Мысли для начала... мышления

Неграмотными в 21-м веке будут не те, кто не могут читать и писать, а те, кто не смогут научаться, от(раз)учаться и перенаучаться. Элвин Тоффлер

2014-02-26

Ростелеком: что может быть хуже (ОАО «Ростелеком» как кейс наплевательства на клиентов)

Только сегодня я написал пост «Ростелекому наплевать на клиентов: я проверил на себе», но эта (бес)славная компания заставляет меня не откладывать на завтра всё, что я хочу о ней сказать.

Я уже давно заметил одну очень характерную особенность в общении ОАО «Ростелеком» с клиентами — клиентам не предоставляется НИКАКИХ возможностей открытой критики работы компании на её сетевых ресурсах:
  1. Нет онлайновой формы подачи жалоб и претензий по услугам — только через личное заполнение бумажки в офисе.
  2. Нет официального открытого форума или какой-либо заметной реакции на то, что пишут клиенты в группе Ростелекома в Facebook.
  3. Нет формы обратной связи даже в личном кабинете — только форма для технической поддержки.
Нетрудно догадаться, почему компания так закрыта — боится захлебнуться в потоке весьма обоснованных претензий и отрицательных отзывов, боится посмотреть своим клиентам прямо и честно в глаза.

И я понимаю, почему руководство ОАО «Ростелеком» такая бесстыдная защита от клиентов не особенно смущает — в России такой стиль стал официальной государственной политикой, а компания как раз государственная.

И ОБВОРОВАТЬ клиентов посредством лишения доступа к ТВ «Дождь» этой компании тоже ничуть не стыдно — такое поведение стало буквально «духовной скрепой» всех владеющих властью и госактивами в России.

Ростелекому наплевать на клиентов: я проверил на себе

Война войною, а обед — по расписанию. Как бы не хотелось писать в своём блоге только о глобальных материях планетарного масштаба, мелочи быта тоже являются очень важной частью жизни.

Такой вот частью моего быта уже много лет является компания ОАО «Ростелеком» (ранее Волгателеком), которая обеспечивает меня связью — интернетом и телефоном, — а с прошлого года ещё и телевидением.

Сразу уточню, что выбор этой компании обусловлен не какими-то существенными преимуществами перед другими провайдерами, а прежде всего её во многом монопольным положением и лишь в третью очередь небольшим набором ряда мелких удобств лично для меня.

До меня давно доходили слухи и толки, что в Ростелекоме нижегородского разлива (адре макрорегионального филиала — 603000, Россия, г. Нижний Новгород, пл. М.Горького, Дом связи) очень плохо с менеджментом и вообще управленческой вменяемостью. В один из прошлых годов я вызывал оттуда двух спецов по прокладке кабеля и подключению, так они оба в голос просили им подсказать, где найти другого работодателя, поскольку невмоготу... Приходивший в прошлом году настройщик отзывался о системе управления Ростелекома только матерными словами.

Понятно, что плохой менеджмент не может ограничиться только собственными сотрудниками, он непременно будет выливаться и на клиентов. До поры до времени меня как-то проносило, а с прошлого года началось...

Сразу объясню диспозицию: я заключил договор, по которому получил необходимое оборудование в аренду, и ежемесячно эту аренду оплачиваю, да ещё и на месяц вперёд, чтобы бонусы и скидки на оплату услуг получать. Поэтому я сильно удивился, когда у меня первый раз отключили телефон якобы за задолженность по оплате. Второе удивление меня ожидало по ходу разбирательства, поскольку выяснилось, что теперь далеко не все вопросы можно решить, оставаясь дома и по телефону (раньше это было возможно), поскольку колл-центры ОАО «Ростелеком» теперь обслуживают большие регионы, но не имеют возможности решить именно вашу индивидуальную проблему, поэтому необходимо идти ногами в ближайший офис и там высиживать очередь.

Мне этот поход пришлось проделать не один раз, поскольку после первого визита проблема не рассосалась (выяснилось, что якобы работница, которая оформляла договор, по ошибке записала мне в долг полную стоимость арендуемого оборудования, а это больше 8 тыс. руб.), и телефон мне отключали ещё пару-тройку раз и перестали это делать только после письменной жалобы.

