывать под лозунг «перевыборы» все то недовольство, которое за ним имплицитно скрыто?

Чтобы объяснить эти различия, уместно будет вспомнить концепцию «людей без государства» Ханны Арендт. В послевоенные годы она описала процесс возникновения колоссальной массы бесправных субъектов, которая расширялась вопреки провозглашенной когда-то Всеобщей декларации прав человека. Такие экстремальные случаи бесправия Арендт относила к положению беженцев, мигрантов и национальных меньшинств, оказавшихся вне закона и политики в период мировых войн и деколонизации. Однако сегодня «люди без государства» не являются особой, исключенной категорией лиц, более того, они активно включены в экономику производства и потребления, тогда как их социальную, расовую и классовую принадлежность уже не так просто определить.

В нашем случае сегодня это уже целые армии постсоветских граждан. (Выносим за скобки случай постсоветских мигрантов, по-прежнему остающихся в парадигме исключения из любых «нормальных» общественных процессов. Здесь бесправие и нищета достигают критической отметки – такой степени, что они готовы выходить на митинги партии власти, как бы цинично она к ним ни относилась.)

«Легитимность» отдельных групп населения ставится под вопрос, когда эти группы теряют свой гражданский статус. Я говорю о тысячах приезжих из провинциальных городов, о тех, кто не имеет прописки, права голоса, жилья, трудовых прав и элементарной социальной защиты. Субъектах, которых не учитывает официальная статистика. Я говорю о студентах, преподавателях, художниках, ученых, унизительное положение которых только подчеркивается участием в международных конференциях, выставках и упоминаниями в интернете. Я говорю о значительной части «интеллигенции», выброшенной за борт современности.

И чем больше возникает правозащитных организаций, тем больше производится «людей без государства». Этот парадокс современная теория объясняет не отсутствием «гражданского общества», а минимализацией сферы политического как «проявления» этих различий, чему соответствует принятая в 1980-е годы доктрина неолиберализма («минимального государства»), сводящая политику к простому администрированию.

Проблематичность кодификации современных «людей без государства» объясняется новыми, более изобретательными формами контроля и управления мигрирующими потоками урбанизированного населения, особенно если мы имеем в виду постсоветское общество. Прописка по месту пребывания для граждан Российской Федерации и пресловутые открепительные удостоверения – лишь самые примитивные из этих способов. Добавим к этому угрозу потери работы, выселения из снимаемой квартиры, ощущение постоянного страха и тревоги.

Постсоветские мегаполисы населяют лица без реального гражданства. Их условия жизни далеки от идеализированного образа обеспеченного среднего класса. Присмотритесь к тем молодым людям, которых вы видели на Болотной площади. Не нужно забывать, что они (мы) стали анонимными свидетелями распада СССР, бойни у Белого дома в 1993 году, «шоковой терапии», дефолта 1998 года, двух чеченских кампаний, взрывов домов и террористической паранойи, ставшей частью путинской повседневности. Этот политический и экономический фон – основное оружие формирования армий «шокированных» субъектов, со страхом идущих, возможно, на первый в своей жизни митинг.

Похоже, что концепция аполитичного «путинского поколения», закормленного импортными колбасами и московской офисной зарплатой, наконец потерпела поражение. Нас не так просто унифицировать. Мы то самое precarious generation, о котором так много говорят теперь западные теории. Сначала у нас украли пространство методами варварской приватизации в 1990-е годы, а затем время – мы все работали без перерыва и выходных, так, что не оставалось сил на самые элементарные формы самоорганизации. Мы лишь наблюдали за продолжающимся рейдерским захватом городов, улиц, памятников культуры, университетов и музеев. И нам так и не довелось насладиться парадигмой «стабильности»: у нас нет постоянного места жительства и работы, и устойчивость нашего положения уже не гарантируется никакими дипломами, контрактами и профессиональным опытом. И вот теперь, когда этот процесс уже зашел слишком далеко, это поколение наконец выходит на улицу и требует – для начала – «права иметь право» (Арендт).

Нам необходимо снова открыто поставить вопрос: в чем же кроются настоящие причины глухого недовольства выборами? Кто эти сорок тысяч собравшихся на площади, которых оппозиционная трибуна «даже не представляет»? Обнажать и артикулировать различия внутри этого протестного процесса, оспаривать гегемонию «лидеров», выступающих от имени «среднего класса», на сегодняшний момент является основной задачей его участников.

Целители : История всероссийского обмана

23 декабря в 21-30 на канале НТВ выйдет передача «История всероссийского обмана». Один из сюжетов будет посвящён Центру «Рожана» и его руководителям Цареградским Ж.В. и А.В. Их настоящие фамилии Жарикова Ж.В. и Лапин А.В. Второй сюжет посвящен «целительнице»-мошеннице Антоненко. Я участвовал в съёмках, передача должна быть очень весёлой и по-хорошему злой.

2011-12-22

Путин как каждый из нас, или Зеркало недообразованной недокультуры

Вроде кровь от мозгов отхлынула, можно попробовать рассуждать без участия горячечных эмоций. Кстати, Альберт Эллис, «отец» рационально-эмоционально-поведенческого консультирования (РЭПК), делил мысли на три «температурных типа»: «холодные», «тёплые» и «горячие» (я бы сказал, горячечные). Например:
  • Холодная мысль: «4 декабря 2011 г. прошли выборы в Госдуму РФ с большим количеством фальсификаций» (температура 36,6).
  • Тёплая мысль: «4 декабря 2011 г. прошли выборы в Госдуму РФ с такими наглыми подтасовками, что хочется куда-нибудь пойти покричать и помитинговать» (температура 37-37,5, если эта мысль держится в голове недолго).
  • Горячая (горячечная) мысль: ««4 декабря 2011 г. прошли самые бесчестные выборы в Госдуму РФ, и я  возненавидел всех и вся, кто к этому был причастен, и готов на любые крайние меры, чтобы они поплатились за это» (температура 39-40 и выше).
Сразу уточню свою позицию — на митинги ходить и кричать в данных обстоятельствах весьма полезно, но пороть горячку крайне нежелательно.

Этот пост я хотел первоначально назвать «Путин как культовый гуру и сам себе сектант», предполагая указать на явные параллели в поведении и мышление фактического первого лица государства с поведением и мышлением как лидеров культов, так и их адептов-сектантов. Такие аналогии вполне обоснованы и были бы, возможно, полезны для кого-то, кто до сих пор очарован нескромным обаянием нарциссизма амбициозного хама.

Я всё больше, однако, склоняюсь к необходимости указывать на те ошибки некритического (неумелого) мышления и нереалистичного поведения любого высокопоставленного или знаменитого авторитета, которые фактически присущи абсолютному большинству людей и на которые это большинство так же не любит обращать внимания и их исправлять, как и стоящие на разного рода пьедесталах фигуры, нынче освистываемые и закидиваемые гнилыми помидорами.

