Мысли для начала... мышления

Неграмотными в 21-м веке будут не те, кто не могут читать и писать, а те, кто не смогут научаться, от(раз)учаться и перенаучаться. Элвин Тоффлер

2015-09-27

У России, российского населения и российской оппозиции — культурно-цивилизационный рак четвёртой степени

Последняя работа Юрия Афанасьева. Фрагмент

25 сентября 2015 / 21:05

Юрий Афанасьев
ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ РЕДАКЦИИ
На свой страх и риск мы решили опубликовать фрагмент последней работы Юрия Николаевича Афанасьева — политика и историка, ушедшего от нас 14 сентября 2015 года.
Авторское право — святая вещь, но нынешний исторический момент таков, что любое Слово великого человека обретает огромную ценность — особенно тогда, когда приходит осознание невозможности публикации такого труда в полном объеме. Вряд ли этот текст отважатся напечатать нынешние российские СМИ, включая и так называемые «либеральные»: он слишком жёсток и беспощаден. А слово Афанасьева важно — тем более что оно беспристрастно и бескомпромиссно, и базируется на исторических фактах.
В работе «Соотношение времени и пространства в перспективе longue duree истории Руси/России/СССР/России» Юрий Николаевич Афанасьев через призму исторических, культурных и философских аспектов рассмотрел неизбежность деградации российского общества, смерть которого мы наблюдаем в «эпоху позднего путинизма».
Данная работа состоит из 25 страниц. Мы публикуем резолютивную часть, стремясь удовлетворить спрос читателя на качественный анализ нынешней ситуации и не выходя за рамки «Закона об авторском праве».

Юрий Афанасьев
Соотношение времени и пространства в перспективе longue duree истории Руси/России/СССР/России
(Фрагмент, с. 23-25)
Российское людское сообщество к началу  ХХI века было уже почти полностью  расчеловеченным за годы так называемого построения социализма.  В строго социально-психологическом смысле это был, разумеется, уже никакой не народ, а человекомасса из атомизированных злостно и агрессивно ненавидящих и всегда готовых уничтожить друг друга индивидов. Это было людское сообщество в состоянии ресентимента. В то же время, эта человекомасса видела происходящее, думала о нем и даже чувствовала, вернее, оставалась бесчувственной к любому «Другому», особенно, если этот «Другой» в горе  или ему очень больно. Словом, смотрела на происходящее и на боль и страдание «Другого» глазами, будучи в состоянии эмпатии, присущей одному-единственному человеку — безразлично, равнодушно безжалостно и с неизбывной ненавистью ко всем.
Особенно наглядно это безразличие и беспомощность к самому себе этого людского сообщества проявились, когда путинская власть в несколько хорошо осознанных, тщательно продуманных и целеустремленных приемов, последовательно, шаг за шагом, как в экспериментальной лаборатории осуществляла устранение людского сообщества из сознательной, суверенной жизни страны, из экономической, социальной и политической жизни.
За пятнадцать лет ХХI века путинской властью были проведены на законодательном и исполнительном уровнях следующие наиболее широкомасштабные и показательные в этом отношении социально-политические операции:
  • ликвидирована система свободных выборов;
  • ликвидирована независимая от власти судебная система;
  • ликвидирована свобода проведения митингов и демонстраций;
  • ликвидирована Дума и Совет Федерации, как независимые органы власти, а вместе с ними ликвидирован и сам принцип разделения властей;
  • ликвидированы практически все бумажные и электронные независимые СМИ;
  • ликвидирована возможность проведения всероссийских, городских, региональных референдумов;
  • ликвидированы НКО, готовится закон о запрете нежелательных организаций;
  • проводится регулярный террор и громкие политические убийства наиболее известных  оппозиционеров;
  • ликвидирована сама политическая оппозиция, как неотъемлемая составляющая нормального общественного устройства.
Таким образом, казалось бы, с основными тенденциями в российской социально-политической системе начала ХХI века все логично предсказуемо: обретают окончательную естественную завершенность глубинные начинания предшествующего столетия. Власть становится par excellence волящей себя волей, а сам российский социум полностью погружается состояние ресентимента немощи, проистекающий из воли к мощи, силе и власти, гнездящейся в самой немощи, бессилии и унижении.
И все-таки не покидает ощущение, что не достает какой-то очень важной детали в этой общей характеристике российской социально-политической системы, пускай и не столь значимой и важной, как сами по себе эти волящая себя воля или ресентимент.
И действительно, если подумать и воскресить в памяти все образы Путина типа того, в котором он предстал перед всеми нами, например, в  его полете с журавлями. Ведь был же реальный Путин в нашей бытийной реальности во всех подобных образах этого прошедшего пятнадцатилетия. И именно он и именно в этих образах он стал едва ли не главным олицетворением всего этого начального отрезка его правления. И с «русскими» амфорами в обеих руках, выходящий на глазах у всех прямо со дна морского, и с алтайским тигром в дремучей тайге, и он сам собой с оголенным торсом на коне, и он же с белугой в пучине морской, и с полутораметровой щукой, приплывшей к нему на крючок.
Возникает масса вопросов, что бы могли означать все эти нарочито демонстративные явления Путина граду и миру. Ведь нельзя же все их списать на пи-ар технологии с целью поднять его рейтинг, запредельный и без этих его странных явлений. Он предстает в этих своих явлениях, по крайней мере, как Мессия, как посланец из потустороннего мира к нам на этот земной мир, чтобы разрешить здесь все проблемы.
Вот, например, некоторые, на мой взгляд, наиболее важные из таких вопросов.
1. Неужели столетия постоянного  нарастающего насилия власти над населением действительно сделали это население настолько социально расчеловеченным и психологически нерациональным, что власть может уже вообще не брать в расчет эти свойственные человеку его социальную сущность и способность рационально воспринимать происходящее и позволять себе любые выходки с целью воздействовать исключительно на его эмоции и животные инстинкты.
2. Сама эта власть, будучи воплощенным насилием, не будучи никогда и никому неподотчетной и неподконтрольной, оставаясь принципиально несменяемой, всегда  волящей себя волей, способна ли сама такая власть воспринимать происходящее и  действовать вполне осознанно и исключительно рационально. Или же её действия только внешне, только с виду кажутся осознанными и рациональными, а на самом деле они всецело обусловлены её же, власти подсознательным, иррациональным и столь же инстинктивным. Иначе трудно объяснить всю эту античеловечность, антиантропность даже и антизападноевропейскость советской и постсоветской власти и такое количество античеловеческих преступлений, совершенных ею за минувшее столетие.
3. Те примерно 14-16% населения России, которые не поддаются крымнашинским настроениям и переживаниям, голосуют против Путина и поэтому  a priori считаются здоровой социальной основой российского общества, они-то, хотя бы действительно воспринимают происходящее строго рационально и действуют адекватно, то есть, вполне осознанно.
Увы, и по этой «здоровой основе» у меня большие сомнения. Почему-то не доносятся и из этого меньшинства нашего населения, когда речь заходит о глубинных, первостепенных причинах наших бед и несчастий ни о тотальной отрешенности от свободного доступа к ресурсам страны, ни о господстве российской власти собственностью на людей, а не частной собственности на землю, как традиционно происходит на Западе. Чем, собственно, и объясняется цивилизационная противоположность между ними.
Юрий Афанасьев