Радость моя оказалась, однако, недолгой. Неправомерно вчинённый мне долг по-прежнему фигурирует в базе данных Ростелекома и каждый раз напоминает о себе при входе в новый личный кабинет. Да, телефон, интернет и ТВ работают (интернет, конечно же,  со скоростью, далёкой от обещаемой провайдером), НО... я теперь не могу потратить накопленные бонусы на получение скидки по оплате, поскольку у меня «непогашенная задолженность» (это при том, что у меня ни одного дня счёт не был «в минусе»). Месяц назад я сходил опять на живое общение в офис Ростелкома, а сегодня мне предлагают снова явиться и вступить в душевный диалог — тогда они на служебном компе оформят эти скидки на следующий месяц.

Ёпрст!!!! Ростелеком есть образцовое российское госзаведение — но других по качеству госконтор у нас нет, с самого верха до самого низа. И частью проблемы являемся мы, рядовые потребители ВСЕХ госуслуг и госкомпаний, спокойно терпящие своё существование на помойке... Про Роспочту я лучше не буду и начинать, а про другие элементы госэкономики и госуправления лучше промолчу.

P.S. Порекомендовали мне включить в текст целевые ключевые фразы. Включаю:  «я как потребитель не доволен», «плохой сервис», «не клиентооориентированная окмпания».

P.P.S. Телефон всё же снова отключили... Слов нет... Читайте следующий пост о монстре под ником ОАО «Ростелеком».

2014-02-25

Секрет самой надёжной и точной проверки знаний

Продолжаю серию постов, раскрывающих широкой публике самые потаённые секреты жизни и успеха. Напомню, что два первых поста в этой серии — «Секрет гарантированного успеха» и «Секреты обретения истины» — уже набрали в сумме почти 70 тыс. просмотров (на 01.06.2015).

Этот пост будет гораздо короче, хотя по практической ценности, как мне кажется, существенно перевесит оба вышеуказанных.

Итак, суть идеи:

Оценивать знания надо не по «правильным» ответам, а по количеству и скорости выявления ошибок и по качеству их объяснения и исправления. Иными словами, на экзамене, тестировании, собеседовании дают материал, в котором нужно найти как можно быстрее все заложенные там огрехи, назвать их, объяснить причины и предложить варианты исправления. Всё.

Само собой, содержание и направленность образования и профессионального научения придётся существенно скорректировать, но обученные на выявление ошибок люди будут минимум в два раза лучше по качеству своих знаний и умений: они будут знать не только то, как НАДО, но и как НЕ НАДО (эта вторая сторона знаний и является решающим фактором успеха).

Попробуйте так обучаться и так оценивать самих себя и других людей — ваши мечты сами начнут драться за немедленную реализацию, поскольку вы не будете успевать «переварить» их «сбычу». [Тсс, я, пожалуй, промолчу, что сами мечты существенно изменятся и приобретут гораздо более точный и реалистичный характер.]

P.S. См. проект дисциплины «Эрратология».

Как стать чемпионом, или Страшная тайна всех бед России

Тренер двукратного олимпийского чемпиона по сноуборду Виктора Уайлда на вопрос, чем тот, исконный американец, отличается по менталитету и характеру от исконно российских коллег, дал ответ, коварно раскрывающий самую главную тайну всех бед России:
«— Он требовательный, добрый по-спортивному, умеет признавать ошибки. С такими, как он, проще».
Вот тайна постоянного отставания России от передовых государств и наций. Никакие не внешние враги и не коварные заговоры и подножки, а тупое упорство в слепом отвержении критики и в неспособности к самокритике, в неспособности, неумении и нежелании быть требовательными прежде всего к самим себе в подтирании собственного же дерьма и в признании этого дерьма дерьмом. Достаточно оглянуться на немцев, которые на признании своих ошибок построили такое государство, что нам ещё сто лет обсираться от зависти. И мы пока и предпочитаем обсираться в воплях о своей особой «духовности» и «великой миссии», а не принюхиваться, в чём мы постоянно обделываемся, и начинать учиться пользоваться туалетной бумагой по назначению на территории собственной жопы.

P.S. См. «Секрет гарантированного успеха».

2014-02-12

Инерции — конец, дальше — самостоятельно...