«Над кем смеётесь? Над собой смеётесь!» — эту классическую фразу необходимо сейчас — и всегда в дальнейшем — повторять каждому на каждом углу. Ошибки, заблуждения и пороки ВВП отличаются от тех же самых свойств всего остального населения лишь сферой реализации и масштабами последствий — и ничем больше. Да, есть люди, у которых похожего дерьма значительно меньше или оно у них нейтрализуется увеличенной долей конструктивных достоинств, или они находятся в обстоятельствах, способствующих лучшим качествам и купирующих худшие.

Что решительно уравнивает ВВП практически со всеми митингующими против него и его клевретов, так это серьёзнейший недостаток самокритики, умения принимать ответственность за свою некомпетентность и — умения учиться, учиться и ещё раз учиться на тщательном поиске и исправлении своих ошибок и иллюзий. Пока человек не начнёт учиться критическому мышлению настоящим образом, ВВП будет вылезать из него снова и снова и командовать: «Бандерлоги, ко мне!»

Путин должен уйти | Обращение - подписаться

Путин должен уйти | Обращение - подписаться

2011-12-21

Не позволить себя обмануть - Газета.Ru | Колонка Наталии Геворкян

— 21.12.11 21:20 —

Власть растеряна. Она, как и любой популист, очень трепетно относится к социологии, и теперь стало понятнее почему. Не обремененный внешним контролем со стороны общества популист, выстроивший зато систему внешнего контроля над обществом (в том числе через телевидение), пребывал в самом благодушном расположении духа. Сногсшибательные цифры доверия стояли (или их держали — не знаю) как вкопанные годами, вопреки всякой логике, даже во время самых страшных трагедий. Эта оцифрованная любовь «стада» давала погонщику внутреннее ощущение комфорта и карт-бланш делать с этими «баранами» все что вздумается и вроде бы бесконечно долго. Они спросят, что надо, поднимут руку, когда надо, взмахнут флагом, когда надо, и, когда надо, начнут аплодировать. Поставят галочку, куда надо, примут результаты, как надо, и побредут себе дальше, куда им скажут.

Сбой произошли именно на уровне этого бесценного, как оказалось, для власти ресурса. «Бараны» перестали выполнять команду. Они на глазах трансформируются в народ, еще страшнее — в полноценных избирателей, со своим мнением, своими взглядами, собственными лозунгами, мыслями и словами. И с этого момента знаменитое пушкинское «Но знаешь ли, чем сильны мы, Басманов?/ Не войском, нет, не польскою помогой,/ А мнением; да! мнением народным», которое служило основным аргументом в пользу несменяемости власти на протяжении последних 11 лет, начинает с не меньшей силой работать против власти. Вдруг становится очевидным, что люди не хотят навсегда тех, кто хочет себя как раз навсегда. Они прямо сейчас уже, а не через шесть, двенадцать и т. д. лет не хотят обмана.

Власти очень хочется спрятать эти десятки тысяч людей, выходящих по всей стране с лозунгами «против», от глаз и ушей пока еще не проснувшихся, очень хочется их не показывать, о них не рассказывать, хочется, чтобы их вообще не было, а снова был комфорт и парализующая стадо воля. Чтобы все было как позавчера, а не как вчера и завтра. Хочется, чтобы это оказалось дурным сном, чтобы слово «бараны» произносил кто-то другой, чтобы вместо белых ленточек был иной белый предмет. Чтобы все это умное и выросшее вопреки массовой телелоботомии поколение рассосалось, растворилось и убралось обратно за свои компьютеры, в стойло и не портило картины предстоящего сеанса массового гипноза 4 марта.

Но так уже не будет. Даже если люди перестанут выходить на улицы в мороз каждые две недели. Люди-то эти с их мыслями, представлениями и намерениями не дать себя оболванить снова никуда не денутся. Да хоть всю социологию в стране поставьте под гриф «секретно». Лепите по 7 компроматов в неделю на всех контролируемых каналах ТВ. Реальная картинка останется реальной картинкой. Не рассосется. После парламентских выборов со всем цинизмом происшедшего, после того как люди вышли на улицы и сказали: мы понимаем, что вы делаете, и нам это не нравится — страна стала иной. Прав Навальный: он сел в одной стране, а вышел в другой. И эта другая страна идет к президентским выборам. И, кстати, зима — отличное время, чтобы долгими зимними вечерами выработать план действий на 4 марта и на период после выборов.

Про то что веб-камеры на каждом участке нереальны технически, уже написано. Только что мой знакомый после разговора со специалистом сказал, что такую программу можно выполнить года за три — быстрее проблематично. Не думаю, что умная публика схватила эту брошенную премьер-министром кость. Мы вообще вошли в фазу, когда, что бы власть ни говорила, все уходит в негатив. То есть если раньше ничего к ней не прилипало, то теперь прилипает абсолютно все. Если раньше безусловным рефлексом были аплодисменты, то теперь — свист.

Совершенно спонтанно на думских выборах в наблюдатели пошли даже те, кто раньше близко к избирательному участку не подходил. Без всякой агитации, еще до всех массовых митингов, вне какой бы то ни было подготовительной и организационной работы. Придушенный «Голос» обернулся криком тысяч людей, собственными глазами увидевших, «как это делается», нажавших на кнопки мобильника, зафиксировавших подлог и обман и опубликовавших факты, что дорого обошлось некоторым нашим коллегам.

Уверена, что на президентских выборах можно организовать надежный мониторинг если не на всех 90 с лишним тысячах избирательных участках (что было бы идеально), то уж точно во всех крупных городах и некоторых крупных областях. Леонид Волков, чей блог вы читаете теперь в «Газете.Ru», считает, что «абсолютно реалистично покрыть наблюдателями участки, на которых совокупно голосует более 75% избирателей». Да только Москва с областью и Питер с областью — уже миллионов 30! И мне кажется, что тут надо кооперироваться со всеми, кто заинтересован в объективном мониторинге, — с коммунистами, яблочниками, едросовцами да теми же прохоровцами — с теми, у кого уже есть сетевая структура по стране или кто ее сейчас создает. Задача — максимально внимательно отследить выборы, зафиксировать нарушения и получить максимум копий протоколов голосования. То есть получить документальную картину того, что и как происходило. С учетом опыта прошедших думских выборов и свободного обращения с фактурой на избирательных участках копии протоколов совершенно необходимы, чтобы сравнить затем с открытыми данными ТИКов и ЦИКа и доказать подделку протоколов, если таковая будет. На самом деле, если бы такая системная работа была проведена во время думских выборов, возможно, и удалось бы доказательно отменить их результат. Для этого, насколько я понимаю, надо все же доказать, что из-за нарушений должны быть отменены итоги голосования на избирательных участках, списки избирателей которых составляют не менее 25% от общей численности включенных в списки избирателей в целом по стране.

