Мысли для начала... мышления

Неграмотными в 21-м веке будут не те, кто не могут читать и писать, а те, кто не смогут научаться, от(раз)учаться и перенаучаться. Элвин Тоффлер

2016-02-29

Мы последние из Могикан и доживаем свою участь свободомыслящих людей

У меня такое впечатление, что последние люди остались только на маленьком русскоязычном пятачке в Фейсбуке. Да, в социальной сети. Это последние люди в мире, которые говорят на русском языке и отстаивают правду, которые видят всю искривлённую, жесточайшую, кровавую реальность, в которой находится и которую чинит Россия. Эти люди - последний оплот, окруженный со всех сторон темнотой и серостью, невежеством и абсурдом, цинизмом и нравственным разложением. Их страдания, их душевные муки за всех, их бессонные ночи, нервные срывы - последние проявления настоящего человека в измождённом пространстве, т.н. русского мира. Пространство это сузилось в одну болезненную точку, сконцентрировалось в свечении наших экранов по всему миру - в Мельбурне, Оттаве, Нью-Йорке, Праге, Осло, Москве, Владивостоке, Пекине, Минске, Киеве и многих других городах этой заблудшей планеты.
Мы - не герои, хотя друг друга этим часто подбадриваем. Мы последние из Могикан и доживаем свою участь свободомыслящих людей, бесславную и незавидную участь, которую мы не променяем ни на какие компромиссы со своей совестью. Я так надеюсь. Мы те, до кого ещё не дотянулись руки российских селекционеров, палачей, ублюдков, которые истребили физически практически всех, кто мыслит честно и прямо, у кого есть совесть, свой голос средь толпы и воля, которая не даёт права встать под кнут.
Мы с бешеным самоотречением, с лютой, праведной ненавистью и гневом сражаемся в информационной войне каждый день. Кто-то жертвует своим здоровьем, некоторые свободой, а единицы жизнью. Практически каждый лишился друзей или оборвал связи с родными. Жертвы эти не всегда осознанны и целенаправленны. По большей частью мы играем в русскую рулетку. Кто уйдёт от нас завтра - неизвестно. Кого посадят, кого убьют, кого загонят и сломают. Но все мы - объявленные жертвы, официально и с самых высоких трибун.
Хочу среди этого безразмерного, вымирающего пространства, усеянного костями и черепами, над которым кружатся в диком раже стервятники, где вместо кислорода - ложь, а вместо воды - кровь, хочу сказать вам всем тихие слова благодарности за то, что вы остаётесь людьми, что вы думаете, что внутри вас - горит то пламя, которое призвано освещать дорогу остальным. Спасибо, что не бережёте его, не скупитесь им понапрасну. Да и вы не можете иначе. Вы настоящие. Живите, любите и помните всё.

Конго уже здесь...


Признаю. Я был неправ. Когда я говорил про скорую конголизацию России - я, безусловно, ошибался. Шахтеров на третий день затопили (вспомните, как спасали горняков в Чили) - да и фиг с ним, обдолбанная тетка ходит около метро с головой рчетырехлетней девочки и криками "Аллах Акбар" - и В ТЕЧЕНИЕ ЧАСА!!! - нет никакой реакции полиции, ублюдки с РЕН-ТВ показывают эти кадры в прямом эфире, детей выбрасывают из окон как окурки, шахты взрываются как петарды, газ в квартирах тоже, краны падают как сухостой, оператор в "Сбербанке", пока снимали деньги с вклада, сказала, что почти каждый день грабят либо какое-то отделение, либо банкомат (иногда при помощи взрыва), посреди белого дня в Питере сжигают инкассаторскую машину, разборки со стрельбой из девяностых уже опять стали привычными, поклонники вуду отрубают руки по локоть и ноги по колено курсанту академии МЧС, пьяный бизнесмен сбивает пермского депутата, вызывает сторожа, чтобы отвезти его в больницу, по дороге улетают в кювет, убегают, а депутат умирает на заднем сидении, политиков расстреливают около Кремля, люди замерзают в буранах на федеральной трассе, а суд казнит ноутбук с мышкой.
Рустем Адагамов приводит вот статью в норвежской VG. Согласно данным Управления ООН по наркотикам и преступности 70% убийств на территории Европы совершаются в России. При этом в ней живут всего 19% жителей этой части света. По сравнению с Норвегией уровень убийств выше в двадцать раз.
Вы только задумайтесь над этим. Одна пятая Европы совершает три четверти убийств. И это еще без учета войн.
Так что я не прав. Конго к нам не придет.
Конго - уже здесь.

2016-02-26

«Нельзя делить всё на чёрное и белое»


"Нельзя делить всё на чёрное и белое". Эту пластилиновую, недоэтическую, абсолютно инфантильную сентенцию я слышу регулярно. "У всего есть оттенки" - продолжаете вы и смиренно опускаете глаза, мол, мы не такие, чтобы судить, мы просто знаем, что всё не так просто... Я сейчас поговорю с вами про оттенки, любители неоднозначного и двусмысленного. Для начала - разочарую. Вы все - монстры. Чтобы было понятнее - вы те, кто стыдливо прячетесь в тени ваших обывательских садов, изображая мораль, пока остальных ставят к стенки. Так вот - те, кто ставят к стенке многим симпатичнее, чем вы. Вы скользкие, вы глубоко трусливые и внутри у вас - жижа. А палачи голые в своей чудовищности. Вот до вас долетает эхо залпа, как тяжело падают тела вы не слышите - слишком далеко от вас, слишком. И вы бродите по своему саду и думаете - "всё не так однозначно, с одной стороны убили, а с другой опробовали новые винтовки..."
Все, да - все, кто считает или видит в Сталине и его времени некую подоплёку, какие-то грани, положительные и отрицательные стороны, все вы - моральные уроды. Завершенные, сформировавшиеся за несколько поколений стукачей-палачей, полные уроды. Ваши сдвиги в понимании добра и зла - тектонические по силе и масштабу. И то, что вы сегодня хромаете против Путина, попискивая что-то нечленораздельное из своих садов, тех самых садов, по которым ходили ваши деды и бабки до которых долетали звуки залпов - ничего не значит. Вы можете быть сотню раз против Путина и две сотни раз против войны с Украиной, но если в вашем сознании, в вашем сердце, в вашей душе или что там у вас внутри зарыто, до сих пор есть малейшие сомнения по поводу режима Сталина, режима СССР, то вы не просто не оппозиционеры, вы - лучший приплод Путинского времени. Многим "лучше", чем оголтелые ватники.
Сегодня Россия - рецидивистка. И это самое ужасное. Что всё повторяется. А точнее - продолжается. И самое большое преступление - это повторение этого преступления. И самое омерзительное, что свидетели и/или участники преступления недавнего прошлого сейчас среди нас - их большинство. И они ничего не поняли. Или не хотят понимать.
Россия никогда не станет человечной, процветающей и свободной страной, пока по улицам Ленина с георгиевскими лентами, вплетенными в мозги, тут ходят "мыслители", для которых всё неоднозначно, так туманно и сложно. Только чёрное и белое. Только называть вещи своими именами. Менять у себя в голове всё - представления об обществе, государстве, свободах и правах, избавляться буквально от каждой запятой советского прошлого. Иначе: есть Путин или нет Путина - ничего не изменится.

Беззащитное чувство патриотизма

http://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2016/02/26/631500-bezzaschitnoe-chuvstvo-patriota

2016-02-25

Избегайте новостей

Go to the profile of Danila

Избегайте новостей

Здесь и далее – мой перевод статьи Avoid News, автор – Rolf Dobelli. Если вы владеете английским, то дальше можно не читать, просто проходите по ссылке.

Эта статья – антидот для новостей. Она длинная, поэтому возможно у вас не получиться бегло ее прочитать. Благодаря массовому потреблению новостей, многие утратили способность читать более четырех страниц за раз. Эта статья покажет вам как вырваться из этой ловушки, если вы еще не увязли слишком глубоко.