Прочитал почти годичной давности интервью Бориса Гройса для «Теория и практика» «Конец истории: философ Борис Гройс о человеке, животном и бюрократах утопического государства». Привожу оттуда несколько принципиальных для меня цитат (выделено полужирным шрифтом мною):
«Глобализация, с которой мы имеем дело, — это неправильная глобализация, это глобализация рынков, но не администрации и бюрократии. Нужен кровавый период, должны произойти мощные глобальные войны, радикальные революции для того, чтобы отрезать всё прошлое и уничтожить традиционные привилегии. Это займет очень много времени, и я думаю, что мы пока даже не стоим на пороге этого периода. Возможно, он уже не за горами, но мы его ещё не видим.
— Кожев писал, что люди становятся животными после уничтожения всех архивов. А если даже эти архивы остаются, они не понимают, что там написано. Они могут их сохранить, но их голова занята актуальными материальными интересами и удовлетворением актуальных желаний, поэтому они не понимают, что живут в постистории. Вопрос, есть ли архив или нет, — никакой роли не играет. Например, сейчас есть архивы, и никто их не понимает. Мы сейчас пользуемся гуглом: вот можете прогуглить того же Кожева, вы получите миллион с чем-то каких-то сайтов. Ну и что? Ну прогуглили, ну и закрыли. Всё, что было в прошлом, что связано с интеллектуальной работой, либо исчезло, либо стало никому не нужным.
— Мне всё же интересно, что происходит с современным человеком? Какого рода антропологические трансформации мы переживаем сейчас? Кем мы становимся? Животными, художниками, кураторами, утопическими коммунистами?
Произошла абсолютно полная ликвидация культуры, которая обвально началась в 1980-х годах и которая привела к тому, что все интеллектуальные, культурные традиции просто исчезли. То есть люди не имеют более никакого культурного запаса, они всё забыли. Соответственно, люди определяют себя по минимуму. Например, это может быть религия, религия минус теология или секулярный национализм. Недавно была дискуссия по поводу генетический манипуляции в США — разрешать её или нет. Там приняли какие-то решения, меня это волновало мало, но я обратил внимание на преамбулу, в которой было написано: «Как известно, Бог создал человека с телом и душой, то есть он состоит из двух частей, рассмотрим сейчас телесную». Иначе говоря, для американского конгресса, который выбирают американские граждане, всех этих тысячелетий, Платона, Гегеля, Маркса и прочего не существует. То же самое происходит, когда идут дискуссии о падении морали. Раньше это всё было только в Америке, теперь в Европе: в студию приглашают представителя идеализма — священника и представителя материализма — предпринимателя. Иначе говоря, все интеллектуальные, философские традиции стерлись, утратились.
Я интересовался исламом, и есть такой очень хороший автор Абдель Якхаб Меддеб, который преподает в Париже ислам. Он говорит так: «Все эти люди а) ничего не знают об исламе и б) ничего не хотят о нём знать». То есть современный ислам сейчас базируется на абсолютном забвении какого бы то ни было знания о нём. Это же относится к русскому православию: с одной стороны, говорят «православие», а с другой — ни Флоренского, ни Бердяева. Иначе говоря, современный человек определяется по минимуму. Он, конечно, не определяется как животное, потому что животное — это слишком тонко, изощренно. Скажем так: современного человека определяют этничность и внетеологическая религиозность.
— А почему религия так привлекательна до сих пор, помимо того что она даёт человеку какую-то точку опоры, какую-то идентичность?
В рамках этой ликвидации культуры произошел ещё и слом всех социальных механизмов медиации. Раньше были какие-то дворянские собрания, купеческие собрания, пролетарские партии. Теперь всё это исчезло, есть только экономика, работа и семья. Нет никакой социальной системы, социальной медиации, то есть человек ни во что не включён. А люди хотят быть во что-то включены, они хотят иметь платформу, где они могут встречаться с какими-то людьми или не встречаться с другими. То есть они должны иметь какую-то формальную основу для объединения, потому что фактическая отсутствует: гражданское общество разрушено. Когда они определяют «свой/чужой» — этот момент выбора является моментом вступления на политическую арену. Но для этого выбора сегодня нет никаких оснований. Карл Шмитт ещё в 1930-х годах сказал, что основания для этого приобрели субъективный, иррациональный характер. Это различение происходит по минимальному признаку — знак принадлежности или непринадлежности к какому-то этносу, к какой-то религии. Это, конечно, фикция. Но эта фикция важна, потому что, если её не будет, люди не будут способны к политическому поведению. Но люди все ещё хотят себя идентифицировать как политических животных.