Конечно, серьезная работа по наблюдению за выборами требует организационной структуры. Нужен некий штаб, движение, центр. Все, кто является на эти два ближайших месяца союзниками против административного ресурса, должны сесть вместе, сопоставить свои сетевые возможности по стране, выяснить, где слабые места, понять, как можно координировать усилия, где есть наблюдатели, где их надо нанимать дополнительно. Нужно подготовить наблюдателей, через интернет в том числе. Двое минимально на участок, чтобы можно было хоть в туалет отскочить, не опасаясь, что тут же какой-нибудь ушлый что-нибудь вбросит. Нужно учесть все те способы фальсификаций, которым нас «научили» думские выборы. Необходим элементарный ликбез, что и кто может, и что, и кто не может на избирательном участке, чтобы, если полицейский мешает снимать, ему можно было тут же предъявить статью в законодательстве. То есть нужна служба консультаций, в том числе юридических. Нужна команда, которая будет сидеть на «горячей линии» по сбору информации.

Это проект, который вполне достоин тех, кто выходил 10 декабря и выйдет 24-го. Он реализуем, если начать этим заниматься сегодня и сделать это лозунгом на предстоящем митинге. Это, собственно, то, что наполняет протест смыслом, когда эмоции утихают. Это стержень, который способен превратить протестные акции в нечто большее — в дело, которое объединит думающих людей по всей стране единой целью: не дать себя обмануть снова. У нас, может быть, нет пока выбора из тех, кого мы бы хотели выбирать. Но у нас точно уже есть выбор — позволить или не позволить себя обмануть.

Тeги: Колонка Наталии Геворкян, выборы 4 декабря 2011 года, выборы 4 марта 2012 года, фальсификации на выборах, митинг на Болотной, митинг на проспекте Сахарова

Читать полностью: http://www.gazeta.ru/column/gevorkyan/3936902.shtml

2011-12-20

О выходе из гражданской комы : Александр Амзин

Приоткрыть левый глаз
Александр Амзин о выходе из гражданской комы

Митинг на Болотной площади, как и дату 10 декабря 2011 года, я буду помнить всегда. Запомнятся четыре вещи: плотная толпа, в которой не чувствуется ветра, холод, проникающий даже сквозь подошвы высоких шнурованных ботинок, голоса политиков, качающие первые ряды, и песня "Наш дурдом голосует за Путина".

До тех пор я никогда не ходил на митинги. Не знаю, пойду ли еще, но в декабре я ощущал, что по-другому поступить не могу. Там меня, как писал Кнышев, окружали милые, симпатичные люди, медленно сжимая кольцо. Это было прекрасно. Каждый раз, когда я слышал конструктивные предложения (например, записаться наблюдателем на следующих выборах или акунинское про организацию онлайн-трансляций с избирательных участков), теплый ком подкатывал к горлу.

Воодушевленные митингом люди разошлись по домам — возмущаться "половиной процента" найденных нарушений, недостаточным медиа-покрытием события на Болотной и явно завышенными оценками численности участников митинга в поддержку "Единой России". Аналитики, все как один, написали про зарождение гражданского общества в стране. И лидеры мнений, все как один, предложили не призывать Россию к топору.

У меня насчет сложившейся ситуации есть несколько соображений. Вот они, мои маленькие предновогодние тезисы.

Войну за перевыборы оппозиция, к сожалению, проиграла. Несмотря на трезвые призывы к отставке Чурова и многих других, власти просто спели Let It Be. Перефразируя эпиграмму известного фантаста, "Подлога нет! — сказали кандидаты, и доктора кивнули головами". Перевыборов не будет. Будем реалистами — президентские выборы, даже если против их результатов выступит в десять раз больше народу, тоже вряд ли будут оспорены.

Но, допустим, было бы наоборот. Мы собрались на Болотной, потом еще где-нибудь, а потом пару раз сходили куда-нибудь наблюдателями и перевыбрали более сбалансированную Госдуму, а затем и более неожиданного президента. В этой ситуации есть сценарий гораздо более плохой, чем гражданская война — успокоение.

Куда как легко выбрать человека, на которого можно переложить ответственность за решение накопившихся проблем; предоставить ему мандат, карт-бланш и все такое. Примерно двенадцать лет назад, в эпоху треволнений, дефолтов, взрывов домов и еще черт знает чего мы сделали осознанный выбор в пользу стабильности, передав такой же мандат на обеспечение стабильности и решение проблем Владимиру Владимировичу.

Он это доверие оправдал — дефолта не было, взрывы домов прекратились, а вместе с ними — и всякая политическая жизнь. Понадобилось почти десять лет, чтобы наглость чиновников, достигшая невообразимых высот, спровоцировала гражданские выступления — все эти химкинские леса и синие ведерки.

Пациент самостоятельно ушел в кому. Десятого декабря 2011 года он содрогнулся, приоткрыл левый глаз и увидел вокруг консилиум оппозиционных политиков, предлагающих ему подписать завещание в их пользу.

Ребята, очень просто можно выбрать Немцова, Явлинского, Лимонова, Навального, Яшина, черта с рогами и кого-нибудь еще в придачу. Пусть разруливают, ведь мы были на Болотной и пару раз их поддержали. Но мне не хочется быть тем, кого Линор Горалик в свое время называла "Умничка такой". Да и вам, я думаю. Митингов недостаточно — ни мирных, ни боевых. Оппозиция их проводит уже лет двадцать в разных вариантах — и что?

Для того чтобы пациент хотя бы встал с кровати, ему придется сто раз бессильно упасть. Чтобы, выйдя из комы, убить Билла, надо долго готовиться, рисковать и одерживать одну маленькую победу за другой.

Возможно, придется перетерпеть и первый срок, а может - и второй. Принять к сведению закручивание гаек, которое обязательно последует за любыми активными действиями — и все равно не сломаться. Сначала наблюдателем на выборы, потом достать своего депутата требованиями, потом не дать взятку гаишнику, потом заставить соседа не мусорить, затем поговорить с учительницей, занизившей ребенку оценку за неполиткорректное сочинение, затем не допустить уничтожения леса под боком, затем помочь детскому дому, затем создать городское сообщество неравнодушных, затем узнать, почему префект разъезжает на BMW X5, затем пойти в префектуру или мэрию с проектом строительства спортивной площадки, затем выдвинуть самого себя в муниципальный совет, поступить на полставки в муниципальную библиотеку или вести кружок, сообщить о злоупотреблениях чиновников, узнать, как устроена власть и кто отвечает за выключенные фонари на вашей улице, затем пройтись по ДЕЗу, собрать жильцов, да еще не забыть изучить права потребителей.