Новости для ума подобны сахару для тела

Мы так хорошо информированы, но при этом знаем так мало. Почему? Потому что 200 лет назад мы придумали ядовитую форму знаний, так называемые новости. Пришло время выявить губительные эффекты от новостей и предпринять меры, чтобы оградить себя от опасности.
По своей сути мы являемся пещерными людьми в костюмах и платьях. Наши мозги оптимизированы для охоты и собирательства, для проживания в небольших группах от 25 до 100 человек, для выживания в условиях ограниченного количества еды и информации. Сегодня наши мозги и тела живут в мире, к которому они совершенно не приспособлены. Это приводит к огромным рискам и опасному поведению.
За последние десятилетия наиболее удачливые из нас поняли опасность жизни в условиях избытка пищи (ожирение, диабет) и начали менять свои диеты. Но большинство из нас не понимают, что новости для мозга – это как сахар для нашего тела. Новости легко поглощать. Нас кормят небольшими кусочками простой информации, которая не касается нашей жизни и которая не требует умственных усилий. Поэтому мы почти не испытываем насыщения. В отличие от чтения книг и длинных статей, которые требуют умственных усилий, мы можем поглощать бесконечное количество ярких новостей, таких же ярких как маленькие конфетки для нашего мозга.
Сегодня мы достигли точки перегрузки информацией, так же как мы дошли до точки перегрузки едой 20 лет назад. Мы начинаем понимать как токсичны могут быть новости. И мы делаем первые шаги к информационной диете.
Это моя попытка прояснить опасности, исходящие от новостей и порекомендовать пути борьбы с этими опасностями. Я уже год живу без новостей, поэтому могу видеть и описывать результаты этой свободы: меньше отвлечения, больше времени, меньше нервов, глубже мысли, больше открытий. Это нелегко, но это того стоит.
Далее приводятся причины, по которым стоит отказаться от новостей.

Причина №1: новости систематически вводят нас в заблуждение

Новости не дают никакого реального представления о мире. Наш мозг обращает внимание в первую очередь на визуальную, масштабную, сенсационную, скандальную, быстротекущую, громкую информацию в виде историй. И мозг в силу своей ограниченности не очень-то обращает внимание на длинные, абстрактные, медленные и сложные куски знаний. Яркие истории очень полезны для выживания: «В округе появился тигр-людоед!». Это полезная информация. Поэтому мозг и привык обращать на нее особое внимание. Медиаорганизации во весь рост используют это когнитивное искажение.
Что делают телеканалы и газеты? Они фокусируются на ярком визуальном образе. Главное – картинка, даже если она скрывает более важные, но скучные вещи. Так захватывается наше внимание, так работает бизнес-модель. Нашему мозгу нравятся вкусные истории, их легко поглощать. Рассмотрим на примере: машина въезжает на мост и мост рушится. О чем будут говорить в телевизоре? О машине. О водителе. О том куда он ехал. О том, какой он был человек. Сколько у него было детей. Но это все вообще не важно. А что важно? Структурная целостность моста. Изъян в конкретном мосте, который может привести к обрушению других мостов. Вот какой урок из этого стоит вынести. Какая разница, какая была машина? Любая машина могла обрушить мост, это мог быть сильный ветер или бродячая собака. Так почему телевидение заостряет внимание на машине? Потому что это яркий и драматичный образ, это личная история. А еще такие новости дешево изготавливать. Зачем искать каких-то экспертов по мостам и анализировать сопротивление материалов? Проще взять интервью у соседки погибшего и сделать фото искореженной машины.
В результате стараний медиаслужб, мы имеем в голове абсолютно неправильную карту рисков:
- терроризм переоценен, хронический стресс недооценен
- банкротство Lehman Brothers переоценено, фискальная дисциплина недооценена
- космонавты переоценены, медсестры недооценены
- Бритни Спирс переоценена, доклад об изменениях климата недооценен
- авиакатастрофы переоценены, сопротивляемость к антибиотикам недооценена
Мы недостаточно рациональны, чтобы сопротивляться давлению современных медиа. И это очень опасная вещь, поскольку оценка рисков, которую мы получаем из новостей абсолютно отличается от настоящих рисков, которые нам грозят. Просмотр новостей об авиакатастрофах изменит вашу оценку рисков, каким бы умным вы не были. Если вы думаете, что сможете компенсировать это искажение путем внутреннего созерцания – вы ошибаетесь. Даже банкиры и экономисты, у которых есть реальные стимулы сопротивляться новостным угрозам оказались беспомощными. Единственное решение – полностью отрезать себя от потребления новостей.

Причина №2: новости не важны

За прошедший год вы прочитали где-то 10 тысяч новостных историй. Назовите хотя бы одну новость, которая позволила сделать более правильное решение относительно важного аспекта вашей жизни, вашей карьеры или бизнеса. Могли ли вы принять такое решение, получая информацию из других источников, а не из телевизора?
Смысл в том, что новости, которые нам показывают, не имеют важного значения относительно сил, которые реально на нас влияют. В лучшем случае новости развлекают, но в любом случае они бесполезны. Представьте, как бы странно это не звучало, что вы нашли полезную новость. Новость, которая существенно улучшила вашу жизнь. Сколько бесполезной информации придется переработать, чтобы получить этот ценный кусочек информации? Мы не можем определить заранее ценность каждой новости, поэтому вынуждены поглощать все подряд. Оно того стоит? Вряд ли.
В 1914 году новость об убийстве Франца Фердинанда должна была затмить все остальные по своей значимости. Но это была лишь одна из тысяч новостей. Рядовой Швейк и рядовой репортер считали это не более чем очередным политическим убийством. Уж точно не поворотной точкой в истории человечества. Первый интернет браузер появился в 1995 году. Это огромный шаг для всего человечества, который остался без особого внимания прессы.
Людям очень сложно определять, что действительно важно. Гораздо проще определять что-то новое. У нас нет органов восприятия важности информации. Важность не определяется природным путем. В отличие от новостей. Важное против нового – это фундаментальная борьба современного человека.
Новости наводняют нас воззрениями, которые не релевантны. Что значит не релевантны? Это значит они не важны лично для вас. То что важно – решать вам. Не стоит поручать это новостным каналам. Для новостных каналов важное – это любая сказка, которая продает миллионы копий. Дарфур, Пэрис Хилтон, крушение поезда в Китае, какой-нибудь идиотский мировой рекорд по поеданию 78 чизбургеров в час. Эти обманные уловки лежат в самой основе медиабизнеса. Что-то преподносится как важное, а деле это лишь новость.
Медиаорганизации хотят, чтобы мы поверили в то, что новости дают нам некое конкурентное преимущество перед остальными. И многие в это верят. Мы нервничаем, когда нас отключают от новостного потока. Мы боимся пропустить что-то важное. Но на самом деле, потребление новостей – это лишение себя конкурентных преимуществ. Чем меньше новостей вы будете потреблять, тем больше у вас преимуществ перед остальными.
Боитесь пропустить что-то важное? Из моего опыта, если случается действительно что-то важное, вы услышите об этом, даже если живете в коконе, который защищает вас от новостей. Друзья и коллеги расскажут вам обо все сами, причем более достоверно чем новостные организации. Они добавят от себя в качестве бонуса метаинформацию, поскольку они знают ваши приоритеты, а вы знаете их склад ума. Вы узнаете гораздо больше о важных событиях и социальных сдвигах читая специализированные журналы, хорошие книги или просто общаясь с людьми, которых вы знаете.

Причина №3: новости ограничивают понимание

Новости ничего не объясняют. Новости – это маленькие пузырьки, которые лопаются над поверхностью более глубокого мира. Новостные агентства иногда гордятся тем, что корректно преподносят факты. Но эти факты – это вторичный продукт более глубоких причин. И новостные организации и потребители новостей заблуждаются, когда думают, что сухие факты приводят к пониманию мира.
Сами по себе «факты» не так важны, как нити, связывающие их. На самом деле, нам нужно понимать процессы, лежащие в основе фактов. Понять, как все работает. К сожалению, очень немногие новостные организации объясняют реальные причины, поскольку процессы, которые приводят к существенным социальным, политическим и экологическим сдвигам практически невидимы. Они сложны, нелинейны и тяжелы для наших мозгов. Почему новостным организациям нравится легкий контент - скандалы, анекдоты, истории про людей, картинки? Ответ простой – этот контент дешевле производить. Важные темы – это не истории, это сильные трансформирующие движения, которые не привлекают особого внимания журналистов.
Многие люди верят в то, что чем больше информации, тем лучше решения, которые они принимают. Новостные организации поддерживают эту веру. Черт возьми, это же в их интересах. Но приблизит ли вас накопление фактов к лучшему пониманию мира? К сожалению нет. На самом деле все как раз наоборот. Чем больше «маленьких фактов» вы потребляете, тем меньше понимания картины в целом.
Нет никаких свидетельств о том, что инфозависимые люди принимают лучшие решения. Они точно не лучше среднестатистического человека. Если бы большее количество информации вело к денежному благополучию, журналисты были бы наверху пирамиды. Так что не в этом дело, все как раз наоборот. Мы не знаем точно, что именно делает людей успешными, но уж точно не накопление обрывков новостей.
Чтение новостей для понимания мира это хуже чем не читать ничего вообще. Лучше вообще полностью отказаться от потребления новостей. Лучше читать книги и содержательные журналы вместо глотания сенсационных заголовков.