 — Я бы сказала, что это подтверждает прогноз Маркса, который утверждал, что культура и все эти богатства и ценности нашего культурного наследия исчезают вместе с традиционными институциями. И ответственность за это Маркс возложил на капитализм, который, как известно, уничтожает всё святое. И это очень амбивалентный момент — с одной стороны, это грустно, но, как говорил Хайдеггер, где опасность, там и спасение.
— Это просто так. Я думаю, что идея конца истории Кожева заключается в том, что так произошло и уже больше никогда ничего не изменится. Всё, что будет потом, уже будет так, как оно есть сейчас, но в более универсальных и очевидных формах, чем сейчас.
— Последний вопрос о смерти. Меня очень заинтересовало ваше рассуждение о Малевиче и его утопии: всех мертвых надо сжигать и прах не развеивать, а делать из него лекарство, которое будет помогать нам продлевать свою собственную жизнь и здоровье.
— Я считаю, что произошел серьёзный сдвиг. Традиционное постплатновское представление о смерти было связано с ожиданием, что душа вечна, а тело нет. Мы считаем наоборот — душа гибнет, а тело продолжает жить. Соответственно, ставка делается на тело, и если говорить о Федорове, то его работы были напечатаны примерно в то же время, что и «Дракула» Брэма Стокера. На самом деле это одна и та же линия мысли. Она связана с привилегированием тела по отношению к душе, ведь вампир — это человек, у которого нет души, но есть тело, и для него это хорошо. Я писал об изменении образа вампира — начиная с Брэма Стокера до нашего времени. Вампир Стокера пытается соблазнить каких-то девушек, но девушки от этого мучаются и умирают, и сам он непривлекателен.
Но если мы возьмем современные фильмы, то вампир становится всё более сексуальным, всё более привлекательным и единственным среди всех — с хорошими манерами и хорошим образованием. Почему? Потому что он — так же как и все остальные люди — не читает книг, но зато встречался с их авторами лично — с Декартом и так далее. Он живёт в мире, где все впечатления только личные, поскольку культура уничтожена, но у него большее количество личных впечатлений. Наконец, в сериале «Сумерки» вампир всё время отказывается от девушки, которая пытается его соблазнить, он на протяжении всех трех серий отказывается от неё, то есть происходит полное переворачивание. И вампир фактически — это идеал современного человека, потому что он полностью достиг состояния жизни без души. Эта абсолютная бездушность и чистая телесность представляют собой культурный идеал нашего времени, которого, конечно, не каждому удается достичь».
Если сопоставить изложенное выше со статьёй Ф. Кушмэна «Почему я пустое», то вывод напрашивается почти очевидный. скорость и глубина изменений социальных конструкций — институтов, норм, правил, шаблонов поведения, мышления и образов жизни, — становятся такими, что единственным адекватным ответом может быть осознанный индивидуальный выбор всех составляющих своего я, т.е. индивидуальное социальное конструирование, и развитая пошаговая социальная инженерия. «Тело без души» — это состояние человека, который последние десятилетия подвержен стольким мощным и противоречивым воздействиям и столько знает того, что раньше и не задумывался знать, что просто вынужден отказываться знать прошлое и выстраивать своё поведение по прошлым лекалам, поскольку не понимает — для чего. И старшие поколения с недоумением и шоком никак не могут понять, почему для их детей совсем не очевидно то, что для них было само собой разумеющимся. Конец истории — это тогда конец «завода» первичного издания социального конструирования и возникновение объективной необходимости принципиально иного «перезавода», который не может быть никаким иным, кроме как сознательным и пошагово инженерным.