И, наконец, перевыбрать тех, кто одержал временную победу год, два, десять лет назад. Не закрывать левый глаз, а потратить неделю на открытие правого. Два месяца на сгибание мизинца на руке. Год учиться заново шевелить ногами. Два — чтобы сесть, тяжело привалившись к стене. А потом еще надо встать на ноги и упорно тренироваться, вспоминая, как вы провели апперкот в девяносто первом.


Вы готовы? Нас минимум тридцать тысяч человек. Готовы?

О «русском бунте, бессмысленном и беспощадном» - Блог Артема Кречетникова


О "русском бунте, бессмысленном и беспощадном"

Артем Кречетников, bbcrussian.com Артем Кречетников, bbcrussian.com | 11:54, понедельник, 19 декабря 2011-19, 11:54

"Не приведи Бог видеть русский бунт - бессмысленный и беспощадный!" Эти слова героя пушкинской "Капитанской дочки" почти два века знают в России все сколько-нибудь образованные люди. И повторяют к месту и не к месту.

Разумеется, вспомнили их и в последние дни в связи с самыми массовыми  за последнее десятилетие оппозиционными митингами. Что называется, всласть оттоптались на теме.

Одни аналитики и журналисты подыгрывают государству в "веховском" духе: "Благословлять надо эту власть, своими штыками и тюрьмами ограждающую нас от ярости народной!". Другие, вероятно, искренне тревожатся за себя и своих детей.

Спешу всех успокоить: никакого бессмысленного и беспощадного бунта в современной России не может быть, потому что быть не может никогда.

Александр Сергеевич Пушкин написал знаменитую фразу применительно к пугачевскому восстанию.

Но тут вот какая историческая закавыка получается. Задолго до Пугачева, и даже до Разина, в Москве произошли два крупных выступления: "соляной бунт" 1648-го и "медный бунт" 1662 года. И они не были ни беспощадными, ни, тем более, бессмысленными, а очень напоминали выступления тогдашних европейских горожан.

Москвичи предъявили конкретные, понятные и реалистические требования: убрать заворовавшихся непопулярных сановников, снизить налоги, изъять из обращения медные деньги, которых начеканили слишком много, из-за чего разгулялась инфляция.

Правительство в обоих случаях прибегло к силе, но одновременно проявляло готовность договариваться и идти на уступки, давало обещания, которые были, хотя бы частично, выполнены. Во время "медного бунта" царь Алексей Михайлович даже прилюдно бил по рукам с одним из народных вожаков.

В то же время в Западной Европе случались бунты - французская Жакерия, восстание Дольчино в Северной Италии, германское "восстание башмака" - один к одному напоминавшие пугачевщину.

Те же утопические требования, вроде упразднения частной собственности и брака, либо полное отсутствие таковых. То же бессмысленное уничтожение материальных ценностей и убийство всех богатых и образованных, невзирая на возраст и пол. И запредельное зверство при подавлении.

Особенно поучительная история случилась во Франции в середине XIV века.

После проигранной битвы при Пуатье государство зашаталось. Король Иоанн Добрый и цвет рыцарства оказались в плену у англичан. Страной начал править наследник, будущий Карл V, но дофин - не помазанный монарх. Как сказали бы сейчас, легитимность власти оказалась подорвана.

К обычным феодальным тяготам добавились поборы на выкуп знатных пленников и бедствия военного времени. Ответом стала вышеупомянутая Жакерия (от пренебрежительной клички деревенского простолюдина "Жак-простак").

Одновременно поднялись богатые парижане под предводительством купеческого прево Этьена Марселя. Эти хотели известно чего: самоуправления, расширения гражданских прав, голоса при назначении налогов и расходовании собранных денег.

Оба восстания дофину удалось подавить. Но очень по-разному.

С парижанами, фактически, поладили миром. Правительственным войскам в голову не пришло жечь город или учинять над его жителями массовую расправу. Казнили лишь несколько человек, непосредственно замешанных в убийствах слуг дофина.

В глазах рыцарей буржуа были, если не ровней, то, во всяком случае, гражданами, с которыми можно и нужно договариваться.

С участниками Жакерии не торговались по причине отсутствия предмета для торга. Их резали и вешали сотнями и тысячами, не разбирая конкретной вины. Проучить так, чтобы внуки боялись!

Причем в расправе участвовали и французы, и англичане, временно забыв о войне, которую вели между собой. Все понимали, что Жакерия - это лесной пожар, который необходимо потушить, иначе всех спалит.

Поэтому правильнее сказать, что бессмысленным и беспощадным является не русский бунт, а крестьянский бунт, независимо от места событий.

Средний класс борется за более достойное место для себя в рамках существующей цивилизации.

Патриархальные общинники - за уничтожение ее как таковой. Их заветная мечта - вернуться к натуральному хозяйству, ввести равенство, жить по стародавним обычаям, без государства, налогов и городов, выращивать ровно столько, сколько нужно для пропитания.

Выразить эти чаяния они не могли из-за неграмотности, отчего казалось, что людей просто охватывает иррациональная жажда разрушения.

А теперь вопрос: о каком "бессмысленном и беспощадном бунте" мы говорим применительно к сегодняшней России?

Он теоретически возможен в странах, стоящих на уровне России XVIII-го и Франции XIV века: в Африке, арабском мире, с натяжкой - в Латинской Америке и Южной Азии.

Почему почти 100 лет назад наши предки так легко подняли оружие друг против друга? Потому что 80 процентам населения все, что мы называем цивилизацией, было не нужно и не дорого. Поросенка зарезал, картошки запас, дров нарубил - и кум королю. А что городские "баре" будут голодать и мерзнуть - так им и надо.

Миллионы мужиков, живших теми же представлениями, что во времена Пугачева, на беду, получили в руки оружие и при первой возможности хлынули с фронта, чтобы "взять все, и поделить". Кучка авантюристов, именовавшихся партией большевиков, оседлала стихию, а потом утопила ее в крови.

Какое отношение все это имеет к нам и к современной жизни? Ни тех людей, ни той России давным-давно на свете нет.

Двадцать лет назад у нас была революция. Так тогда ни одной урны с мусором не перевернули.

Один неглупый американец, с которым я обсуждал эту проблему, выразил мнение, что за десятилетия обладания атомной бомбой у россиян выработалась повышенное чувство ответственности перед собой и человечеством: нельзя устраивать гражданскую войну и хаос в ядерной державе.

Вероятно, и этот фактор сыграл свою роль. Но, на мой взгляд, главная причина все-таки другая: и коммунисты, и демократы были современными горожанами. Те и другие понимали, что, если нарушить нормальную работу железных дорог, электроснабжения и прочей инфраструктуры, все просто вымрут.