Причина №4: новости вредят вашему здоровью

Новости постоянно обращаются к нашей лимбической системе. Панические истории приводят к выбросу глюкокортикоидов (кортизола). Это нарушает работу иммунной системы и приводит к росту гормонов. Проще говоря, тело находится в состоянии постоянного стресса. Высокий уровень глюкокортикоидов приводит к нарушению пищеварения, подавлению роста клеток, неврозам и подверженности инфекциям. Потребители новостей рискуют собственным здоровьем. Другие побочные эффекты – страх, агрессия, туннельное мышление и десенсибилизация.

Причина №5: новости существенно усиливают когнитивные искажения

Новости питают мать всех когнитивных искажений - склонности к подтверждению своей точки зрения (confirmation bias). Мы автоматически и систематически отбрасываем ту информацию, которая противоречит нашим более ранним убеждениям в пользу той информации, которая подкрепляет эти убеждения. Как говорил Уоррен Баффет: «В чем люди действительно хороши, так это в том, чтобы интерпретировать любую новую информацию так, чтобы предыдущие заключения оставались нетронутыми.» Это и есть склонность к подтверждению своей точки зрения. Потребление новостей, особенно специализированных, обостряет этот недостаток нашего мозга. В результате мы ходим в облаке вроде как подтверждающих данных, несмотря на то, что наши теории об устройстве мира могут быть ложными. Мы становимся самоуверенными, берем на себя глупые риски и недооцениваем возможности.
Новости питают еще одно искажение – склонность верить историям (story bias). Наш мозг любит «складные» истории, даже если они не очень соотносятся с реальностью. А новостные организации только рады дать нам эти фейковые сказки. Вместо того, чтобы сообщить о падении (или увеличении) рынка на 2%, телевизор говорит нам: «Рынок упал на 2% из-за Х». Этот «икс» может быть прогнозом прибыли, страхом из-за евро, статистикой по зарплатам, решением властей, террористической атакой в Мадриде, забастовкой метро в Нью-Йорке, рукопожатием двух президентов, да чего угодно на самом деле.
Это напоминает мне институт. Мой учебник по истории определял семь (не шесть и не пять) причин Французской Революции. Дело в том, что мы не знаем точно почему случилась революция. И почему она случилась в 1789 году. И мы не знаем почему рынок идет вверх или вниз. Слишком много факторов влияют на движение. Мы не знаем почему вспыхивают войны, как совершается технологический прорыв или почему скачет цена на нефть. Любой журналист, который пишет «рынок вырос потому что Х» или «компания обанкротилась по причине Y» является идиотом. Конечно Х мог повлиять, но это до конца не выяснено, а ещё есть другие влияния, которые могут быть куда более существенными. В большинстве случаев, новостные статьи – это просто анекдоты и байки, в которых нет никакой информации для нормального анализа. Я сыт по горло этим дешевым способом объяснения мира. Это неправильно. Это нерационально. Это обман. И я отказываюсь засорять свою голову.

Причина №6: новости тормозят мыслительный процесс

Мышление требует концентрации. Концентрация требует, чтобы вас не беспокоили. Новости это как свободные радикалы, которые мешают ясному мышлению. Новости специально сконструированы так, чтобы отвлекать вас. Они как вирусы, которые крадут ваше внимание. И сейчас речь не о потери времени, об этом позже. Это о неспособности думать ясно, потому что вы открылись для отвлекающего новостного потока.
Есть два типа памяти. Ёмкость долгосрочной памяти практически бесконечна. Ёмкость краткосрочной памяти крайне ограничена, попробуйте повторить десять цифр телефона после одного прослушивания. Путь от краткосрочной к долгосрочной памяти – это узкое горлышко в нашем мозге, но все что вы хотите понять, должно пройти через него. Если этот путь прегражден, ничто не пройдёт. Новости снижают концентрацию, а значит ослабляют понимание.
Вы не посещаете Париж за час и не пробегаете музей за две минуты. Почему? Потому что мозгу нужно время на разогрев. Переход в состояние концентрации требует минимум 10 минут чтения. За меньшее время ваш мозг будет обрабатывать информацию вхолостую едва сохраняя что-либо в памяти. Новости это как ветер обдувающий ваше лицо. Вспомните для примера топ-10 новостей месячной давности (которые уже нет в лентах). Если вам тяжело что-то вспомнить, то вы не одиноки. Зачем же потреблять информацию, которая никак не увеличивает объём знаний?
Негативный эффект новостей в интернете ещё сильнее. В 2001 году два канадских учёных выявили, что понимание снижается по мере роста количества ссылок в статье. Почему? Потому что каждый раз когда вы видите ссылку, мозгу нужна минимум минута на то, чтобы решить преходить по ней или нет, что оказывает отвлекающий эффект.
Потребители новостей плохи в определении важности информации, а потребители онлайн-новостей плохи вообще во всем. Новости это отвлекающая система. Она привлекает внимание лишь для того, чтобы потом запутать. В дополнение к низкому уровню глюкозы в крови, новости это самое большое препятствие к ясному мышлению.

Причина №7: новости изменяют структуру вашего мозга

Новости работают как наркотики. Новостной сюжет развивается и мы естественно хотим узнать, что будет дальше. Чем больше таких сюжетов в голове, тем сложнее становится устоять и игнорировать это желание. Почему новости настолько аддиктивны? Как только вы приобретаете привычку проверять новости, вам хочется проверять их все чаще. Ваше внимание обращено на быстроразвивающиеся сюжеты и у вас жажда получить больше информации о них.
Это связано с механизмом длительной потенциации (long-term potentiation) и системой вознаграждений в вашем мозге. Зависимые требуют больше наркотика для своего удовлетворения, поскольку им нужна большая стимуляция чтобы достичь порога удовлетворения. Если вы обратите свое внимание на другие вещи, на литературу, науку, историю, готовку, уходу за собакой, на что угодно, вы сфокусируетесь на этом. Так работает наш мозг. Раньше ученые думали, что плотные связи из 100 миллионов нейронов нашего мозга в целом фиксируется как только мы взрослеем. Сейчас мы знаем, что это не так. Мозг человека очень пластичен. Нервные клетки постоянно рвут старые связи и устанавливают новые.
Как только мы адаптируемся к новому культурному феномену, такому как потребление новостей, наш мозг меняется. Адаптация к новостям происходит на биологическом уровне. Новости перепрограммируют нас. То есть наш мозг работает по другому даже когда мы не потребляем новости. И это опасно. Чем больше новостей мы потребляем, тем больше мы развиваем нейронные связи отвечающие за беглый анализ и многозадачность забывая при этом развивать связи ответственные за вдумчивое чтение и фокусированное мышление. Большинство потребителей новостей, даже если они раньше много читали, теряют способность читать и воспринимать длинные статьи и книги. После четырех-пяти страниц они устают, их концентрация падает, растет беспокойство.
Это происходит не потому что они становятся старше или потому что у них не хватает времени. Это потому что физическая структура их мозга изменилась. Цитируя профессора Michael Merzenich, пионера в нейропластичности: «Мы приучаем наши мозги обращать внимание на ерунду.» Вдумчивое чтение и глубокое мышление по сути одно и то же. Когда вы потребляете новости, структура вашего мозга меняется. То есть меняется ваш способ мышления. Возвращение способности концентрироваться и созерцать требуют полного отказа от новостей, не больше не меньше.