Неизбежно следующий из признания такого положения вещей вывод — невозможность установления государственной идеологии и навязывания «духовных скреп» сверху с помощью хоть самой-самой сверхизощрённой пропаганды и политтехнологии. Необходимо с детского сада давать инструменты и методы выстраивания индивидуальной ответственности за сознательный ВЫБОР ВСЕГО существенного в своей жизни, обучать сознательному социальному конструированию и конструктивному участию в социальной инженерии. Не исполнение «заветов» прошлого, а проект постепенного пересоздания социальной жизни заново — вот единственное, что может стать движущей силой последующих поколений. А у живущих сегодня есть шанс осознать этот вызов и сделать выбор, придающий прекрасный смысл их жизни. И дальше, как всегда, борьба с трясинами утопий и нащупывание извилистой, но разумной и реалистичной тропы с помощью критики самообманов... КОРНИ в помощь!

2014-02-09

Шоу отмытия дураков у власти

Александр Рубцов написал прекрасный текст о тех методах, которые используются для замазывания, забалтывания и отвода глаз от допускаемых ошибок, глупостей, некомпетентности, бескультурья, жадности, воровства, а также для дискредитации обоснованной и справедливой критики. То явление, что он описывает и объясняет, — явление универсальное и многоликое, и его важно отслеживать в обучении критическому мышлению и эрратологии.
Победителей не судят в прямом смысле слова
Мы — нация таких подвигов и свершений, цена которых вообще не обсуждается
Александр Рубцов Vedomosti.ru 07.02.2014
Здесь победителей не судят в прямом смысле слова: никто не даст Олимпиаде зафиксировать мировой рекорд еще в кражах
Эта публикация основана на статье «Рубеж “Олимпиада”» из газеты «Ведомости» от 07.02.2014, №20 (3524).
Накануне мероприятия обозначился разлом в мнениях. Одни ждут спорта и зрелищ, другие смотреть не собираются из принципа и злорадно мусолят картинки с недоделками и ляпами. У среднего обывателя все это перемешано: злость на небывалый в истории распил и готовность болеть за своих, пролив слезу на открытии и закрытии — «как тогда». Есть и компромисс: все эти политические игрища и миллиарды, спущенные известно куда, к спорту отношения не имеют, а потому «всем удачи!». Вообще говоря, это моральная ловушка, своего рода принуждение к патриотизму. Недоброжелатель главного детища Путина автоматически становится врагом всего хорошего. Если, конечно, не случится ничего плохого — чего и в самом деле не может желать ни один нормальный человек.
Картинки от первых визитеров Сочи сильно насмешили, но быстро стерлись в повторах. Вся эта наша культура кормления — мармелад с винегретом, language in the test (язык в тесте), cake in ass. (в ассортименте) и проч. — была ожидаема, но здесь пугает: если не наскребли на одного живого переводчика меню, то как же тогда там все построено? Если явные дефекты есть, а скрытых как бы нет, это чудо строительства и менеджмента войдет в историю, но сколько оно в этой истории простоит? Есть мнение, что дело закрытием Олимпиады не закроется.
Вопрос политический, если не исторический. Инцидент в таком проекте способен похоронить любого деятеля. Здесь же столько всего накручено поверх, от личных амбиций до треснувшей сметы и просверленного бюджета, что любой катаклизм отзовется с утроенной силой. Когда проект затевали, все было проще и с деньгами, и с видами на реализацию. Теперь же риски кратно возросли, и надежда лишь на то, что исполнители под страхом высочайшей кары все же не начудили на беду, последствия которой лучше не обсуждать.
Эти риски пролонгированы: долгое послевкусие останется при любом успехе. Речь даже не о возможных в будущем инцидентах на объектах (хотя и это остается). Постановочная роскошь «крупнейшей стройки» иначе воспримется в другой, менее оптимистичной социально-экономической ситуации. Если комплекс окажется миной замедленного действия, придется идти на сверхрасходы для поддержания лояльности масс. Риск социального дефолта может быть пока и не так велик, но это всегда риск с неприемлемым ущербом для власти. В этом смысле праздник может оказаться не по карману именно в будущем.
Здесь стратегический смысл приобретает путинская фраза, брошенная однажды Кудрину: придется «заливать деньгами». Эта модель ответа на проблемы проявилась и в подготовке Олимпиады. Когда один из умнейших олигархов ушел с поста начальника олимпийского проекта, все решили: за оставшееся время построить намеченное нельзя ни за какие деньги. Дальше стройку буквально «заливали» ресурсами, и сейчас впечатление, что таки «залили».
Во всем этом виден универсальный архетип — тот самый культурный код, из которого надо делать не «скрепу», а проблему. Это можно назвать кодом искупления в формате «за ценой не постоим». Привычное дело: не искоренять плохое, а «заливать» его хорошим. Здесь победителей не судят в прямом смысле слова: полномасштабного разбирательства не будет, причем не только в силу личных связей, но и потому, что никто не даст Олимпиаде зафиксировать мировой рекорд еще в кражах. Наоборот, нужен такой праздник, после которого вопрос о цене станет неактуальным, непатриотичным, бестактным, аморальным и провокационным — как вопрос о сдаче Ленинграда. Мы — нация таких подвигов и свершений, цена которых вообще не обсуждается. Вечное алиби для власти, «заливающей» героикой свои же злоупотребления и ошибки. Идеологический героин, которым уже попахивает от единого учебника истории.
Это архетип всей здешней «цивилизации». Здесь окна в Европу рубили и рубят во все той же курной избе. Страна блестящих столиц и медвежьих углов, взлетов духа и падений в массовую подлость, откровений и мракобесия, высочайшей культуры и редкостной дикости. Здесь даже самое чудовищное «изживают» без раскаяния, распинают в искусстве, поражая себя и мир глубинами самоанализа и блеском самоуничижения. Даже признавая ошибки и преступления, в них видят не столько ошибки и преступления, сколько собственные достижения в исторической смелости и честности. Поэтому все дозировано. Это шизоаналитическое, но сейчас и бандиты строят церкви во искупление грехов — прошлых и, главное, будущих. В политике это выглядит покупкой индульгенций, когда очень ресурсоемким возвышенным пытаются прикрыть любую низость.
Все решает система отсчета, критериев, рацио. Уровень научного сборника определяется не лучшими статьями, а худшей. Королев говорил: «Сделаешь быстро и плохо, быстро — забудется, плохо — останется. Сделаешь медленно и хорошо, медленно — забудется, хорошо — останется». Такой подход легко переносится в мораль, в политические и исторические трактовки (отчасти поэтому сейчас так не любят науку). Вопрос лишь временного масштаба, темпоральной размерности оценок. Если бы в истории всегда побеждал масштаб «короткого зрения», мы бы и сейчас жили во временах не только подлейших, но и куда более страшных.
В этом смысле история Олимпиады, нынешняя и будущая, даст прообраз того, как потом будет оцениваться правление в целом.
А пока можно расслабиться и получить истинное удовольствие.
Автор — руководитель Центра исследований идеологических процессов Института философии РАН