Даже нацболы, не говоря о подавляющем большинстве участников митинга на Болотной площади, не хотят ничего громить и уничтожать. Единственное, чего они добиваются - немножко уважения, или, на худой конец, его видимости.

Давайте оставим "русский бунт, бессмысленный и беспощадный" варварскому прошлому и будем договариваться по-хорошему. Как цивилизованные люди.

2011-12-11

Парадокс Стокдейла

Парадокс Стокдейла:
Сохраняйте веру и вы победите, невзирая на трудности, и в то же самое время смотрите суровой правде в лицо, какой бы жестокой эта правда ни казалась.

2011-12-09

Россия. Перепрошивка 2.0: О технологиях превращения населения в граждан - Slon.ru

Slon.ru
Россия.  Перепрошивка 2.0Россия. Перепрошивка 2.0
О технологиях превращения населения в граждан и о том, что нужно сделать еще • Артур Вельф
Подробнее на Slon.ru

Давайте проанализируем то, что произошло и что происходит с точки зрения технологий и механик.

Почему люди проснулись?

Здесь целиком и полностью заслуга сработавшей стратегии «приди на выборы и проголосуй за любую партию, кроме партии жуликов и воров». Люди проголосовали. И теперь фальсификации стали не абстрактными, а коснулись непосредственно их. Сделайте так, чтобы человек, не интересующийся футболом, перед матчем поставил деньги на одну из команд, и вы увидите страстного футбольного болельщика. Здесь произошло то же самое.

Если бы были призывы голосовать за конкретные партии, то скромные результаты любой из них еще можно было бы как-то объяснить. Но поскольку самым распространенным вопросом друзьям был «Ты голосовал, надеюсь, не за ПЖиВ?», а ответом – «Конечно!», то объявленные результаты выборов люди восприняли как плевок в себя лично. Если и я сам, и все мои друзья и знакомые видят, что на дороге лежит какашка, а г-н Чуров утверждает, что это пирожное «Картошка», то я поверю своим органам чувств, а не заверениям г-на Чурова, пусть он хоть тражды официально уполномочен на это. Perception is reality.

Еще раз: в голосование против ПЖиВ удалось вовлечь огромное количество людей, и именно поэтому людям перестало быть все равно. Здесь ключевое слово «вовлечение», это важно для того, чтобы чуть позже понять, что еще нужно сделать.

Почему власть так боится?

Ключевым элементом концепции удержания власти Путин сделал контроль над источниками получения гражданами информации. Когда источников с большим охватом лишь несколько, над ними можно взять контроль, и держать граждан за население. Но с развитием социальных сетей количество источников получения людьми информации неимоверно возросло – им стал каждый из нас. Каждый такой источник обладает сравнительно небольшим охватом, но их совокупный охват огромен. А учитывая скорость распространения информации, которую граждане считают стоящей распространения, а также то, что информация распространяется этими источниками (т.е. нами) не только в онлайне, но и в офлайне – своим близким и знакомым, – «Первый канал», НТВ и прочая сурковская пропаганда отдыхают.

Очень важно, что к новым источникам информации гораздо больше доверия. Мы получаем информацию не от абстрактной Екатерины Андреевой, а от людей, которых знаем, и которым доверяем значительно больше. Это отнюдь не феномен соцсетей. Если Екатерина Андреева вдруг объявит Цапка национальным героем, то жители Кущевки поверят не ей, а своим знакомым, которые сталкивались с этим «героем». То же самое мы видели в Беслане. Так что это тоже не феномен соцсетей – просто соцсети сделали возможным гораздо более быстрое распространение мнений.

Власти находятся в прострации, они просто не знают, что им делать

Нынешние события стоит назвать iPhone-революцией. Позавчера в прямом эфире я смотрел, как менты бьют на Триумфальной площади мою знакомую Алену Попову, которая на этих выборах была кандидатом в депутаты от «Справедливой России» в Новосибирске. Трансляцию вел со своего смартфона один из участников митинга. Некоторые бы не поверили в то, что на избирательных участках в кабинки для голосования положили стирающиеся ручки, – если бы не увидели видео, снятое на телефон одним из нас. А непрерывная трансляция в соцсети записей, фоток, видео, отметок о местоположении и т.д. от наших голосующих, наблюдающих и митингующих друзей позволяет нам чувствовать, что мы не одни такие, что нас много, хотя наши друзья находятся и не рядом с нами. Это называется social proof. А по-русски – «на миру и смерть красна».

Поставить под контроль такое количество источников информации невозможно. Именно поэтому власть сейчас в прострации. Они верят в эффективность вещания – в Екатерину Андрееву, в «Первый канал», в НТВ и в то, что если арестовать на 15 суток Алексея Навального, то на эти 15 суток все стихнет. Однако подавляющее большинство людей, проголосовавших на выборах «за любую другую партию, кроме партии жуликов и воров» были убеждены пойти и все-таки проголосовать отнюдь не Навальным, при всем моем к нему уважении, а своими знакомыми.

Более того – если бы к нынешним событиям имел отношение «вашингтонский обком», то ему было бы гораздо более выгодно, если бы Алексея замучил «кровавый режим» или, на худой конец, упрятали бы надолго за решетку – он бы тогда стал символом, как тот тунисский торговец фруктами, который сжег себя, как Нельсон Манделла. Но вашингтонский обком у нас базируется на Старой площади. С такими «стратегами» никаких внешних сил и не надо – лозунг «Свободу Алексею Навальному!» гораздо эффектнее и эффективнее, нежели «Пойдем за Алексеем Навальным на площадь!».

Еще одним мифом, которым утешали себя «стратеги» на Старой площади (и продолжают надеяться на него), является миф о том, что интернет-аудитория – это маргиналы, и что их мнение совершенно нерелевантно мнению народа. Народ, дескать, смотрит «Дом-2», «Аншлаг» и «Пусть говорят», а в интернете эти передачи презирают. Месяц назад компания SMM3.org по просьбе «Коммерсантъ Деньги» провела исследование рейтинга телевизионных передач по интересу к ним онлайн-аудитории. Оказалось, что этот рейтинг в точности повторяет данные, публикуемые TNS по результатам офлайновых измерений. Так что, миф о том, что «в интернете не народ» – уже устарел.

Поэтому власти и находятся в прострации. Они просто не знают, что им делать. Ключевой элемент, на котором была выстроена стратегия удержания власти – контроль над источниками информации – утерян, причем не потому, что плохо держали, а в результате технологического прогресса. Вещательная модель, построенная на том, что если сказать одно и то же с кучи зарегистрированных аккаунтов в социальных медиа, то это будет иметь эффект, также не работает, поскольку люди доверяют не всему, что написано, а мнению тех людей, которых они знают, – а кто знает этих киберзомби? Не работают тактики с арестом Навального и глушения DDoS-атаками независимых интернет-СМИ, поскольку они также исходят из ложной идеи наличия единого центра (или нескольких таких центров), из которых осуществляется руководство и вещание.