Причина №8: новости – это дорого

Новости отнимают время. Они требуют чрезмерных трат. Новости тратят продуктивность тремя путями. Во-первых, посчитайте время на потребление новостей. Это время, которые вы тратите на чтение, прослушивание или просмотр новостей. Во-вторых, добавьте сюда время на переключение внимания. Это время, которое вы тратите на то, чтобы вернуться к делам, от которых вас отвлекли новости. Вам нужно время собраться. Чем вы там занимались до этого? Каждый раз, когда вы отвлекаетесь на новости, переориентация фокуса требует больше времени. В-третьих, новости отвлекают нас даже после того как мы прожевали все горячие темы. Отрывки новостей и яркие картинки могут возникать в вашей голове спустя часы или даже дни после прочтения новостей, отвлекая вас от мыслительного процесса.
Если вы читаете газету 15 минуту каждое утро, затем смотрите новости 15 минут во время обеда и 15 минут перед сном, вы теряете много времени. Плюс, добавьте по 5 минут когда вы в офисе на то, чтобы вернуться к делам. Итого вы теряете половину дня в неделю. Половина дня – и ради чего? В планетарном масштабе, потери продуктивности невероятно велики. Возьмем для примера террористическую атаку в Мумбае в 2008 году. Террористы убили 200 человек в целях леденящей душу саморекламы. Предположим, миллиард человек потратил 1 час своего внимания на просмотр новостей и говорящих голов в телевизоре, на размышления о трагедии. Это грубая оценка, но не число с потолка. В одной только Индии живет миллиард человек. Многие индусы провели дни за телевизором следя за драматическими событиями. Миллиард людей умножить на миллиард часов – это больше чем 100 тысяч лет. Средняя продолжительность жизни на сегодняшний день – 66 лет. То есть приблизительно 2000 жизней было поглощено потреблением новостей. Это намного больше количества убитых людей. В некотором роде дикторы новостей стали невольными пособниками террористов.
Трагедия в Мумбае имела хотя бы какое-то влияние на мир. Взгляните на потерянные часы когда умер Майкл Джексон – никакого содержания в репортажах и миллионы потраченных часов. Информация это уже давно не дефицитный товар. В отличие от внимания.

Причина №9: новости уничтожают зависимость между репутацией и достижением

Репутация влияет на то, как люди взаимодействуют в обществе. В нашем древнем прошлом репутация человека напрямую зависела от его достижений. Вы видели как ваш соплеменник убил тигра голыми руками и вы рассказываете всем о том, какой он смелый. С появлением массового производства новостей в общество проникла странная концепция «славы». Слава обманчива, поскольку в общем и целом люди становятся знаменитыми за поступки, которые мало влияют на нашу жизнь. Медиа дарит славу кинозвездам и телеведущим ни за что. Новости уничтожают зависимость между репутацией и достижением. Проблема в том, что дурная слава вытесняет достижения тех, чем вклад был более существенным.

Причина №10: новости пишут журналисты

Хороший журналист тратит время на подготовку статьи, проверяет факты и пытается вникнуть в суть вещей. Но как и в любой профессии, в журналистике достаточно некомпетентных и нечестных представителей, у которых нет времени или способностей к глубокому анализу. Вы можете не заметить разницы между безупречным профессиональным отчетом и сделанной наспех за количество знаков статьей, написанной корыстным журналистом. Все это выглядит как новости. По моей оценке меньше 10% статей подлинны. Меньше 1% статей исследуют что-либо. И лишь раз в 50 лет журналисты открывают Уотергейт. Многие журналисты делают новости наспех на основе других новостей, всем известных фактов, поверхностного анализа и всего чего угодно найденного в интернете. Журналисты копируют друг у друга куски текста не удосуживаясь проверять и корректировать промежуточные версии. Копирование копий других копий приумножают изъяны и бесполезность сюжетов.

Причина №11: факты ошибочны иногда, прогнозы – всегда

Иногда факты в новостях просто неверны. С уменьшением редакционных бюджетов в большинстве издательствах, факт-чекинг под угрозой исчезновения. Журнал The New Yorker знаменит своим факт-чекингом. Говорят, что когда в статье упоминается Эспайр Стейт Билдинг, кто-то из отдела факт-чекинга обязан пойти и визуально убедиться, что здание стоит на своем месте. Не знаю, правда это или нет, но смысл понятен. Сегодня факт-чекеры – это вымирающий вид в большинстве новостных компаний. Многие новости включают в себя прогнозы, но точное прогнозирование в нашем сложном мире невозможно. Все говорит о том, что прогнозы журналистов, финансовых аналитиков, военных и технологических экспертов практически всегда ошибочны. Так зачем читать этот мусор? Предсказали ли газеты Первую мировую войну, Великую депрессию, сексуальную революцию, распад Советского Союза, появление интернета, сопротивляемость антибиотикам, падение рождаемости в Европе, увеличение количества депрессий? Возможно вы найдете несколько точных прогнозов в море ошибочных.
Неточные прогнозы не только бесполезны. Они вредны. Вы можете увеличить точность прогнозов отключив новости и кидая вместо этого кости. Или, если вы готовы к глубокому анализу, читайте книги и уважаемые журналы, чтобы понять как работают невидимые источники, влияющие на мир.

Причина №12: новости манипулятивны

Эволюция подарила нам отличный детектор вранья в личных встречах. Мы автоматически замечаем попытки манипулирования, мы обращаем внимание не только на слова, но и на жесты, выражение лица, мы видим, что собеседник нервничает, краснеет, замечаем потные ладони, мы чувствуем запах тела. Когда мы жили в небольших группах, мы почти всегда знали бэкграунд собеседника. Информация всегда приводила в сопровождении дополнительных метаданных.
В современном мире даже внимательному читателю тяжело выявлять отвратительные предвзятые новости от заинтересованных лиц. Зачем тогда это читать? Сюжеты содержат в себе скрытую рекламу (advertising bias), несут в себе скрытый интерес владельцев медиаресурса (corporate bias), практически все медиа сообщают только то, о чем говорят все все остальные и избегают сообщать о том, что может кого-то обидеть (mainstream bias). Пиар-индустрия, по размерам не уступающая индустрии новостей, является лучшим доказательством того, что журналистами и новостными организациями можно манипулировать, как минимум влиять на них. Корпорации, политики и прочие организации не тратили бы на пиар такие огромные деньги, если бы пиар не работал. Если можно манипулировать даже журналистами, у которых должно быть врожденное скептическое отношение к организациям, то почему вы думаете, что вы не подвержены этим уловкам? Возьмите для примера историю про медсестру Наиру (Nayirah). Наира была пятнадцатилетней кувейткой, которая давала показания Конгрессу США в ходе подготовки войны в Кувейте в 1991 году. Она заявляла, что была свидетельницей убийства малолетних детей иракскими солдатами. Практически все новостные организации осветили эту историю. Общественность была в ярости, что подтолкнуло конгресс к развязыванию войны. Показания Наиры, которые представлялись всем достоверными, оказались военной пропагандой. Журналисты формируют общую картину и сюжеты для обсуждения. Они формируют общественную повестку. Подождите, а мы хотим, чтобы журналисты формировали общественную повестку? Мне кажется, повестка формируемая журналистами – это неправильная демократия.

Причина №13: новости делают нас пассивными

Новости практически всегда посвящены сюжетам, на которые вы не можете повлиять. Это формирует фаталистические взгляды у читателей. Сравните это с нашим древним прошлым. Эволюция приучила нас действовать после получения информации. Но ежедневное повторение новостей, с которыми мы ничего не можем поделать, делает нас пассивными. Это высасывает нашу энергию. Это капает нам на мозг до тех пор пока мы начнем видеть мир негативным, бесчувственным, саркастичным и фаталистичным.
Мозг под воздействием массива неоднозначной информации без возможности реагирования отвечает пассивностью и позицией жертвы. Для этого есть научный термин – синдром приобретенной беспомощности (learned helplessness). Возможно я преувеличиваю, но мне кажется, потребление новостей как минимум частично влияет на распространение депрессий в мире. Если наложить все на ось времени, то можно увидеть, что начало роста депрессий почти идеально совпадает с расцветом массмедиа. Возможно это совпадение, а возможно постоянные упоминания о пожарах, наводнениях и потерях (даже если они происходят где-то далеко) непосредственно влияют на рост депрессии.