Наука – прививка против идеологии и прочих средств массового поражения сознания


Руководитель Центра философских исследований идеологических процессов, заместитель заведующего Отделом аксиологии и философской антропологии Института философии РАН, член КГИ Александр Рубцов:

Наука – важнейшая составляющая гражданского общества. Она включает мозги, а это основа всякой свободы и гражданственности. Наука – образец интеллектуальной независимости и самоорганизации, следования этической и профессиональной норме, методологическому и логическому «праву». Здесь производится знание, над которым не властна никакая власть. Это сильнейшая прививка против идеологии и прочих средств массового поражения сознания.

2014-02-07

Служба безопасности чувств готова к бою


«Эта психологическая тактика хорошо освоена уголовниками, сектантами, фундаменталистами, экстремистами всех мастей, а также бойцами плаща и кинжала. Это не безобидная игра, поскольку ее цель — получение морального права на насилие.

Если твои лучшие чувства уязвлены, то твой оскорбитель уже не заслуживает никакой жалости. Агрессия против него становится отчасти извинительной. А может быть, и не отчасти. В глазах армии оскорбленных оскорбитель уже не имеет морального права на защиту. Его можно бить.

Так в СССР обрабатывали массы. Они должны были ненавидеть кучку беззащитных диссидентов, как армию иностранной державы.

Так в обществах, культивирующих национальную обиду, власти настраивают граждан против иностранцев, против представителей других вероисповеданий, против социальных и сексуальных меньшинств».