Когда выясняется, что не работает ничего из того, что считалось абсолютно надежным, возникает отчаяние и хаотическое метание из стороны в сторону. Отсюда и ретвиты сообщений о «е..ных в рот баранах», и попытки переобуться в прыжке с заявлением о том, что Путин – «независимый кандидат» и к ПЖиВ имеет отношение постольку поскольку...

Что еще можно и нужно сделать?

Для меня очевидно, что гражданское общество (как классно осознавать, что оно у нас уже есть!) пока просто размялось. Встало, как Илья Муромец после 33 лет лежания на печи, потянулось и почувствовало в себе силушку богатырскую. И, тем самым, начало активно готовиться к президентским выборам, во время которых, думаю, и развернутся основные баталии. Уверен, что гражданское общество естественным образом само найдет нужные инициативы и самоорганизуется вокруг них, однако хотел бы прокомментировать ряд моментов с чисто технологической точки зрения.

Мы видим, что огромное количество людей вовлечено в защиту своего конституционного права самим решать, кому они делегируют право управлять страной в течение следующих нескольких лет, и права сменить тех, кому они делегировали это право ранее, но кто не оправдал их ожиданий. Однако, степень готовности этих людей к тем или иным действиям разная. Это нормально, и не стоит осуждать тех, кто не готов выйти на митинг, или же пикетировать изоляторы временного содержания, в которых находятся задержанные. Сторонников нужно сегментировать по степени их готовности к той или иной активности, а также предложить различный набор возможных действий для различных сегментов.

Давайте сначала подумаем не над тем, что именно делать, а для чего мы хотим совершить то или иное действие. Итак, мы хотим, чтобы власть увидела, что общество больше не готово терпеть псевдовыборы – типа тех, которые произошли 4 декабря, или чуть раньше, 24 сентября, когда нам объявили, кто победил на выборах 4 марта будущего года. Для этого нам нужно показать, что нас много. Выйти на улицу – это один из вариантов. Ну, а что могут сделать те, кто поддерживает наши требования, но кто не готов выходить на митинг? Они могут, например, повязать на ремень сумки, пальто, машину и т.д. белые ленточки. Готов к более активным действиям, но все-таки пока еще не созрел для митинга? Ты можешь помочь задержанным, привезя им в ОВД воду и еду.

Очевидно, что гражданское общество пока только размялось!

Таких вариантов должно быть много. Чем больше их будет, тем выше будет вероятность, что большинство людей, возмущенных бесстыдной кражей их страны и их будущего, найдут для себя приемлемый вариант, и вовлекутся в защиту своих прав еще больше. Хакеры, например, могли бы поковырять зараженные ботнеты, которыми власть атакует независимые онлайн-СМИ, чтобы найти и расковырять троян, сидящий в них, – возможно, это позволит найти управляющие ботнетом компьютеры, и, если не выйти на тех, кто запускает атаки, так хоть вывести ботнеты из строя (создать новый ботнет – не самая легкая и тривиальная задача). Кто-то мог бы взять на себя задачу по агрегации сообщений от участников событий в различных соцсетях о нарушениях в ходе выборов – скажем, в едином твиттер-аккаунте. Или их переводу на иностранные языки – это позволит еще больше усилить резонанс с помощью как независимых российских, так и зарубежных СМИ.

Еще раз: я уверен, что гражданское общество само найдет стоящие инициативы и самоорганизуется вокруг них. Очень важно предложить каждому, кто сейчас возмущен поведением властей, поучаствовать в каком-то активном действии, которое будет лежать в пределах того, что человек считает лично для себя допустимым. В этом случае игнорирование властями требований честных выборов будет игнорированием и их личного мнения. Подавлением властями людей, позволивших себе возмутиться фальсификацией выборов, будет действиями, направленными и против них лично. Вспомните – если бы люди не пошли голосовать, то они бы сейчас не воспринимали фальсификацию властями выборов как кражу их собственного голоса. Сейчас нужно сделать то же самое.

Следующее, что нужно сделать – это наладить постоянные каналы коммуникации с различными сегментами сторонников. То, что у нас этим совершенно не озабочены, является для меня лучшим доказательством того, что никакие «вашингтонские политтехнологи» рядом с нынешними событиями и не валялись. Для них это азы, основа основ.

Власти всеми силами будут стараться оттянуть все до Нового Года

До волонтеров, готовых агитировать соседей в офлайне, нужно доносить одну информацию, и устраивать для них отдельные встречи. До тех, кто публично поддерживает твои взгляды в Твиттере, и кто готов агитировать за тебя там – другую. Для тех, кто готов внести денежное пожертвование – третью, содержащую отчеты о том, на что пошли их деньги. Для тех, кто готов лишь проголосовать за кандидата – четвертую. Для волонтеров, готовых участвовать наблюдателями на выборах – пятую. И так далее.

У нас же традиционно рассчитывают на «авось» – что до человека как-нибудь через соцсети попадет нужная ему информация. Это хороший способ набора сторонников, но удерживать их нужно через сегментацию и персонализированную коммуникацию. С дублирующими каналами связи, особенно с самыми активными сторонниками (соцсети, e-mail, SMS). Порядок бьет класс, как говорил один мой знакомый. И этим нужно заниматься уже сейчас, особенно с теми, кто готов быть наблюдателями на президентских выборах. Если удастся мобилизовать значительное количество хорошо подготовленных и подкованных в плане избирательного законодательства наблюдателей, то Чуров повесится. Для сегментации и персонализированной коммуникации лучше всего использовать уже готовую CRM. Например, за рубежом многие политики и политические организации используют для этих целей онлайновую CRM Salesforce.


Что будут предпринимать власти?

Стратегически, в долгосрочной перспективе действенных вариантов сохранить status quo у власти нет. Народ уже проснулся, и не просто хочет, а требует перемен. Однако тактические варианты, чтобы заволокитить ситуацию и отодвинуть перемены на некоторый срок, у власти имеются.

Во-первых, они всеми силами будут стараться оттянуть все до Нового года, перед которым многие разъедутся, поскольку билеты уже куплены и отели оплачены. Да и предпраздничные хлопоты, по мнению кремлевских политтехнологов, наверняка должны сбить протестный настрой. Соответственно, до новогодних праздников маловероятно ожидать как принятия властью каких-то решений по требованиям митингующих (как положительных, так и отрицательных), так и чрезмерной жесткости во избежание обострения ситуации. Маловероятно также введение запрета на митинги, что неизбежно обострит ситуацию (хотя прощупывать этот вариант через вбросы они вполне могут). Позиция будет «дотянем без особых эксцессов до новогодних праздников, а там, даст бог, все постепенно рассосется, да и морозы покрепче будут».