Причина №14: новости создают иллюзию заботы

Кэтлин Норрис (несмотря на то, что я не разделяю большинство ее идей) как-то сказала: «Нам может быть и хочется ощущать себя причастными, когда наш взгляд скользит от одной новости к другой, на экране репортаж о звезде NBA, а внизу бегущие котировки акций. Но непрекращающаяся бомбардировка словами и изображениями делает нас неспособными к заботе.» Новости окутывают нас теплым чувством единения со всей планетой. Мы все – граждане мира. Мы все соединены. Наша планета – это глобальная деревня. Мы поем «We Are the World» и машем маленькими огоньками зажигалок в идеальной гармонии с тысячи людей вокруг. Это дарит нам светящееся уютное ощущение, которое создает иллюзию заботы, но ни к чему не ведет. Это красивая картинка братства всего живого похожа на огромную химеру. Дело в том, что новости не делает нас ближе друг к другу. Мы становимся ближе когда взаимодействуем и торгуем.

Причина №15: новости убивают креативность

Вещи, о которых мы все знаем, ограничивают наше творчество. Это одна из причин, по которой писатели, математики, композиторы и предприниматели создают наиболее креативные работы будучи молодыми. Их мозги наслаждаются простором и свободой, которая заставляет их придумывать новые идеи. Я не знаю ни одного по настоящему творческого человека, который был бы при этом информационным наркоманом, а не писателем, композитором, математиком, врачом, ученым, музыкантом, дизайнером, архитектором или художником. С другой стороны я знаю достаточно много умов, лишенных креатива, которые поглощают новости как наркотики. Негативный для креативности эффект может объясняться еще более простым фактором, который мы обсуждали ранее – отвлечением. Я просто не могу себе представить как придумать новую идею постоянно отвлекаясь при этом на новости. Если вы ищете новые решения – не читайте новости.

Что делать

Не читайте новости. Вообще. Уходите в полную завязку. Сделайте новости максимально неедостижимыми. Удалите все новостные приложения с телефона. Продайте телевизор. Отмените подписку на новости. Не прикасайтесь к газетам и журналам в аэропортах и на вокзалах. Не устанавливайте новостные сайты на странице по умолчанию. Пусть это будет страница, которая никогда не меняется. Чем больше стабильности, тем лучше. Удалите все новостные сайты из закладок. Все виджеты и приложения с настольного компьютера. Если вам хочется сохранить иллюзию и не пропустить «что-то важное», я рекомендую читать страницу резюме в журнале Economist. Не тратьте на это больше 5 минут.
Читайте журналы и книги, которые объясняют как устроен мир – Science, Nature, The New Yorker, The Atlantic Monthly. Читайте журналы, которые соединяют точки и не боятся объяснять сложность нашего мира или просто развлекают нас. Мир сложен, с этим ничего не поделаешь. Поэтому, вам нужно читать длинные статьи и книги, которые отражают в себе эту сложность.
Попробуйте читать по книге в неделю. Лучше две или три. Хорошо, если это будет история. Биология. Психология. Читая, вы будете понимать как устроен мир. Лучше глубже, чем шире. Выбирайте материал, который действительно вам интересен. Наслаждайтесь чтением. Первая неделя будет самой тяжелой. Решение не проверять новости требует дисциплины. Вы боретесь с встроенными в ваш мозг механизмами. В начале вы будете чувствовать себя не в своей тарелке, возможно даже социально изолированными. Каждый день у вас будет искушение перейти на новостной сайт. Не делайте этого. Вы в завязке. Проживите 30 дней без новостей. По истечении месяца отношение к новостям будет более легким. Вы обнаружите, что у вас стало больше свободного времени, больше концентрации и больше понимания мира. Через некоторое время вы поймете, что даже несмотря на ваше новостное затворничество, вы не пропустили и не пропустите ни одного важного факта. Если какая-то информация действительно важна для вашей профессии, вашей компании, семьи или сообщества, вы услышите эту информацию. От друзей, от тещи, от кого угодно с кем вы общаетесь. При встрече с друзьями спрашивайте, что важного происходит в мире. Это отличный способ начать разговор. Хотя чаще всего вы будете слышать, что ничего важного не происходит. Вы боитесь стать отшельником из-за своего вненовостного существования? Ну, вы наверное не будете знать о том, что Линдси Лохан попала в тюрьму, но зато у вас будут более интеллектуальные факты, чтобы поделиться с друзьями. Вы можете рассказать о культурном значении еды, которую вы едите или об открытии экзопланет. Люди это оценят.

Хорошие новости

Обществу нужны журналисты. Но немного другие. Исследовательская журналистика важна для любого общества. Нам нужно больше хардкор-журналистов, раскапывающих значимые истории. Нам нужны отчеты, контролирующие наше общество и открывающие правду. Лучший пример – Уотергейт. Но важные расследования необязательно должны приходить в виде новостей. Часто срочность не так важна. Длинные статьи в журналах и книги – это отличная площадка для дискуссий и журналистики расследований. И поскольку вы отказались от чтения новостей, у вас будет время все прочитать.

О ПРЕИМУЩЕСТВАХ ЧЕСТНОСТИ В ПОЛИТИКЕ

О ПРЕИМУЩЕСТВАХ ЧЕСТНОСТИ В ПОЛИТИКЕ

2016-02-17

Современному миру грозит противоборство предельных ценностей

Анатолий Ахутин: Современному миру грозит противоборство предельных ценностей

http://uisgda.com/ru/novosti/1208-anatoliy-ahutin-sovremennomu-miru-grozit-protivoborstvo-predelnyih-tsennostey/

— Анатолий Валерианович, Вы когда-то обосновали положение, согласно которому ««природа» была открыта в глубине культуры» – то есть даже наиболее фундаментальные мировоззренческие убеждения и практические установки с ними связанные имеют относительный статус. Не означает ли это, что европейский способ культурного бытия — секуляризированный и направленный на изменение-подчинение природы — является следствием случайных культурных мутаций, а значит, есть «делом вкуса»?

— К сожалению, должен сразу не согласиться с самой формулировкой вопросов. Причем по всем пунктам.

Во-первых, я обосновывал положение, что в XVI-XVII веках была открыта не вообще природа, а «природа» как бесконечный и неведомый предмет методического познания. Это методическое познания природы, неведомой, но устроенной тоже методически, а именно — как механизм, как скрытая техника. Поэтому и познание ее устроено технически (экспериментально, инструментально), и познается природа как потенциальная техника («машина»). В античности «природа» в ее «природности» понималась иначе, а именно — как самобытная «природа вещей», относительно которой человеческая «техника» была делом искусственным, «природе» посторонним. В Средние века «природа» открыта как творение Творца… Когда я говорю «открыта», я имею в виду способ существования в жизненном мире человека чего-то такого, как природа, а не чьи-то взгляды или убеждения. Во-вторых, изменения, определяющие эпохальные миры европейской культуры, происходят отнюдь не как «случайные мутации» и уж ни в каком смысле не могут считаться «делом вкуса». Изменялись не мировоззренческие убеждения, а то, что раньше, глубже и необходимей всех убеждений и мировоззрений. Назову это метафизическим или онтологическим основанием культуры. Эпохальные изменения происходят в этом основании, а не в случайных мнениях людей. Можно ли назвать современную астрофизику делом вкуса? Так же точно нельзя назвать делом вкуса и мир, подробно выясненный, например, в «Сумме теологии» св. Фомы Аквинского. В-третьих, смысл эпохального рубежа, отделяющего культурный мир европейского средневековья от того, что называют эпохой Нового времени (или Модерном), уясняется в глубинах богословской-философской мысли (Н. Кузанский, Ф. Суарес, Дж. Бруно, Р. Декарт…), а вовсе не в сфере взглядов, мнений, вкусов. В-четвертых, «европейский способ культурного бытия» определяется отнюдь не только этой, ближайшей к нам по времени культурной эпохой. Бытие европейской культуры включает в себя культурное бытие ее исторических эпох (Гомера мы читаем наряду с Шекспиром или Джойсом как равнозначимые произведения европейской культуры; Аристотель, Лейбниц и Деррида — в культурном бытии философской мысли — современники). Исторические цивилизации Европы — Греция, Рим, Византия, Средневековье, Модерн… — возникают, устраиваются, трансформируются, исчезают, но в культурном бытии Европы они продолжают существовать как оригинальные культурные субъекты. В этом смысле европейский способ бытия как бытия европейской культуры складывается как перманентный ренессанс. Культурное бытие это только возможность, но эта возможность включает в себя возможность актуально соучаствовать в этом бытии всем эпохальным субъектам европейской культуры. В-пятых, секуляризованный и направленный на изменение-подчинение природы мир ни в малой мере не составляет существо европейской культуры. Этот идеологический образ не отвечает даже культурному смыслу Нового времени. В этом идеологическом образе с «западной» культурой отождествляется только одна сторона современной евро-американской цивилизации: мир научно-технической модернизации и соответствующая ему форма социального устройства. Что же до европейской культуры, то ее религиозное измерение не определено полюсами «вероисповедный — секулярный». Европейская культура существует во встрече разных конфессий, ее сакральный текст (Библия) конфессионально разнороден, а богословская традиция включает во внутренний диалог веры с самой собой всю философию, поначалу греческую (неоплатонизм, позже аристотелизм), а затем арабскую и… всяческую. Сомнение, атеизм, богоборчество, тема «смерти Бога», мир, «лишенный смысла», — все это формы европейского богомыслия. Секулярность — это цивилизационная форма, отнюдь не только безрелигиозная, она позволяет со-существовать разным богомыслиям: конфессионально-догматическим установлениям, драматическим сомнениям, отрицаниям или просто светскому обсуждению).

  — Означает ли вызов, который бросают сегодня Западу незападные культуры (осуждая его секулярность, психологию и технологию потребления, либеральные ценности и т.д.), наступление новой эпохи «поворотных времен»?

— Моя осведомленность в событиях современного мира невелика, но все говорит мне о том, что переживаемое нами время — эпоха радикального и предельно рискованного поворота. Поворот этот теперь не просто рубеж в европейской культуре, это поворот к бытию в мире глобальном. Научно-техническая цивилизация представляется миром нейтральных средств (технологии, транспорт, энергия, финансы, информация) и поэтому внутренне предопределена к глобализации. Как правило, глобализацию мира и понимают исключительно в этом срезе. За нее ратуют или ей противоборствуют, оставаясь в плоскости такого понимания. Между тем, глобализация — то есть неизбежная встреча разных цивилизаций и разных культур (что значит — разных способов быть человеку, миру, Богу, соответственно, разных способов понимать себя в мире) — событие, затрагивающее гораздо более глубокие и скрытые основания человеческого бытия. Тревога, вызываемая колебанием основ, сказывается в том, что против экспансии «западной» рациональной цивилизации выступают силы «духа», который не «дышит, где хочет», а стоит на несокрушимых фундаментах, хранимых вековыми сверхрациональными (выделение моё — Е.В. Дальше автор вспоминает прилагательное «иррациональные». Но в целом текст очень полезный и содержательныйтрадициями. Но, во-первых, такого рода противоборство цивилизованного благоустройства (нормы, формы, законы, права…) и экстатического трансцендирования всякого благо-устроения изначально входит в существо духовного и культурного бытия европейского человека; во-вторых, сами анти-рационалистические идеологии оккультной «традиции», «мифа», «общины», «крови-почвы» и прочих сакральных фундаментов — суть изобретения европейской мысли, причем, именно Нового времени: неотрадиционализм от «негритюда» С. Сенгора и Ф. Фанона до «мусульманства» Р. Генона, аристократический «фашизм» Ю.Эволы, радикальный консерватизм Де Местра, Л. Бональда.., — все это придумали не «незападные культуры», а европейцы или люди, получившие высшее европейское образования (Сенгор окончил Сорбонну, Фанон — лионский университет…); в-третьих собственно европейский «дух» в этом противоборстве — отнюдь не «секулярность», «либерализм» и «консумеризм», а само противоборство, понятое, принятое и осознанное как радикальная экзистенциальная самоозадаченность человека в существе его бытия. Открытие коренной самоозадаченности человеческого бытия есть собственное существо европейской культуры и входит в философское самосознание человека как человека европейской культуры: homo europaeus. Противоборство идеологов неотрадиционализма или сакрального фундаментализма «незападных культур» человеку «западной культуры» направлено вовсе не против секулярности и потребительства, а против человека-озадаченного, против культуры вопрошания, культуры сомнения. В современный европейски мир вторгаются не только инородные беженцы, но чуждые смыслы. Однако, если вспомнить историю европейской культуры со времен греков, мы увидим поразительную вещь: именно так, в столкновении смыслов, вторгающихся с Востока (ближнего и дальнего), с Севера, из-за океанов, с других континентов, возникала, существовала и пока еще сохраняется европейская культура. Как культура это культура смысловых столкновений.

  — Существуют ли универсальные этические ценности, которые не связаны с партикулярными религиозными и культурными системами? Что это за ценности и как возможно их обоснование?

— Давайте различим. Первое — этические ценности и этические нормы. Второе — этические нормы как а)нормы существования в своем мире (нравы) и б)нормы со-существования разных «своих миров» или формальные («общечеловеческие») нормы взаимопризнания. Третье — этические нормы писаные (вменимые) и неписаные (обязанные воспитанности, цивилизованности), а среди неписаных – впитанные с воспитанием и развитые культурой. Нравственная конституция человека не определяется нормативной моралью. Она сказывается, когда нормы неприменимы. В сложных моральных ситуациях, из которых и состоит человеческая жизнь, мы говорим о неопределимых и неуловимых состояниях: о чуткости, о совести, о сострадании. Эти универсалии нельзя вменить человеку. С другой стороны, мы говорим о долге, который не интересуется нашими чувствами и держится одним «нравственным законом внутри нас». Нравственный мир, как видим, устроен сложно, но нравственный поступок требует бескомпромиссной однозначности. В «своем мире» существуют нравы, свойственные обитателям этого мира, но в другом мире — другие нравы, и в «чужой монастырь» со своим уставом соваться не следует. Обитатели современной городской цивилизации живут не в «своем» мире, не в общине, а в сообществе разных «общин» (нравов). Тут и возникают этическое проблемы. Есть простейший уровень: нормы общежития, основание которых – условия сохранения общежития не только «своих», но и разно-нравных, условия взаимопризнания. Институциональная форма таких норм — формальное право. Но неписаная мораль повседневной жизни дело другое. Именно здесь — в сообществе разных нравов — место моральных проблем. Общепринятости недостаточно, нужно размышление, нужна продуманная «этика», «этика», условно говоря, общечеловеческая. Она может формулироваться как некий кодекс общечеловеческих норм-ценностей. Но где эта обще-человечность? Кто такое — человек вообще? Часто пытаются приспособить для этой цели «Декалог» иудейской «Торы». Однако, чтобы сделать эти особые заповеди всеобщими, их приходится так обкорнать и опустошить, что они утрачивают этическую силу. Мы же не можем сказать детям, что лгать нельзя, потому что так повелел Всевышний, — придется читать всю Тору, а там нам будет предписано, например, не только «соблюдать субботу», но и побивать камнями за прелюбодейство. Мы забыли о своенравии этого кодекса. Равно своенравны (то есть принадлежат общине христиан) и заповеди Нагорной проповеди. Общечеловеческая этика может иметь в виду только всё человечество со всеми его нравами, часто взаимоисключающими. Поэтому ничего кроме этики априорного взаимопризнания не может быть основанием общечеловеческой этики. Принципы такой этики могут быть сформулированы как условия сохранения свободы собственного бытия, путем признания свободного бытия другого. «Не делай другому того, чего не хочешь претерпевать сам» (именно в этой отрицательной формулировке), — вот универсальный принцип такой этики. Словом, регулятивная идея общечеловеческой этики, в качестве своей наглядной парадигмы имеет «всемирное гражданство» (Кант). Это не сообщество граждан всемирного города-государства, а гражданское сосуществование разнородных общин (культур, традиций, конфессий – нравов). Однако этот этический проект всемирного гражданства сразу же обнаруживает свою утопичность, причем, отнюдь не только практическую. Настоящие проблемы возникают, когда мы сталкиваемся со сверхэтическими — духовными — ценностями. Они по-разному религиозны: строго конфессиональны, традиционны, просто идеологичны… Как бы ни учреждались эти своенравные духи, они по определению не могут сосуществовать во всемирном гражданстве, поскольку каждый из них содержит не свое, а всеобщее. Этическая ценность — не этическая норма, ею определяется так называемый смысл жизни, то есть то, при утрате чего сама жизнь теряет для человека какую бы то ни было ценность, более того, обрекается на духовную гибель. Религиозная система выглядит «партикулярной» только извне, внутри она универсальна. Если «культурную систему» брать всерьез, она тоже в себе универсальна. Трактовка их как «партикулярных» — это взгляд европейской культурологии, то есть типично колониальный взгляд, который будет так и оценен изнутри «систем». Проблема для нас, следовательно, в том, что этические «ценности» различны, но равно универсальны, иначе говоря, — сверхэтичны. Они этически исключительны, никакая общая этика тут невозможна. Так обрисовывается решающее противостояние современности: сверхэтические взаимоисключения, с одной стороны, и этика всемирного гражданства, с другой. Вопрос в том, возможен ли сверхэтический источник вдохновения для этики всемирного гражданства, чем может питаться его пафос, за что готов умереть этот принципиально секулярный этик? Решающая этическая заповедь (не норма) европейского человека (homo europaeus) равно изначальна европейской культуре: «Узнай себя!», «открой себя как загадку-задачу»… В частности: сверхэтическая ценность европейского духа — это фундаментальная озадаченность сверхлично-ценностными «духами» или столкновение фундаментов. Утратить способность и силу выдерживать эту фундаментальную озадаченность собою, миром, Богом, — значит утратить честь и достоинство человека. Такова сверхэтическая ценность homo europaeus. Когда этот дух европейской культуры утрачивается, тогда — в этом падшем состоянии — и в самом деле остаются только потребители в обществе потребления.