Очевидным тут будет совет – не поддаваться на провокации

Параллельно с этим точкой приложения максимальных усилий «сурковской пропаганды» будет являться расслоение возмутившихся фальсификациями. Скорее всего, власти попытаются перевести протестные настроения против кражи у граждан кучкой жуликов и воров их голосов, их страны и их будущего, в плоскость «выходите на митинг в поддержку требований партии Х или политика Y». Это неизбежно оттолкнет от активных действий значительную часть граждан, неоднозначно относящихся как к «системной», так и к «несистемной» оппозиции, а значит, сработает на жуликов и воров.

Несомненно, власть будет использовать в этой тактике как эго лидеров «несистемной» оппозиции, которые будут примазываться к народному возмущению с подтекстом «вот видите, сколько людей поддерживают наши требования – это наш электорат, который бы проголосовал за нас, если бы нас допустили к выборам», так и руководителей «системной» оппозиции, которые тщательно будут объяснять гражданам и журналистам, что они, дескать, не присоединяются к акциям протеста, потому что их проводят те, с кем мы в один горшок какать не хотим.

Эта тактика позволит нам получить точное представление о том, кто гадит на одной поляне с жуликами и ворами от власти, но лучше продумать ряд мер, противодействующих ей. Лично у меня надежд на «системную» оппозицию в этом плане практически нет, но, не будучи сторонником «Солидарности» («Парнаса», «Другой России», или как там они сейчас называются), я надеюсь, что они поставят интересы страны выше собственного эго и будут максимально акцентировать внимание на том, что они помогают гражданам проводить митинги, но никоим образом не претендуют на то, будто на эти митинги собрались их сторонники. Это относится и к выступлениям на самих митингах, кстати, на которых стоит приглашать выступить прежде всего моральных авторитетов, а не действующих политиков как из «системной», так и из «несистемной» оппозиции.

Чувствуя, что перед Новым годом протестные настроения идут на некоторый спад (или, напротив, – почувствовав, что тактика замораживания ситуации до новогодних праздников не срабатывает), власти попытаются спровоцировать митингующих на действия, которые многим покажутся не необходимыми и адекватными (например, силовой прорыв полицейского оцепления без особой на то нужды), с одновременным жесточайшим ответом на это полиции, который будет направлен в основном на лидеров и активистов «несистемной» оппозиции, которые, как показывает опыт, сами всегда рады поддаться на провокацию.

Мы живем в эру статусов, фоточек и видео в соцсетях

Власти наверняка постараются максимально жестко публично прессануть «профессиональных оппозиционеров», по минимуму затронув при этом простых людей. А в сети потом будут распространяться фото и видео как «экстремистских действий оппозиционеров», так и жесточайшего их пресечения. Расчет тут будет на то, чтобы посеять в простых людх страх перед выходом на митинг, но при этом физическим прессингом затронуть только «тех, кто сам нарывался и спровоцировал полицию». Это должно будет, по идее, вызвать у простых граждан больше страха, нежели возмущения.

Очевидным тут будет совет не поддаваться на провокации. Однако, это оборонительная тактика – когда ты ждешь первого хода со стороны соперника, и начинаешь действовать после него. Вполне вероятно, стоило бы предусмотреть и превентивные меры – например, продвижение концепции максимально доброжелательного и даже нарочито нежного отношения к полиции, стоящей в оцеплении (пусть даже они и не располагают к такому отношению). Посмотрите на фотографии митинга колумбийских студентов против планов правительства по реформированию высшего образования – это один из вариантов противостояния вероятным действиям жуликов и воров. Не будем забывать, что мы живем в эру статусов, фоточек и видео в соцсетях, и после того, как такие фотки и видео распространятся (а они обязательно распространятся), властям станет невозможно реализовывать жесткие варианты и как-то оправдывать их, в том числе за рубежом, где хранятся их пенсионные накопления (да, я помню, как во Владивостоке люди водили хоровод вокруг елки, но у нас сейчас и ситуация гораздо погорячее, и народу вовлечено несравнимо больше).

Это же может подбить кремлевских жуликов и воров на еще одну тактику, которые они наверняка запустят, – о том, дескать, что любые резкие перемены всегда заканчиваются в России кровью и катаклизмами. Все зависит от нас, и это лишь еще один предрассудок, который будут эксплуатировать кремлевские жулики.

Люди вышли не требовать честные выборы, а делать их честными : Екатерина Кронгауз

Люди вышли не требовать честные выборы, а делать их честными : Екатерина Кронгауз

Заместитель главного редактора журнала «Большой город» Екатерина Кронгауз считает, что, «если соблюдать закон, то всем». О происходящем после выборов.
Кронгауз: Не все митинги одинаково полезны. Между митингом на Чистых прудах и на Триумфальной есть принципиальная разница, даже если ее не видят изнутри участники обоих событий. «Восстание хипстеров», акция «Фейсбук» поднимает жопу», или как теперь еще называют «митинг испорченных ботинок», - суть не меняется.
По разным подсчетам, от 5 до 8 тысяч человек вышли на следующий день после выборов на Чистопрудный бульвар и два часа стояли, кто по щиколотки, а кто и по колено в грязи, чтобы требовать честных выборов. Этих людей вывели на улицу социальные сети, те самые, где были собраны явные доказательства фальсификации результатов выборов. Это не изменило результатов, но сделало их прозрачными. Теперь видно, кто, где и когда жульничал.
Самое удивительное не в том, что Фейсбук поднял тысячи людей, а в том, что заставило их изучить закон и стать официальными или неофициальными наблюдателями. Люди вышли на митинг не потому, что все жульничают, это и так было известно, а потому, что все мы стали участниками этого процесса - соглашателями, борцами или наблюдателями. Впервые за долгие годы, обыватель решил не отстраиваться от жульнических выборов, а встроиться в них, голосовать и требовать, чтобы голоса были подсчитаны.
Тысячи людей вышли на Чистые пруды не с надеждой, что их услышат, они вышли не требовать честных выборов, а делать их честными. Людям надоело не знать закон. Когда полиция, члены избирательной комиссии, ОМОН или кто-нибудь другой говорит: «Ты не имеешь права» - это звучит так убедительно, что если не знаешь закон, веришь им на слово.
Прошедшее воскресенье сломало эту традицию: наблюдатели ловили за руку председателей Избирательных комиссий, потому что знали закон гораздо лучше них. Секрет прост – знать закон, следовать ему и не бояться. Со сцены как всегда кричали «Россия без Путина!» и почти никто не говорил про закон. Но именно об этом думали люди в толпе, и именно это чувствовала полиция.
Полиция вообще вела себя на Чистых прудах идеально: вместо разрешенных 300 человек пропускали всех. Мне самой помог выйти с митинга полицейский, сказав: «Только перейдите скорее дорогу». Никого не были, никого не хватали, до того момента, как по привычке, наплевав на закон, толпа не ринулась к Лубянке.
На Триумфальной все было не так. Народ сразу наплевал на закон, а полиция сразу начала вести себя как обычно - грубо, жестко, жестоко. Но, если соблюдать закон - то всем, и только тогда он будет соблюдаться. Хотите, чтобы ГИБДД не брало взяток? - Не давайте им. Хотите, чтобы ваше избирательное право не нарушалось? - Следите за выборами. Хотите митинговать за соблюдение закона? - Не нарушайте его.
Это самое сложное и есть. Настолько сложное, что тысячи людей не видят разницы между разрешенным митингом на Чистых прудах и несанкционированным митингом на Триумфальной площади. До марта 2012 года есть время, чтобы изучить закон «О выборах» вдоль и поперек, записаться наблюдателем, членом избирательной комиссии или просто представителем прессы на избирательный участок. Восьми тысяч человек с испорченными ботинками должно хватить на все московские участки, а остальные подтянутся.