  — Возможна ли и на основе какой методологии рациональная полемика (межкультурная) по поводу предельных ценностей и убеждений?

— Методология рациональной полемики иррациональных сил — не важно, «полемика» ли это жителей коммунальной квартиры, соседних станиц, аулов, сел или же конфессиональных, этнических, национальных общностей, а то и столкновение цивилизаций — одна: переговоры о совместном сосуществовании, ни в коем случае не затрагивающие «предельные ценности», то есть иррациональные источники этих сил. И альтернатива тут одна: война. Рациональное основание переговоров — выбор между войной и мирным сосуществованием. Равным образом и в классовых «битвах» выбор один: мирное сосуществование разнородного гражданского общества, основанное на праве, или диктатура идеологов, представляющих идеологически сконструированный «народ», над гражданами. Трудность тут в том, что сообществу, учреждаемому «предельными ценностями», свойственно осознавать себя вовсе не одним из многих (самобытным, этно-культурно своеобразным), а исключительно человеческим. В этом сознании люди делятся не на таких и других, а на «верных» и «неверных», «просвещенных» и «дикарей» (вспомним «бремя белого человека» Киплинга), «расово полноценных» и «неполноценных», освобождающийся «народ» и класс «эксплуататоров»… Если вспомнить ваш второй вопрос, то противоборство, которое, на мой взгляд, более всего грозит современному миру войной, это противоборство сил иррациональных «предельных ценностей» (абсолютов) с прагматическим миром рациональной полемики и договоров, то есть с тем самым секулярным, либеральным, политкорректным миром, который именуется западной цивилизацией. Итак: или рациональная полемика и договоры по цивилизованным правилам или священные войны в мире, наполненном атомными станциями и набитом ядерным оружием.

  — Если попытаться отвлечься от остроты момента, крайностей, которые подсказывают СМИ, как Вы видите будущие отношения Украины и России? — Пока не вижу ничего, кроме категорического разрыва. Я надеюсь только на культурную чуткость и просто на здравый смысл украинцев, которые не дадут исчезнуть в разверзающейся пропасти русской культуре и самом русскому языку. Для нас после 1945 года долго еще врагами были немцы вообще, а не фашисты. Но, слава Богу, мы не выбросили из нашей культуры ни «Фауста», ни Ницше, ни Томаса Манна, ни уж подавно немецкий язык. А теперь читаем и Эрнста Юнгера и Готфрида Бенна.

— И последний вопрос: что могут предложить интеллектуалы своей стране для выхода из сложившегося кризиса?

— Плохо понимаю, что такое «интеллектуалы». Есть профессионалы в своем деле — писатели, журналисты, публицисты, социологи, историки, философы… Каждый делает свое дело, и если дело это зачем-то нужно, то и помогает. По-моему мнению, стоило бы на телевидении обсуждать не только актуальные политические события, но и вот эту тему: ценности европейской цивилизации – каковы они и как они могут соотноситься с теми ценностями, что объявляют себя предельными, исключительно абсолютными, духовными. Иначе говоря, в чем своеобразная предельность ценностей цивилизованного общежития.

2016-02-12

КСЮША, ̶Л̶О̶Г̶И̶К̶А̶ ПРИНЦИПЫ ИЗ ПЛЮША И СТОКГОЛЬМСКИЙ СИНДРОМ


КСЮША, ̶Л̶О̶Г̶И̶К̶А̶ ПРИНЦИПЫ ИЗ ПЛЮША И СТОКГОЛЬМСКИЙ СИНДРОМ

Ксения Собчак тут в Снобе гимн пропела во славу снесения уродливых лавочек и собянинской победы над коррупцией в московском хозяйстве (ссылка в комментарии, чтобы пост не засорять). Логика её аргументов сконцентрирована в заголовке «Уродство по закону или красота по беспределу?». Ксения выбирает второй вариант, хотя и постоянно ссылается на незаконное происхождение уродства, что вроде бы добавляет основательности предпочтению эстетического выбора перед чисто правовым подходом. Кто-то пересказал её пафос в одной фразе, которой нет в таком виде в статье: «Слушайте,вы правда не понимаете,что в насквозь коррумпированной системе иначе как по беспределу это уродство было не снести?»
У меня же следующие критические пометки:
1. Формальная логика у автора на нулевом уровне.
2. Принципы столь же странные, сколь и убийственно тупиковые (приоритет эстетики перед правом в условиях концлагеря). Кто-то из комментаторов помянул клиповое мировоззрение, но оно существовало всегда — люди вообще склонны ограничиваться вырезкой кусков реальности вместо попыток увидеть целостную картину во всей её сложности и неприглядности (работа мясников, кстати, упоминается в конце статьи).
3. Можно усматривать в таком высказывании признаки стокгольмского синдрома, когда жертва пытается найти в насильнике хоть какую-то приятную черту и пробует наладить дружеские отношения в тайной надежде уцелеть.

P.S. Вспомнил к случаю классический анекдот с фразой «Вам шашечки или ехать?».Ксения отвечает: «В концлагере я очень рада шашечкам, т.к. ехать некуда».

Что нам делать после России? Чем зарабатывать на мировом рынке?

Пишет dimagubin (dimagubin

Что нам делать после России? (Могу добавить: ...а?!!)

На "Росбалте" вышел мой текст, который мне представляется крайне важным.
В нем я пишу не столько о том, что мы вляпались в глобальное историческое говно, запах которого чувствуют и распоследние патриоты (не говоря уж про первых), но в том, что ногу из говна можно вытащить, и даже ботинок отмыть, но вот идти некуда. Не видно, куда.
Я никогда не спорю с редакторами по поводу исправлений и напрасных (с моей точки зрения) закавычиваний, если они не меняют идею текста. Однако оставляю за собой право в ЖЖ давать текст в оригинальном виде. Вот и даю.

ЧТО НАМ ДЕЛАТЬ ПОСЛЕ РОССИИ?

России скоро не будет. Не исключено, что скорее, чем сама Россия думает.
Не верите мне? Поверьте зам. главы администрации президента Володину, который еще в 2014-м сказал: «Есть Путин — есть Россия, нет Путина — нет России».
Путину 63,33 года. Ожидаемая средняя продолжительность жизни мужчины в России (данные Госстата, 2014, свежее нет) - 65,29 лет. Как ни верти, Путин смертен, и, как ни продлевай Путина, России не будет.
Она и так уже начала не быть: нет «энергетической сверхдержавы» (что, в общем, является эвфемизмом для «сырьевой придаток Запада»).
Основой экономики России ХХI века стало получение сырьевой ренты, дохода с продаж сырья (по преимуществу нефти и газа) по ценам, которые были так высоки, что позволяли жить, не думая о будущем. Это кончилось. Не только потому, что цены упали: как заметил Герман Греф, «каменный век кончился не потому, что кончились камни». Экономика постиндустриального Запада стала перестраиваться так, чтобы не зависеть от поставщиков, шантажирующих сверхдержавностью. Постиндустриальный Запад много чего сделал. Например, стал строить энергетические сети по принципу распределенного производства, на манер Uber-taxi или торрент-трекеров. Вложился в альтернативные источники. Занимался сланцевой нефтью и строил терминалы для норвежского сжиженного газа. Придумывал энергосберегающие технологии.
Россия это пропустила. Россия издевалась над информационным миром. Россия, то есть Путин, в грош не ставила всех этих создателей будущего, креаклов, сетевых хомячков-дурачков, - пока Uber не стал стоить дороже, чем Роснефть, пока Газпром не грохнулся на 300 позиций вниз в мировой табели о рангах, пока все не увидели: в премьер-лиге мировой табели о рангах сырьевых компаний больше нет. Напомню первую тройку по рейтингу Forbes: Apple, Microsoft, Google. Хомячки и креаклы. Такие, как создатель ВКонтакте Дуров, уехавший из России.
И только когда нефть упала ниже 30 долларов, а доллар взлетел выше 80 рублей, а ВВП России стал меньше ВВП Нью-Йорка, мы перестали смеяться. А поскольку от той России, которая Путин, мы избавиться не можем, то самые толковые теперь думают – как нам жить после нее.
Думает Кудрин: вокруг него сформировался чуть не целый теневой кабинет, разрабатывают новые законы.
Думают правозащитники: они, наоборот, составляют список законов, которые следует отменить.
Думают очень многие, от московского Карнеги-центра, где умница Александр Баунов, до Вашингтона, где think tank умницы Николая Злобина. Что делать, когда России не станет? Вводить ли люстрацию для российских госслужащих по типу польской? Проводить ли более масштабную дероссиификацию по образцу послевоенной ФРГ?
Всем хочется быть ответственными перед будущим. Всем хочется, когда у нас не станет России, иметь готовый список идей и мер. Чтобы на выборах в построссийский парламент кандидат мог говорить: так и так, предлагаю отменить закон Димы Яковлева и рассекретить агентов ФСБ в руководстве РПЦ.
Ведь когда не стало нашей предыдущей страны, СССР, мы были безответственны перед будущим. Не знали, что делать. У нас не было таких списков. Мы же ничего не понимали, не знали и тыкались, как щенки. Правда, вместо списков у нас были «Огонек» и «Московские новости», а на телевидении «Взгляд» и «5 колесо».
Вот почему я тоже думаю о будущем.
Но мысли мои тревожны.
Потому что отмена старых законов и создание новых, обнародование архивов – это, конечно, очень важно, но меня волнует другое.
На чем мы будем зарабатывать после России? За счет чего будем жить? Какое место займем в мировой системе? Потому что если мы останемся усохшим сырьевым придатком Запада, то какие законы ни принимай и архивы ни открывай, у нас появится новый Путин, то есть старая Россия.
И вот тут я не вижу вообще ничего обнадеживающего.
Потому что когда рушился СССР, и полки магазинов были пусты, было ясно, что делать: разрешить частную собственность! Включить рынок! Отменить госцены! И когда разрешили и отменили, я хорошо помню этот день! – страна на следующее утро покрылась толстым слоем «вареных» джинсов, которые были еще накануне адовым дефицитом. Все шили и варили джинсы. Все хотели стать бизнесменами.
И когда кончилась Россия Ельцина, и бушевал адов кризис, тоже было понятно, что делать: убирать чертов подоходный налог в 39,5% (который вычитали из зарплаты, а потому зарплаты были серыми), пустить в оборот землю, дать свободу бизнесу. И Путин – еще новенький, как рубль с Монетного двора – снизил вычет из зарплаты до 13% и запретил аресты без санкции судьи. И мой ближайший друг, бизнесмен на грани разорения, закошмаренный ментами и прокуратурой, повесил его портрет у себя над столом. Мы тогда быстро стали подниматься.
А теперь скажите: на чем нам вылезать из ямы сегодня? Какой потребный продукт, кроме сырья, мы умеем либо потенциально можем производить? В чем наша сила, брат?
В промышленном импортозамещении? Но свободных мощностей в промышленности нет, производительность труда ниже американской все в те же 4 раза, что и в СССР, квалифицированные инженеры с рабочими померли от старости, вместо профобразования – имитация.
В науке? Моя мама, кандидат технических наук, в разговоре о российской науке то воет, как зверь, то плачет, как дитя. Зайдите на страницу «Диссернета» - почти все депутаты, губернаторы и чиновники, включая экзотических людей типа детского омбудсмена Астахова, имеют купленные фальшивые диссертации. И Путин у нас, кстати, кандидат наук. А Кадыров – доктор. У нас потемкинская деревня вместо науки. В списке Thompson Reuters самых цитируемых ученых мира из 3000 человек больше половины – американцы. От России в 2015 году там 3 человека. Приплыли.
В сельском хозяйстве? Но в России запрещают ГМО – самый передовой вариант агрикультуры. При этом классическая технология в упадке. Результат введенного Россией-Путиным эмбарго таков, что у нас сырный продукт вместо сыра, соевая глина вместо шоколада, крахмал в рыбных палочках вместо рыбы, и все дико дорого и невкусно. Да и откуда бы взяться рыбе? Компания «Русский лосось» только что заявила об уничтожении всего выращенного лосося из-за инфекции (6000 тонн, 3 млрд рублей). А перед тем «Русская аквакультура» сообщила о передохшей рыбе на 1 млрд. И это только то, что я знаю. Генная инженерия позволяет как раз эффективно бороться с инфекциями, но в стране, где вместо науки симулякр, а вместо докторов науки – жулики, от ГМО шарахаются.
Что еще? Космос? Но это не у нас, а в Кремниевой долине в США живет Илон Маск – парень, который создал компанию SpaceХ. А поскольку у него не было бюджета NASA и Роскосмоса, он решил делать ступени ракет-носителей многоразовыми (на них приходится 90% стоимости запуска). Видео с возвращением этих ступений на космическую платформу (с каждым разом все точнее) сносят крышу. Это значит, что скоро российский космос станет неконкурентноспособным. Хотя и без того – много ли на космосе заработаешь?
Я оглядываюсь по сторонам – и не вижу, как нам жить после России.
Ни малейших зацепок, что бы предложить миру, кроме дешевеющего сырья.
Я готов выть, как моя мама.
Может, вы видите хоть что-то, что могло стать ускорителем, на который надеялся еще Петр Первый, затевая соревнование с Западом – полностью прекращенное (за ненадобностью, в его представлении) Владимиром Последним?
Что впереди, а?
Школьное образование? – но тут впереди всех Финляндия.
Офшорное программирование? – но здесь лидирует Индия, а там миллиард народа, и все владеют английским.
Ну хоть кто-то что-то может разглядеть, а?!
Я - нет. Потому что вместо СМИ и публичных дискуссионных площадок, где Россию завтрашнего можно было бы обсуждать, у нас телевизор, в котором нет ничего, кроме сегодняшней России, то есть кроме Путина.
Поэтому, боюсь, мы после России будем медленно превращаться в условный Иран. Бедность и церковь, церковь и бедность. Может, от Ирана, спасаясь, попробуют отделиться Петербург (которому важен безвизовый обмен с передовой Финляндией, а не власть отсталой Москвы), Дальний Восток (которому нужны Япония, Корея и Китай, а Москва вообще непонятно, с какого боку сдалась), Кавказ (аллах акбар!). Но их наш российский Иран не отпустит и будет бить.
И то еще, судьба Ирана – неплохой вариант.
Потому что в список Thompson Reuters, в отличие от нынешней умирающей России, от него вошло целых 7 человек.