Шаг в будущее : Стране нужно готовиться жить после Путина и без Путина - Газета.Ru | Колонка Семёна Новопрудского

Шаг в будущее

— 9.12.11 09:40 —

В митинговой стихии после поражения партии власти на думских выборах, замаскированного фальсификациями под относительную победу, уходит на второй план ключевой для будущего страны вопрос. Это вопрос о следующей власти: о том, каким образом она появится, кто в ней окажется, и какую политику будет проводить. Проблема следующей власти из области абстрактных предположений самой реальностью переведена в плоскость насущнейшей для России политической дискуссии. И это едва ли не главный итог прошедших выборов. Стране нужно готовиться жить после Путина и без Путина.

Никто из лидеров прошедших в новый парламент партий не готов взять на себя управление страной и не рассматривает себя в роли власти — отвыкли за годы растительного существования в выморочной политической системе.

А ЛДПР и «Справедливая Россия» пусть и в разные эпохи, вообще изначально были созданы как инкубаторские партии. Их устройство в принципе исключало естественную для любой легальной политической силы опцию «борьба за власть».

Путин и ставящая на него часть элиты не отдаст власть ни при каких обстоятельствах. Скорее всего, ему нарисуют победу в первом туре. Либо, если большинство граждан России подойдет к президентским выборам (а они важнее думских, ибо Дума в стране давно уже не имеет никакого политического значения) ответственно и проголосует против Путина, итоги выборов отменят, как в Южной Осетии. Ни одного реально оппозиционного кандидата в президенты несомненно не зарегистрируют. Сам вектор мимикрии Путина в ходе нового пришествия на главный пост тоже предельно ясен. Политические похороны «Единой России» состоялись назначением предвыборного штаба на базе ОНФ и Станислава Говорухина всесоюзным старостой этой потемкинской деревни, построенной для всенародной поддержки «вождя». Путин больше не будет президентом друзей- олигархов и руководителем «партии жуликов и воров», он на самом деле начинает играет в национального лидера, абсолютно надпартийного несменяемого поводыря «простых россиян». Поэтому

уже к президентским выборам всем, кто не хочет, чтобы Россия превратилась в стремительно деградирующую персоналистскую диктатуру окончательно оторвавшегося от реальности человека, необходимо формировать максимально широкий, с точки зрения политического спектра, коалиционный совет.

Его задача — координация уличной активности. Но на улице созидательная политика не делается, улица может быть только подспорьем или помехой для назревших и перезревших в России перемен. Уже к президентским выборам несистемная оппозиция( возможно, с частью полусистемной, например, с «Яблоком» или «Справедливой Россией», если она хочет стать реальной партией) должна иметь политическую и экономическую программу первоочередных шагов, как если бы она была властью. Это вообще принципиально важно для оппозиции: создавать внутри себя будущую властную команду и ставить задачей не просто борьбу с режимом, а приход к власти и реальную готовность управлять страной. Только так и может появиться осмысленная альтернатива действующей власти, становящейся критически опасной для самого существования России.

Михаил Прохоров во время недолгого и во многом абсурдного пребывания во главе «Правого дела» затевал правильную по сути идею создания теневого правительства. Крупный бизнес, который хочет зарабатывать на России и не хочет бежать из нее окончательно с накопленными капиталами (если таковой, конечно, есть), должен перестать бояться и начать вкладываться интеллектуально и финансово в создание новой российской власти. Тот же Михаил Прохоров в качестве кандидата в президенты с опорой на профессиональное правительство мог бы стать одним из вариантов бескровной смены власти. Бескровность – принципиальнейшее условие: две последовательно случившиеся русские революции 1917 года привели страну к затянувшейся на десятилетия тотальной катастрофе. К последствиям и возможностям революции 1991 года, давшей России самый реальный в истории шанс стать полноценной демократической страной и прекратить ходить собственными путями по краю пропасти, оставляя за собой реки невинной людской крови, мы оказались не готовы.

Теперь своими действиями власть дает России новый шанс на изменения: и к лучшему, и к худшему.

От действующей власти можно и нужно требовать отставки наиболее одиозных персонажей в правительстве и администрации президента, отмены итогов думских выборов, честной президентской кампании, демонтажа пропагандистской машины в виде федеральных госканалов, немедленного освобождения Ходорковского с Лебедевым. Но эти требования не отменяют главной проблемы: в стране нет эффективной власти и сделано все, чтобы не было альтернативы той, что так достала любого сколько-нибудь мыслящего и совестливого человека. Пришла пора создавать эту альтернативу. На 21-м году существования независимой России мы не имеем ни политической системы, ни национальной экономики, ни реальных перспектив в обозримом будущем. Стране критически нужна власть, которая не будет остервенело делить между собой оставшиеся куски собственности, чем одиннадцать лет безостановочно занимался путинский режим, а начнет создавать нормальные условия для развития страны.

Россия уже вернулась в 1991 год в том смысле, что запрос на перемены очень велик и будет только нарастать. Более того, сейчас явно обозначилась необходимость удовлетворять запрос на реальных политических лидеров с политическими альтернативами власти.

Трагизм ситуации в том, что Путин надоел разным социальным группам по диаметрально противоположным причинам. А все меры, на которые надо идти любой следующей ответственной власти, очень непопулярны. Но, увы, сейчас мы оказались в ситуации, которую уже очень точно оценили наши горькие анонимные интернет-шутники: «У России впереди два сценария — наихудший и маловероятный». Любой выбор может оказаться горьким для России, но бесконечно уклоняться от выбора и ответственности за страну просто невозможно.

Тeги: Выборы 4 декабря 2011 года, реформы, смена власти

Читать полностью: http://www.gazeta.ru/column/novoprudsky/3920550.shtml